Книги

Исследование искусства и культуры французских беженцев-гугенотов конца XVII века, а также погружение в Темзу, хранящую удивительные объекты, — две книги на эти темы объединяет самозабвенная и многолетняя увлеченность авторов предметом своих изысканий

Недавно вышедшая книга с рассказом о жизни и творчестве одного из главных советских скульпторов принадлежит перу его сына. Это обстоятельство определило и выбор биографических фактов, и сквозную интонацию всего текста

Рассказ о костюмах, которые создавала для классических советских фильмов художница Ольга Кручинина, открывает серию книг, посвященных представителям этой славной, но не всеми по достоинству ценимой профессии

В конце своего долгого пути Дина Верни, натурщица Майоля и звезда парижского галерейного мира, много и откровенно беседовала с писателем и режиссером Аленом Жобером. Ее мемуары были бы похожи на приключенческий роман, если бы не были чистой правдой

От послевоенных уличных снимков до социальных медиа: Джерри Бэджер предлагает авторский обзор британской документальной фотографии

Сборник статей Ирины Вакар подает в новом свете истории персонажей и «измов», о которых, казалось бы, известно все

Книга одного из титанов американской арт-критики Хэла Фостера рассматривает сюрреализм в контексте психоанализа, но не впадает в существующие клише. «Компульсивная красота» пробует вернуть этому художественному направлению значимость

Книга Ханнелор Фишер — это рассказ о творчестве немецкой художницы, бравшейся за сюжеты в широком спектре — от войны и горя до любви и чувственности. Если произведения, посвященные страданиям, широко известны, то о других знают далеко не все

Десятки маяков, разбросанных по всему свету, стали героями нового альбома, тексты и иллюстрации для которого создал Хосе Луис Гонсалес Масиас. То, что большинство этих объектов автор книги никогда не посещал, на увлекательность его историй не влияет

Свое новое исследование профессор Ливио Пестилли посвятил не только работам великого скульптора и обстоятельствам его личной биографии, но и жизни вокруг него — во всей ее совокупности