Арт-группа AES + F погружается в NFT

На самом деле трудно придумать других российских художников, произведения которых настолько идеально вписывались бы в загадочный рынок искусства в формате невзаимозаменяемых токенов (NFT).

Российская междисциплинарная арт-группа AES + F, работающая в жанрах инсталляции, фотографии, видео и скульптуры, существует с 1987 года. Она названа по инициалам участников: Татьяны Арзамасовой, Льва Евзовича, Евгения Святского и Владимира Фридкеса (последний присоединился к группе в 1995 году). Татьяна и Лев — архитекторы по образованию, Евгений — художник книги, Владимир — fashion-фотограф. Они с успехом провели сотню персональных выставок по всему миру, представляя публике завораживающие и одновременно технически сложные работы. В 2012 году стали лауреатами премий Кандинского и Курехина. AES + F — одни из самых известных и коммерчески успешных российских художников, в своих работах они анализируют язык современных медиа и общественные стереотипы. «Мы всегда работали с современным визуальным потоком (медиа, игры, новости, кино, сериалы), фрагментами самых разных культур, со всем тем, что образует сегодняшнюю глобальную мифологию и нашу социальную реальность, которая ощущается как немыслимая и нездоровая галлюцинация», — рассказывали художники нашему изданию в интервью год назад.

Формат NFT идеально подходит для продажи видеоработ, которыми знамениты AES + F. Сейчас на площадке SuperRare художники выставили на продажу ролик The Circle of Life, созданный для рекламной кампании Gentle Monster. В нем используется музыка композитора Дмитрия Курляндского. Аукцион продлится два дня.

Пионерами криптоискусства в России многие называют 3D-художника из Москвы Никиту Реплянского (R66) и 23-летнего моушен-дизайнера Степана Христофорова (Brickspacer). Реплянский сделал первые дропы на международных платформах (то есть разместил свои работы в формате NFT) еще в 2020-м, до нынешнего бума, а сейчас сам покупает и коллекционирует такие произведения. Что касается Христофорова, то он не только преуспел в продаже собственных дропов, но и открыл NFT-агентство по продвижению художников. Здесь его конкурентом, очевидно, станет Марат Гельман, который недавно объявил о создании блокчейн-галереи «Гельман рекомендует», которая будет помогать художникам выходить на международную арт-сцену, издавать NFT классиков русского цифрового искусства, а также покупать и продавать дропы. Кстати, первый дроп уже доступен — это NFT старого проекта «Новые деньги» Леонида Парфенова, Елены Китаевой и самого Марата Гельмана (в 2021 году признан иноагентом, в 2024 году включен Росфинмониторингом в перечень лиц, причастных к терроризму и экстремизму).

Наряду с молодежью NFT-продажи осваивают и художники старших поколений. На виртуальном аукционе Foundation.app на днях появился дроп Гриши Брускина — видео Scene Change Explosion («Смена декораций»), посвященное современному мировому порядку с его хаосом, агрессией и террором. Дуэт Павла Пепперштейна и Сони Стереостырски (более известной под аббревиатурой ППСС) 15 мая представит на платформе Rarible NFT своей новой работы под созвучным названием «Новый мир».

Цены на NFT российских авторов пока далеки от рекордов Бипла (Beeple) ($69,3 млн) и криптопанков студии Larva Labs ($7,58 млн), но все же выглядят вполне достойно: NFT видео из серии Panic Attack российской группы Pussy Riot на площадке Foundation.app продано за 100 эфириумов ($178 тыс.), первый дроп Покраса Лампаса — проекция работы Transition на Чиркейской ГЭС в Дагестане — ушел за $28,7 тыс. Пока самой дорогой отечественной работой в формате NFT считается Mars Miners арт-дуэта 404.zero, которая была продана за 6,6 млн руб. (почти $89 тыс.), правда на благотворительном аукционе в пользу Центра лечебной педагогики «Особое детство» и благотворительного фонда «Образ жизни» в Москве и за рубли, а не за криптовалюту (так что результат нельзя считать вполне чистым).