Почему Венецианская биеннале до сих пор так влиятельна?

Историческое значение, гламур, большие деньги — Венецианская биеннале по-прежнему остается уникальным фестивалем искусства

Американский художник Роберт Раушенберг получает главный приз Венецианской биеннале в 1964 году. Фото: Shunk-Kender © J. Paul Getty Trust, 1964
Американский художник Роберт Раушенберг получает главный приз Венецианской биеннале в 1964 году.
Фото: Shunk-Kender © J. Paul Getty Trust, 1964

В 1964 году «Золотого льва» Венецианской биеннале получил Роберт Раушенберг. Этот выбор жюри оказался эпохальным. Для искусствоведов он стал официальным признанием триумфа американского искусства над Старым Светом, для арт-рынка — моментом, когда поп-арт вошел в канон. Но 55 лет назад Венецианская биеннале была одной из всего лишь семи подобных регулярных выставок-«многолетников». Теперь, когда в мире около 320 биеннале, 280 арт-ярмарок и более 1 тыс. крупных художественных музеев, трудно представить себе, чтобы какая-то одна выставка была настолько влиятельной. Так сохраняет ли Венецианская биеннале свое значение?

Не особенно, утверждают ее недоброжелатели. И находят множество оснований для критики: биеннале и так слишком много, а Венецианская еще и непомерно раздута; громадная выставка главного куратора разбросана по разным площадкам; национальные павильоны — анахронизм; она недостаточно финансируется, чересчур коммерциализирована и в значительной мере опирается на финансовую поддержку дилеров и коллекционеров; на ней слишком много вечеринок, а ее символом стали многомиллионные яхты, пришвартованные у Джардини. В 2013 году Джереми Деллер сделал для павильона Великобритании работу, на которой изображен прерафаэлит и политический активист Уильям Моррис, бросающий в лагуну «Луну» — суперъяхту, принадлежавшую Роману Абрамовичу, — намекая на то, что, может быть, пришло время пустить их все ко дну.

И все же в дни вернисажа, которые в этот раз выпали на 8–10 мая, в город стекается 25 тыс. художников, кураторов, музейных директоров и журналистов, а в последующие полгода, пока длится биеннале, еще более 600 тыс. обычных посетителей. Отчасти своей привлекательностью биеннале обязана самой Венеции — этому чудом выжившему 1500-летнему городу, стоящему на тысячах деревянных свай. «Биеннале улавливает дух времени; тут вы получаете представление об основных тенденциях художественного мира, — считает директор гаагского музея Маурицхейс Эмили Горденкер. — Она проходит в уникальном месте: здесь вы можете посмотреть современное искусство, а потом отправиться в собор Санта-Мария Глориоза деи Фрари взглянуть на Тициана. Это очень вдохновляет».

Вход на выставку Джереми Деллера в национальном павильоне Великобритании в 2013 году. Фото: Cristiano Corte/British Council
Вход на выставку Джереми Деллера в национальном павильоне Великобритании в 2013 году.
Фото: Cristiano Corte/British Council

Начиная с 1970-х годов главная роль на биеннале отведена выставке приглашенного куратора. Прежде Венецианская биеннале была фактически прославленной ярмаркой с беспрецедентным количеством международных и национальных экспозиций. В 1972 году эту модель разрушил арт-директор Марио Пенелопе, представивший тематическую выставку «Работа или поведение», положив начало традиции давать главной выставке биеннале туманные названия. Но в историю вошла другая выставка того же года — прошедшая под руководством швейцарского куратора Харальда Зеемана Documenta 5 в немецком Касселе.

Documenta 5 была «крупным кураторским прорывом», как написал Брюс Альтшулер в исследовании периодических выставок «Биеннале и не только». Она «задала формат смелой тематической выставки, выстроенной так, что произведения интерпретируются в соответствии с большой концепцией куратора». В своей книге Альтшулер подробно анализирует Documenta 5 и Documenta 11, но не разбирает ни одной биеннале в Венеции.

Сейчас финансирование Documenta значительно превышает финансирование Венецианской биеннале. У главного куратора Documenta 2017 года Адама Шимчика было €45 млн и четыре года, которые он полностью посвятил подготовительному исследованию. Главный куратор Венецианской биеннале нынешнего года Ральф Ругофф располагал всего лишь €13 млн и менее чем полутора годами на подготовку, вдобавок он продолжал в полном объеме выполнять обязанности директора лондонской Hayward Gallery. «Со временем Documenta получила широкое признание как лидер среди выставок и считается более серьезной и важной, чем Венецианская биеннале», — говорит Шветал Ашвин Пател, чье исследование «Обзор кураторства мировых биеннале», вышедшее в 2018 году, освещает размах международной «биеннализации». Тем не менее, по его словам, Documenta «не хватает блеска, жизнерадостности, статуса в истории искусства и яркого бренда — того, что есть у Венеции».

По иронии судьбы решающую роль на Венецианской биеннале, по-видимому, играют именно национальные павильоны — которые часто обвиняют в старомодности, национализме и даже ксенофобии, — и многочисленные параллельные выставки. В этом году на биеннале будут работать выставки в 90 национальных павильонах, а количество музейных и независимых экспозиций продолжает неуклонно расти. «Венеция — зеркало мира искусства, как в художественном, так и в геополитическом смысле», — уверена Патриция Сандретто Ре Ребауденго, основательница некоммерческого Фонда Сандретто Ре Ребауденго. Она вспоминает свою первую Венецианскую биеннале 1993 года, куда попала «в качестве коллекционера». Именно там она познакомилась с творчеством Дуга Эйткена, Чарльза Рэя и Феликса Гонсалеса-Торреса — теперь все эти художники есть у нее в коллекции.

Участники перформанса в павильоне Германии на 57-й Венецианской биеннале. Немецкий хореограф Анна Имхоф и куратор Сюзанн Пфеффер получили «Золотого льва» за многочасовое перформативное действо «Фауст». Фото: Jin Yu/Xinhua via ZUMA Wire
Участники перформанса в павильоне Германии на 57-й Венецианской биеннале. Немецкий хореограф Анна Имхоф и куратор Сюзанн Пфеффер получили «Золотого льва» за многочасовое перформативное действо «Фауст».
Фото: Jin Yu/Xinhua via ZUMA Wire

Филомена Магерс, соосновательница коммерческой галереи Sprüth Magers, представляющей на Венецианской биеннале этого года пятерых художников, говорит: «Если повезет, вы увидите выдающуюся, хорошо собранную главную выставку». Поскольку у биеннале нет постоянного куратора, «каждый раз удается увидеть новых художников, которые оказываются настоящим откровением», считает она. Причем для кого-то Венецианская биеннале может стать поворотным моментом в карьере, как, например, для Пипилотти Рист в 1997 году или Анне Имхоф, получившей «Золотого льва» в 2017-м.

«Иногда выставки выходят не очень интересными, — замечает арт-консультант Лиза Шифф, — но дух времени не почувствовать через Instagram, нужно присутствовать там лично». У тех, чья деятельность связана с арт-рынком, в Венеции очень плотный график. Шифф рассказывает, что ей приходится буквально «прочесывать Арсенале в поисках по-настоящему значительных работ, которые стоит предложить кому-нибудь из моих коллекционеров».

Как и главная выставка и национальные павильоны, требующие финансового участия дилеров, параллельная программа биеннале финансируется коммерческими галереями. В их числе — выставки Адриана Гение (Galerie Thaddaeus Ropac) и Хелен Франкенталер (Gagosian Gallery). «Так или иначе, Венеция стала плодородной почвой для торговли и рекламы», — подчеркивает Шифф. (Впрочем, можно сказать, что так было всегда: до 1968 года у биеннале был коммерческий отдел и со всех продаж взимали комиссию.)

Венецианскую биеннале часто называют «Олимпийскими играми мира искусства». Но такое сравнение вводит в заблуждение, поскольку подразумевает иерархию, своего рода меритократию, явных победителей и побежденных, определить которых на самом деле очень трудно (так, в 1964 году, когда Раушенберг получил Гран-при за живопись, обладателем «Золотого льва» за лучшую скульптуру стал Золтан Демени — кто сейчас его помнит?).

«Венецианская биеннале важна, потому что это одно из немногих мероприятий, которые посещают практически все без исключения представители мира искусства, — полагает Пател. — Историческое значение, шарм и само место проведения, один из красивейших городов мира, сочетаются здесь с громадными амбициями и очень большими деньгами». Биеннале, скорее, напоминает Всемирный экономический форум или Саммит ООН по климату: масштабная, полная суеты, сводящая с ума, с яркими вспышками таланта среди нелепого позерства. И на протяжении одной майской недели внимание всего мира искусства вновь сосредоточено на ней.

Самое читаемое:
1
Юлия Петрова: «Наши выставки — это не просто картины, развешанные по стенам»
Музей русского импрессионизма задумали в 2012 году. Четыре года спустя он обосновался в перестроенном для него здании — и с тех пор не позволяет о себе забывать. Мы поговорили с директором музея об успехах, проблемах и возможных перспективах
11.01.2023
Юлия Петрова: «Наши выставки — это не просто картины, развешанные по стенам»
2
Барельефы Сергея Меркурова остались на «Динамо»
Монументальные панно с исторического здания 1930-х годов сделали центром публичного арт-пространства
12.01.2023
Барельефы Сергея Меркурова остались на «Динамо»
3
В Малаге по-прежнему показывают русское искусство
В то время как Русский музей приостановил выдачу экспонатов в свой филиал в испанской Малаге, там впервые выставлена значимая частная коллекция русского искусства, собранная за два десятилетия лондонским предпринимателем Дженни Дуган-Чепмен Грин
19.01.2023
В Малаге по-прежнему показывают русское искусство
4
Роботы и художники: от Александры Экстер до Яёи Кусамы
Робот в обличье японской художницы Яёи Кусамы, пишущий картины в витрине бутика Louis Vuitton в Нью-Йорке, побудил нас вспомнить самые выразительные образы роботов в искусстве
13.01.2023
Роботы и художники: от Александры Экстер до Яёи Кусамы
5
Золотое кольцо неустановленного размера
Туристическому маршруту, а заодно и историко-культурному проекту под названием «Золотое кольцо России» исполнилось 55 лет. Рассказываем, кто его придумал и сколько городов в него входит
17.01.2023
Золотое кольцо неустановленного размера
6
Генрих Шлиман: человек, который во второй раз разрушил Трою
Имя Генриха Шлимана окружено мифами почти так же плотно, как история города, поискам которого он посвятил всю жизнь. Его юбилей отмечают во всем мире
12.01.2023
Генрих Шлиман: человек, который во второй раз разрушил Трою
7
Робот в образе Яёи Кусамы пишет картины в витрине магазина
Концерн LVMH, привлекший к сотрудничеству над коллекцией для Louis Vuitton Яёи Кусаму, стилизовал магазины бренда под миры японской художницы
10.01.2023
Робот в образе Яёи Кусамы пишет картины в витрине магазина
Подписаться на газету

2021 © The Art Newspaper Russia. Все права защищены. Перепечатка и цитирование текстов на материальных носителях или в электронном виде возможна только с указанием источника.

18+