А шарик летит

Инсталляция «Селфи «Космическая Одиссея» Сергея Браткова и перформанс «Шарики и гвозди» Андрея Кузькина в основном проекте Шестой Московской международной биеннале.

Биеннале начинается на улице. Точнее, на главной аллее. Посетителей Центрального павильона ВДНХ (самого помпезного здания бывшей всесоюзной выставки) встречают три весьма важных, эмблематичных экспоната. Во-первых, это инсталляция самого известного гостя нынешней выставки, Микеланджело Пистолетто, про которую мы расскажем завтра (интрига, однако!). Во-вторых, инсталляция мэтра отечественного искусства Сергея Браткова, расположенная поверх аутентичного фриза на фасаде, изображающего гербы республик СССР. Мастер концептуальной инсталляции завесил большинство из них «профилями Луны»: сокрытыми оказываются гербы республик, отколовшихся от СНГ, свободными от внеземных теней — государства, входящие в нынешний Таможенный союз. Фазы Луны и развития постсоветского пространства легко не заметить — нужно знать об этой работе и не лениться смотреть вверх.

Третье произведение входной группы, напротив, пропустить невозможно: его представляет сам автор, сидящий возле торжественных ступеней центрального входа. Известный московский художник Андрей Кузькин невозмутимо восседает на табурете между двух ящиков. В одном из них, как понятно из названия акции, лежат белые воздушные шары, которые Кузькин время от времени надувает. В другом ящике, соответственно, гвозди. Надув очередной шар, художник начинает выискивать жертву среди туристов, спешащих на биеннале (ну или же мимо), предлагая им взять уже надутый шарик, затем гвоздь. Всё. После этого, не теряя невозмутимости, художник как бы устраняется. И дальше человек решает судьбу шарика сам. Кто-то поддается провокации непроговоренных правил и протыкает шар гвоздем, исходя из предложенного набора предметов. И тогда раздается маленький взрыв. Кто-то, напротив, жалеет шарик, получает плюс к карме и идет с ним дальше — по главному проспекту ВДНХ или же внутрь Центрального павильона посмотреть на самое что ни на есть актуальное искусство. Правда, чтобы оказаться внутри основного проекта, нужно купить билет за 300 руб., тогда как произведения Пистолетто, Браткова и Кузькина совершенно бесплатны.

Это обстоятельство (доступность, максимальная демократичность, а также искусство, не маркированное «выставочным пространством») кажется мне важным. Кузькин показывает свой перформанс по нечетным дням в течение всей предварительной жизни Шестой Московской биеннале, которая еще только становится выставкой (собственно, в этом постоянном строительстве экспозиции и состоит главная особенность нынешнего фестиваля, как бы пускающего зрителей за кулисы подготовительного периода), с 14:00 до 19:00, то есть практически полную рабочую смену. Кажется, Андрей Кузькин не скрывает, что занимается исследованием местных нравов, как бы исподволь наблюдая за людскими реакциями, как правило осторожными и аккуратными. Увидев художника, надувающего нечто и предлагающего острый предмет, люди начинают искать в этом подвох. Так нас приучили. Впрочем, разумеется, страхом приручили не всех. Некоторые легко включаются в предложенную Кузькиным игру: он ведь не давит, не подсказывает и не подает примера, демонстрируя тем самым, что выбор у человека есть всегда. Хотя вполне возможно, что более опытные посетители биеннале, целенаправленно идущие на ВДНХ за особенными впечатлениями, могут сказать, что с помощью воздушных шариков и железных гвоздей Андрей Кузькин размышляет о природе современного искусства и находит весьма точную, емкую метафору особенностей нынешней биеннале. Которая уже есть, но которой пока нет и которая только хочет стать законченным проектом (сам видел, как разочарованные посетители придирчиво допрашивали биеннальных смотрительниц, «в чем суть борьбы» — смотреть-то пока, по сути, нечего, — пытаясь сдать билеты).

Эта демонстративная незавершенность основного проекта, конечно, смущает и настораживает. Однако хаос и «непонятки», пугающие в отчетах журналистов и распыляющие внимание на неудобном сайте, улетучиваются, как только оказываешься внутри основного проекта, распланированного точно и тонко. Так бывает на концертах и выставках contemporary art с затейливыми названиями и кудреватыми либретто явно интровертного характера. Для того чтобы разобраться в хитросплетениях нынешней биеннале, нужно решиться прийти на ВДНХ и просто взять на входе расписание каждого дня (дублируемое на больших плазменных экранах); здесь каждый час проходят акции, перформансы, лекции, выступления и показы. Да, параллельно художники, приглашенные к созданию выставки, которую откроют через десять дней, когда официальная программа биеннале завершится, работают над большими объектами, однако главное здесь — воплощение принципа создавать не «стены» (хотя и это тоже), но «события». Без них нынешнее состояние Центрального павильона ВДНХ особого интереса стороннему взгляду, не представляет. Например, вечером, когда художники отрабатывают смену и уходят, оставляя недокрашенные фрески и недостроенные инсталляции, которые понимай, как хочешь. Другое дело — прийти сюда днем, когда работа кипит по углам, а параллельно проходят выступления артистов. Некоторые акции показывают каждый день, какие-то — всего один раз, но важно отметить: все это шумит и пенится, заражая зрителей активной творческой энергией. Нынешний основной проект (девиз его «Как жить вместе? Взгляд из центра города в самом сердце острова Евразия») если и не самый эффектный и разнообразный за всю историю московских биеннале, то уж точно самый живой и непосредственный. Кризис ему к лицу.