От импрессионистов до Матисса и Пикассо: выбор Щукина, версия Эрмитажа

Выставка «Рождение современного искусства: выбор Сергея Щукина» в петербургском Манеже Малого Эрмитажа кардинально отличается от уже показанных ранее экспозиций в парижском Фонде Louis Vuitton (2017) и в Пушкинском музее в Москве (2019). Куратор французской выставки Анна Бальдассари показала, помимо ударных хитов собрания, и то, с чего Щукин начинал коллекционировать, а также дополнила экспозицию произведениями русского авангарда — которого могло и не случиться, если бы в Москве не появилась столь радикальная коллекция передового французского искусства, к тому же доступная для публики (к Щукину можно было записаться на экскурсию посмотреть собрание). Московская версия выставки рассказывала о коллекции Сергея Щукина в сопоставлении с собраниями его братьев Дмитрия, Ивана и Петра, а также останавливалась на обстоятельствах дальнейшей национализации, а потом и раздела произведений искусства между Москвой и Ленинградом.

Нынешний, завершающий трилогию, проект в Эрмитаже предельно лаконичен и построен на довольно простом приеме организации экспозиции — реконструкции, оттого и ценен.

Здесь представлены только произведения из коллекции западного искусства Сергея Щукина, а схема расположения экспонатов — пусть и условно — напоминает развеску в московском особняке коллекционера. Опять же, все это с оговорками. Во-первых, пространство эрмитажного Манежа с его высокими сводами максимально не похоже на купеческий особняк с небольшими залами, лепниной и каминами. Во-вторых, цвет стен часто кардинально отличается от той гаммы, которая была у Щукина (обои из тисненной кожи, фисташковые стены и розовые плафоны, вишневые ковры — всего этого на выставке, разумеется, нет). В-третьих, картины в Манеже развешаны непривычно плотно по меркам современного экспозиционного дизайна, но все-таки очень просторно, даже вольготно, по сравнению с тем, как они жались друг к другу — поверх лепнины, десюдепортов и каминов — в доме Щукина. Наконец, некоторые работы заменены фотографиями в натуральную величину, но подчеркнуто черно-белыми. Они висят на местах, определенных им когда-то коллекционером, взамен подлинников, оставшихся в родных музейных стенах. Подозревать здесь злой умысел, вспоминая о том, как произвольно разделенные когда-то по государственной воле между Эрмитажем и Пушкинским коллекции Щукина и Морозова чуть не поссорили два великих музея, не стоит. В Манеж Малого Эрмитажа не отпустили из-за их хрупкости не только виды руанского собора Клода Моне из ГМИИ, но и, например, «Двух сестер» Пабло Пикассо из расположенного напротив Главного штаба самого Эрмитажа.

И все-таки эффект от выставки ошеломительный.

Не только потому, что в одном месте и столь концентрированно представлены шедевры, мировая классика ХХ века: 30 работ Анри Матисса, 40 картин Пабло Пикассо, почти в точности воспроизведенный «иконостас» Поля Гогена, а также с детства знакомые, хрестоматийные вещи Клода Моне, Поля Сезанна и Винсента ван Гога. Всего удалось собрать вместе 150 произведений из щукинской коллекции, по всей видимости — как бы драматично это ни звучало — в последний раз, так как состояние сохранности многих экспонатов едва ли позволит когда-либо еще повторить этот эксперимент. Большинство работ и так давно «невыездные», исключение было сделано лишь для Фонда Louis Vuitton, основатель которого Бернар Арно лично содействовал тому, чтобы произведения искусства из коллекции Щукина и Морозова на время были объединены, и участвовал в переговорах с российскими музейщиками.

Слова «реконструкция» или «воссоздание» действительно очень точно подходят к петербургской итерации щукинской выставки. В 1914 году экспозиция в залах особняка на Знаменке была скрупулезно отснята фотографом Павлом Орловым, был подготовлен подробный каталог с описаниями, к этому моменту было завершено и формирование коллекции — дальнейшему пополнению помешали сперва Первая мировая война, а затем революция. Именно на основании архивных фотографий, запечатлевших развеску в особняке коллекционера, кураторы нынешней экспозиции — заместитель заведующего отделом западноевропейского изобразительного искусства Эрмитажа Михаил Дединкин и научный сотрудник того же отдела Ольга Леонтьева — выстроили план выставки. Он, кстати, схематично представлен прямо при входе, рядом с планом особняка Щукина, и там уже видно, что основные элементы — Музыкальный салон, Розовую гостиную, Большую столовую, комнату Пикассо и кабинет Сезанна — кураторы постарались повторить, пусть и нарушив последовательность залов. Судить, насколько достоверной получилась реконструкция в Эрмитаже, можно, сравнив экспозицию с помещенными здесь же увеличенными репродукциями оригинальных фотографий соответствующих помещений, а также слайд-шоу, где картины на черно-белых фото даже раскрашены.

Важный факт, объясняющий, почему та самая развеска в особняке Щукина имеет особое значение: это не просто прихоть владельца, хотя и тут ход мыслей коллекционера с его знаменитым чутьем на искусство будущего, был бы интересен, — в 1911 году по приглашению Щукина в Москву приезжал Матисс и сам занимался развеской картин в доме.

Самое смелое и эффектное экспозиционное решение Щукина — Матисса — знаменитые панно «Танец» и «Музыка», написанные для большой лестницы особняка, — не было запечатлено на фото и трудно поддается воссозданию. На эрмитажной выставке монументальные полотна заняли центральное место и видны почти из любой точки экспозиции, но, конечно же, расположены совсем не так, как их когда-то видел сам Щукин, его семья и их гости.

Открывается выставка пространством, воспроизводящим экспозицию Музыкального салона, где представлены импрессионисты: Клод Моне, Камиль Писсарро, Альфред Сислей, менее известные Морис Лобр и Шарль Герен, а также намечающий будущие художественные потрясения «Букет» Поля Сезанна. Это однозначно самый традиционный раздел выставки и, соответственно, зал щукинской экспозиции. Строго напротив — Розовая гостиная, центральное помещение особняка, оформлением которого занимался лично Матисс. С двух сторон на зрителей смотрят марокканцы Зора и Амид, в центре — «Натюрморт с восточным ковром», «Золотые рыбки» и другие матиссовские работы, бьющие наотмашь мощными цветовыми контрастами. Каждый следующий зал радикальнее предыдущего даже для сегодняшнего зрителя, а что чувствовали современники Щукина, остается только догадываться. Вслед за Розовой гостиной Матисса — зал Гогена и Большая столовая со знаменитым «иконостасом». Наискосок от гостиной — комната Пабло Пикассо, где живопись «голубого» и «розового» периодов перемежается кубизмом в его же исполнении, а также Жоржа Брака и примитивистскими картинами Анри Руссо. В центре ее выставлены африканские статуэтки, которые Щукин тоже приобретал, четко уловив силу их воздействия на становление стиля гениального испанца. Как и в особняке на Знаменке, полотна Пикассо заключены в одно из самых скромных по размеру помещений, где картины были развешаны иногда в три ряда, и такая концентрация модернистского искусства почти шокирует. Название следующей комнаты, кабинет Сезанна, напротив, условно: тут не только работы «отшельника из Экса», но и произведения Огюста Ренуара, Эдгара Дега, Андре Дерена и Анри Руссо. У Щукина это помещение играло роль запасника, но, по утверждению кураторов, своя логика существует и в этой развеске, ведь «коллекционер не мог не ощущать глубинную связь искусства Дерена и Руссо с живописью Сезанна, их великого предшественника».

Покидая выставку, стоит задержаться у слайд-шоу, где наряду с уже знакомыми фотографиями залов особняка на Знаменке демонстрируются кадры из семейного архива: фотопортреты родителей коллекционера, его братьев, общее фото с детьми, Щукин с семьей в Венеции, они с женой на слонах путешествуют по Индии, запечатлены на верблюдах на фоне пирамид. Кадры красивой жизни Belle Époque, где семейные драмы надежно замаскированы атрибутами успеха и роскоши и, кажется, ничто не выдает в этом скромном господине самого прозорливого ценителя нового искусства. Остается только гадать, как ему удалось почувствовать, каким будет искусство будущего.

Манеж Малого Эрмитажа
«Рождение современного искусства: выбор Сергея Щукина»
До 30 октября