Книги

Может показаться, что оттиск изображения на бумаге — это нечто упрощенное, придуманное лишь ради тиражирования. Писательница Холли Блэк прикладывает серьезные интеллектуальные усилия для того, чтобы уверить читателя: печатная графика бесценна

Новый сборник включает биографии 11 художниц, так или иначе связанных с русским авангардом. Перечень этих имен не назовешь каноническим списком «амазонок». Да и существует ли такого рода канон?

Его рисунки к знаменитому роману Достоевского — нечто большее, чем просто иллюстрации. Григорьев мечтал увидеть их изданными в виде книги, но при жизни художника этого не произошло. Альбом вышел только сейчас

Познакомившись с книгой художника Андрея Кузькина «Путешествие деревянного чемодана 2», хочется немедля отправиться на поиски собственных корней, чтобы лучше понять себя. Считать ли это издание документацией перформанса? Решать читателю

Первый директор нью-йоркского Музея современного искусства породил идеи и концепции, которые до сих пор определяют наше восприятие модернизма. Именно идейная сторона его жизни интересовала Сибил Гордон Кантор, автора биографической книги о Барре

Забытый университетский архив, обнаруженный британским профессором Джеймсом Чеширом, дал ему богатую пищу для исследований — не только картографических, но и общегуманитарных. В итоге появилась книга под названием «Библиотека потерянных карт»

В самом начале 1960-х скульпторы Вадим Сидур, Владимир Лемпорт и Николай Силис работали в одной мастерской и даже вели общий дневник. Писали откровенно — и отчасти по этой причине недолго. Десятилетия спустя их «тройственный дневник» опубликован

Художественная жизнь США в период между двумя мировыми войнами не перестает привлекать внимание исследователей. Одна из них, Джулия Мэй Боддевин, посвятила свой новый труд нью-йоркской галерее Валентайна — институции важной, но почти забытой

Шеститомник, над которым Марк Рестеллини работал 30 лет, обещает стать самой надежной описью живописного наследия одного из наиболее подделываемых художников

Директор Эрмитажа в книге «Я — арабист» рассказывает о той стороне своей биографии, которая всегда была не слишком заметна для широкой аудитории. Эти главы о путешествиях, связанных с археологией, автор называет «размышлениями вокруг линии жизни»