18+
Материалы нашего сайта не предназначены для лиц моложе 18 лет.
Пожалуйста, подтвердите свое совершеннолетие.

Нина Котел: «Я всегда была сосредоточена только на искусстве»

№91
Материал из газеты

Московская художница с тонким, узнаваемым стилем рассказала о том, как ищет темы для рисунков, зачем рисует чужие выставки и в каком зале Третьяковской галереи хочет видеть свои работы

Справка

БИОГРАФИЯ

Нина Котел
Художник

1949 родилась в Киеве
1967–1972 училась в Киевском государственном художественном институте
1980 вышла замуж за художника Владимира Сальникова (1948–2015), переехала в Москву
1987 член Союза художников СССР
1991 первая персональная выставка — 
в галерее «Студия 20»
2004 награждена профессиональной премией «Мастер-2003»
2017 выходит документальный фильм «ВоваНина» режиссера Наталии Назаровой
2018 выставка «Нераздельные и неслиянные. Нина Котел и Владимир Сальников» в ГЦСИ в Калининграде
1999–2020 многочисленные персональные
выставки в галереях Москвы, включая «Крокин-галерею», «Перелетный кабак», «Пересветов переулок», «Улицу ОГИ», Paperworks, pop/off/art

Еще…

Нина Котел — художник известный, независимый, со своим стилем. Она много работает, и ее выставки охотно принимают галереи. Долгие годы они с художником Владимиром Сальниковым были счастливой парой. Шесть лет назад Владимира не стало, но Нина с ним не рассталась.

Пандемия не помешала вам работать. Вы готовите новые выставки?

Я работаю каждый день, всегда делаю сразу несколько серий, готовлю несколько выставок. В июле у меня будет выставка в «Крокин-галерее», а в сентябре — в галерее «ХХI век». Ее я еще не начинала, но знаю, что хочу сделать.

И что же будет на этих выставках?

Например, будет серия, которую я начала еще в 1995 году, называется она «Без кожи». Так говорят о ранимом, тонко чувствующем человеке. А у меня тогда были очищенные груши, кабачки с их нежной, «ранимой» мякотью — всего десять работ, и они лежали с тех пор в папке. В прошлом году, когда Максим Боксер первый раз закрыл свой «Шар и крест», то решил на этом ресурсе делать небольшие интернет-выставки. Я ему отдала эти рисунки и даже написала к ним какой-то тексток. Я научилась коротко писать о себе, раньше Володя за меня это делал. Знаете, сядет за компьютер и спрашивает: «Ну, что ты хотела там сказать?» Я ему в двух словах что-то объясняла, и он писал текст.

И отлично формулировал, он понимал вас. И раз уж вы заговорили о Владимире, то спрошу: мне казалось, что он еще и проектировал, направлял вас — я права?

Нет, я все придумывала сама, он просто хорошо облекал в слова то, что я делала. Еще я обычно придумывала названия своих работ, и Володе они очень нравились. Но иногда он это делал. Вот я придумала название выставки «Тонкий запах рыбы и чеснока» и подумала: «Володя бы меня похвалил». 

Вы бесконечно ведете с ним диалог?

Конечно.

Даже в Facebook ведете его страницу, не заводите свою. И это странно.

Но все привыкли, все это знают, и я там подписываюсь: Нина Котел. У меня просто не было сил что-то изменить. И адрес электронной почты у меня его же. И вот возвращаюсь к серии «Без кожи». Мне захотелось ее продолжить, и когда мне предложили сделать выставку, то я сразу ее придумала и нарисовала. Я всегда сама рисую экспозиции своих выставок, никому не доверяю, за исключением Иры Горловой (куратор, глава отдела новейших течений Третьяковской галереи. — TANR), с которой делаю выставки с 1991 года.

Давайте поговорим о прошлом. Вы родились и учились в Киеве, там жили и работали, а в 30 лет перехали в Москву. Почему?
Все просто. В 1979 году я поехала в дом творчества Союза художников «Сенеж» и познакомилась там с Володей Сальниковым. Я тогда была замужем, Володя — женат. Я о нем уже слышала от своих подруг, которые учились с ним в Полиграфе. Они рассказывали о Володе Сальникове, поэте-сюрреалисте — он именно так себя называл. Я ему и сказала при встрече: «Я вас знаю, вы поэт-сюрреалист». Вскоре мы очень быстро развелись со своими партнерами, а потом поженились.

А чем вы занимались в Киеве?

Мы с моим первым мужем были художниками-иллюстраторами. Плюс я что-то писала и рисовала, участвовала в выставках. Персональных, конечно, не было (в советское время до 50 лет их невозможно было получить). Когда мы с Володей поженились, то он стал мне говорить, что я гений и не должна работать. Так что я никогда нигде не служила, у меня нет трудовой книжки. Я всегда была сосредоточена только на искусстве — писала и рисовала.

Даже в 1980-х? Было глухое советское время, никто не думал, что оно вскоре кончится, вас не выставляли. Тяжело было?

Что вы! Когда нам с Володей было 30–40 лет, это было самое интересное время. Со всеми нашими друзьями мы все время общались, ходили друг к другу в мастерские, показывали работы, обсуждали. Мы были в мастерских у Владимира Янкилевского, у Ильи Кабакова. У нас всех была активная внутренняя жизнь. И мы знали всё, что в мире делается: какие музеи в Америке, где кто выставляется.

Откуда?

Мы рыскали по букинистическим магазинам, покупали каталоги, которые сдавали туда люди, бывавшие за границей. Володя преподавал в Полиграфическом институте и все добытое показывал студентам. И наши друзья тоже следили за тем, что где делается, читали журналы. В 1970-е годы было тотальное увлечение Востоком, традиционной китайской живописью, и наши концептуалисты, круг Никиты Алексеева и Андрея Монастырского, тоже этим увлекались. А Володя в детстве жил в Китае, и книжка «Слово о живописи из Сада с горчичное зерно», переведенная Евгенией Завадской, и другие были нашими настольными книгами. И мы все это обсуждали — сейчас такого нет. В 1993 году мы с Володей впервые поехали в Америку. Три часа стояли в очереди на собеседование в посольстве. Нас там спросили, в какие музеи мы хотели бы попасть, и мы их перечислили. Тогда нам задали вопрос на засыпку: «Кто из вас лучший художник?» Володя ответил: «Ниночка, конечно!» Еще проходили однодневные выставки — сначала в выставочном зале МОСХа на Кузнецком Мосту, а во второй половине 1980-х — в ЦДХ. Леня Бажанов (искусствовед, основатель Государственного центра современного искусства. — TANR), который их устраивал, всех художников знал.

А был какой-то переломный момент, когда стало понятно: вот сейчас можно выставлять то, что хочешь?

Знаете, когда мне надо было выходить из молодежной секции Союза художников СССР и поступать в МОСХ, то на приеме моих работ страшный крик стоял: это концептуализм!

А какими были ваши непозволительно концептуальные работы?

Например, три рисунка: на полу лежат обрезки бумаги, на одном просто белые, на другом белые на сером фоне, на третьем те же обрезки, но с пятнышками акварели, и на всех трех безопасное лезвие. Серия называется «Обрезки». И я не понимала, за что меня гнобили. Видимо, надо было нарисовать какую-нибудь кривую хатку. В 1984 году я рисовала стенки метро, мрамор, и подала эти работы на Всесоюзную молодежную выставку. Их тоже не приняли: метро так никто не рисует!

И когда ваши вещи перестали возмущать? Когда понадобилось не привычное, а новое?

В 1987-м открылась галерея «Московская палитра», и там стали выставлять мои и Володины работы. А уже в 1991-м открылся Общественный центр искусства на Якиманке, куда нас Леня Бажанов пригласил (через год он открыл ГЦСИ). Там же открылась галерея «Студия 20» его жены Тани Растопчиной, с ней сотрудничала Ира Горлова. С тех пор я все время делаю выставки, персональные. Я люблю их делать, люблю заполнять пустой зал.

А где бы вам хотелось сделать выставку?

В 38-м зале Третьяковской галереи, я ее даже нарисовала. В прошлом году, в начале карантина, в фонде IN ARTIBUS открылась выставка коллекции Максима Боксера и через три дня закрылась. Мне там так понравилось, что я захотела на выставке порисовать. А это давнишняя моя идея — рисовать выставки. Еще в 1995 году мне пришло в голову, что надо рисовать наши выставки. В «Студии 20» была Володина выставка «Думай» — там были папочки из кальки, на которых написаны фрагменты женских тел, а внутрь вставлены всякие его записи, автобиографии. Папки были подвешены на леске, вращались и очень красиво были подсвечены. Люди приходили, вынимали записи из папок, садились, читали. И я стала их рисовать. Потом я сделала шесть рисунков моей выставки «Ядовитые выбросы украшают ландшафт». Дальше я придумала рисовать свои вымышленные экспозиции. А на выставке Михаила Ларионова в Третьяковке я увидела его рисунок его же выставки, и мне это очень понравилось. Так вот, все прошлое лето я ходила и рисовала выставку из коллекции Боксера, а перед закрытием он внедрил эти мои работы в экспозицию — отлично получилось.

В 1990-е годы рисунок и живопись считались несовременными, неактуальными, поэтому вы с Владимиром снимали видео, делали перформансы.

Если человек хочет что-то сказать, он может это сделать любым способом. И мы никогда не бросали живопись и рисунок. Но вот в 1999 году Владик Ефимов мне предложил сделать с ним выставку «Воскресшие вещи». По философу Николаю Федорову, все люди воскреснут, а с ними воскреснут и их любимые вещи. У Владика были старые вещи: пресс-папье, будильники, а я собирала предметы быстрого использования: пластмассовые стаканчики, шарики, лекала. И у нас все это было на видео. На моем из красного мусорного ведра медленно вылетали все эти вещи, тоже красные. И еще были слайды с моими рисунками этих вещей. Проектор демонстрировал рисунки по 30 секунд каждый. Люди стояли, смотрели, ждали следующего слайда, и это было новое качество рисунков. А в 1997 году с помощью «TV-галереи» я получила от МЧС фрагменты видео основных катастроф в России 1990-х годов. Например, пожара в гостинице «Ленинградская» в Ленинграде. Работа называлась «Коллапссфера».

А сейчас почему не занимаетесь видео?

Технологии изменились. Тогда мы сами все снимали. «TV-галерея» принимала в этом большое участие, спонсировала нас. Да и не знаю, сколько времени у меня еще есть, много дел не завершено. 

Самое читаемое:
1
Кому выгодна многолетняя завеса тайны над коллекцией Белютина? Эксперты в недоумении
Смерть вдовы Элия Белютина Нины Молевой актуализировала вопрос, кому отойдет коллекция старых мастеров. Вспоминаем нашу статью 2015 года, так как новых фактов за это время не появилось
14.02.2024
Кому выгодна многолетняя завеса тайны над коллекцией Белютина? Эксперты в недоумении
2
Фантазии и факты: как строили Москву для «Мастера и Маргариты»
Даже те, кому не понравился фильм, не отрицают, что в нем создана особая реальность, параллельная тексту Михаила Булгакова. Мы поговорили с участниками съемочной группы о визуально-пластическом языке фильма: вторых планах, цвете и важных деталях
09.02.2024
Фантазии и факты: как строили Москву для «Мастера и Маргариты»
3
Третьяковская галерея возвращается в Серебряный век
Выставка «Герои и современники Серебряного века» представляет «наиболее объективный и выразительный портрет эпохи». Это уже четвертая часть цикла, посвященного рубежу XIX–XX веков, времени журналов, манифестов и художественных группировок
14.02.2024
Третьяковская галерея возвращается в Серебряный век
4
Павел Филонов и его окна в параллельную реальность
Одна из самых больших выставок Павла Филонова в Москве проходит в Медиацентре «Зарядье». О своих впечатлениях рассказывает писатель Дмитрий Бавильский — и приходит к выводу, что восприятие художника сильно зависит от оптимизма или пессимизма зрителя
15.02.2024
Павел Филонов и его окна в параллельную реальность
5
Собрание Эрмитажа прирастает частной коллекцией
Эрмитаж приобрел почти полторы сотни предметов из собрания покойного мецената Юрия Абрамова, который при жизни был почетным другом музея. В их числе — прижизненный скульптурный портрет Микеланджело Буонарроти и посмертный бюст Александра I
20.02.2024
Собрание Эрмитажа прирастает частной коллекцией
6
Импрессионизм как источник света в условиях нехватки воздуха
Произведения из коллекций 27 музеев России, представленные на выставке в Санкт-Петербурге, отдают дань традициям и эстетике импрессионизма, которые находили отражение в советском изобразительном искусстве разных лет
27.02.2024
Импрессионизм как источник света в условиях нехватки воздуха
7
Алла Хатюхина: «Мы молчали об этой находке несколько десятилетий»
Ярославский художественный музей — неоднократный лауреат премии ИКОМ России, номинант и победитель ряда международных конкурсов. С 2008 года им руководит Алла Хатюхина, которую мы расспросили о необычном проекте «Три стихии» и о достижениях музея вообще
26.02.2024
Алла Хатюхина: «Мы молчали об этой находке несколько десятилетий»
Подписаться на газету

Сетевое издание theartnewspaper.ru
Свидетельство о регистрации СМИ: Эл № ФС77-69509 от 25 апреля 2017 года.
Выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор)

Учредитель и издатель ООО «ДЕФИ»
info@theartnewspaper.ru | +7-495-514-00-16

Главный редактор Орлова М.В.

2012-2024 © The Art Newspaper Russia. Все права защищены. Перепечатка и цитирование текстов на материальных носителях или в электронном виде возможна только с указанием источника.

18+