18+
Материалы нашего сайта не предназначены для лиц моложе 18 лет.
Пожалуйста, подтвердите свое совершеннолетие.

Марина Алексеева: «Иногда над одним боксом я зависаю на полгода»

Петербургская видеохудожница Марина Алексеева рассказала о том, как от керамики пришла к видеоарту, что может дать художнику театр, и о новом онлайн-проекте с Центром Вознесенского, премьера которого состоится 4 июля

Видеоарт Марины Алексеевой — камерный, практически карманный. Он существует не в белом кубе галереи и не на экране телевизора, а в небольших коробках, забитых миниатюрной мебелью и прочим скарбом. В этих макетах интерьеров — не гламурных, захламленных и очень узнаваемых — живут собственной странной жизнью полупрозрачные рисованные персонажи. За те несколько минут, что длится видео, они претерпевают череду причудливых превращений, а зритель наблюдает за этой фантасмагорией через окошко-глазок в передней стенке коробочки. Вписать эфемерную анимацию во вполне осязаемый интерьер помогает оптическая иллюзия: на самом деле видео показывается на экране, спрятанном внутри бокса, но зритель видит не сам экран, а его отражение в полупрозрачном зеркале. Марина Алексеева родилась в 1959 году в Ленинграде. В 1984 году окончила Мухинское училище по специальности «керамика и стекло». К изобретению своей уникальной разновидности видеоарта, которую она называет «лайфбоксы», художница пришла лишь в 2000-х. В 2017 году Алексеева выступила как сценограф и видеохудожник спектакля «Проза» в «Электротеатре „Станиславский“», использовав ту же технологию работы с отражениями, но уже в большем масштабе. А нынешней весной, когда запланированные выставки из-за пандемии COVID-19 отодвинулись на неопределенный срок, начала активно осваивать онлайн-формат.

Как вы пережили вынужденную самоизоляцию и чем заняты сейчас?

Я провела эти месяцы дома, на окраине Петербурга. У меня отдельный дом с садом, изначально это была мастерская. Она досталась мне очень давно — тогда это была какая-то запредельная глушь. У меня возникла мысль вернуться к живописи. Раньше я ею много занималась, а в последнее время перестала. Возможно, это самоизоляция так на меня подействовала: в эти месяцы у меня появилось свободное время, прекратилась эта бесконечная гонка, когда надо везде успеть. Но теперь работы опять стало столько, что некогда даже полы помыть. Сейчас я занимаюсь онлайн-проектом «Мэтью» для московского Центра Вознесенского. Это комедия начинающего драматурга Екатерины Вагнер (Екатерина — арт-критик и журналист, шеф-редактор Russian Art Focus. — TANR). Премьера состоится в интернете 4 июля. Я делаю для нее анимационные ролики. В основном они иллюстрируют мысли главного героя, которые постоянно вертятся вокруг денег. Я чуть не запуталась в этих бесконечных евро! Да и сам герой в них путается, во всяком случае, до добра его эти подсчеты не доводят.

За время пандемии появилось много самых разных онлайн-проектов — от спектаклей и выставок до Zoom-сериалов. Как вы думаете, у этого направления есть будущее или это временный всплеск, вызванный карантином?

Мне кажется, мы находимся на пороге зарождения чего-то абсолютно нового в этой сфере. Просто смотреть на говорящую голову на экране уже никому не интересно. Правда, на мой взгляд, пока ничего революционного не возникло, мы в основном используем те приемы и ходы, что уже существовали раньше. Не уверена, что это новое удастся найти именно мне и именно сейчас, но так или иначе это обязательно произойдет.

У вас уже был опыт работы в театре: вы были в числе создателей спектакля «Проза» в «Электротеатре „Станиславский“». Планируете продолжать?

О, это был интересный опыт. Прежде я никогда не работала в театре и, честно   говоря, не особенно его любила. Мне и сейчас далеко не все нравится, но все же я чувствую, что центр чего-то нового в наше время перемещается из сферы визуальных искусств в театр. Он позволяет замешивать все со всем. Разные медиа наслаиваются друг на друга, можно как следует перемешать эти ингредиенты и выпечь из них совершенно новый «блин». Работать над «Прозой» мне предложил композитор Владимир Раннев — так мы с ним и познакомились. До этого мы вращались в одних и тех же кругах, но почему-то не пересекались. Он был и композитором, и режиссером этого спектакля, и мне понравилось, как он соединяет аудиальный и визуальный слои. «Прозу» можно только условно назвать оперой: там действительно все поют, но на этом сходство с обычной оперой заканчивается. Видеоряд там не менее важен, чем музыка.

Вы по образованию художник-керамист. Как у вас возник интерес к видео?

Это длинная история. Когда-то у меня была серия работ «Секретики». Там был тот же принцип, что у «секретиков», которые делают дети: всевозможные предметы под стеклом. Потом я начала делать коробки с макетами интерьеров внутри — это были жилые комнаты или музеи. Многие думают, что по образованию я театральный художник (их обучают делать такие макеты). Меня часто спрашивают, не училась ли я на сценографа. Но нет, я пришла к этому сама. Мне нравилось придумывать уже обжитые интерьеры, чтобы, глядя на них, легко было представить себе их обитателей. Но, кроме того, мне всегда хотелось, чтобы в них что-то происходило. Как этого добиться, я поняла, когда познакомилась с инженером Сергеем Карловым. Он очень хорошо разбирается в оптике и объяснил мне, как можно вписать в эти интерьеры видео. Мы до сих пор с ним сотрудничаем, он занимается технической частью моих работ. Тираж каждого бокса не больше пяти экземпляров, и все они разные. Видео во всех одно и то же, но интерьеры отличаются друг от друга. Повторить их точь-в-точь невозможно, ведь они собраны из разных мелочей, попавшихся под руку, иной раз даже найденных на помойке.

А где вы научились технике анимации?

Я вышла замуж за Бориса Казакова, известного художника-аниматора. Он меня всему научил. Правда, я не рисовала от руки на пленке, как он в начале карьеры. К тому времени уже появились компьютеры, и я сразу стала рисовать стилусом на планшете.

Интерьеры ваших «коробочек» выглядят очень правдоподобно, при этом персонажи переживают совершенно сюрреалистические метаморфозы. Как вы придумываете эти сюжеты? Во сне?

Когда я начинаю делать новую работу, у меня в голове нет готового сюжета. Мне важно не ограничивать себя историей, придуманной заранее. Все эти превращения, о которых вы говорите, показывают, что у персонажа в голове. Условно, внешне человек может быть зайчиком, а по натуре — крокодилом. Чаще всего вначале я сама не знаю, чем закончится мое видео. Когда начинаешь рисовать, видишь, допустим, паука, а по ходу работы он вдруг превращается в чайную чашку. Это совершенно непредсказуемый процесс, и я никогда не знаю, сколько времени он займет. Иногда над одним боксом я зависаю на полгода, иногда работа рождается за месяц.

Но макетами интерьеров у вас дело не ограничивается. В прошлом году в Венеции я видела инсталляцию, где ваше видео проецировалось на шоколадный фонтан…

Да, это еще один наш совместный проект с Владимиром Ранневым, он был сделан для выставки ID, которую организовала лаборатория Cyland (петербургская лаборатория медиаарта. — TANR). Инсталляция была посвящена CCCР, на фонтан проецировались изображения известных советских исполнителей. Раннев написал для нее новый вариант гимна СССР, со своей собственной музыкой и текстом на английском языке. Работая над этой инсталляцией, я впервые в жизни увидела шоколадный фонтан. Это какая-то абсолютно бессмысленная вещь — символ безумной роскоши. Зачем он вообще нужен? Для каких-то вечеринок, чтобы дамы макали в него фрукты на палочках? Это уже само по себе некое барокко.

Какие у вас планы на жизнь «после самоизоляции»?

Этим летом у нас с Владимиром Ранневым должна была открыться выставка в новом пространстве Галереи Марины Гисич, но коронавирус спутал все планы. Впрочем, кто знает, сейчас галереи в Петербурге мало-помалу начинают открываться. Осенью у нас намечался еще один совместный проект, в Перми, посвященный Дмитрию Пригову и приуроченный к его юбилею — в этом году ему исполнилось бы 80 лет. Это должна была быть большая выставка-инсталляция. Предполагалось, что она займет целый дом в рабочем поселке на окраине города. Надеюсь, она все же состоится, хотя, может быть, не в ноябре, как планировалось, а позже.

Онлайн-премьера медиакомедии «Мэтью» пройдет 4 июля в 19:00 на страницах Центра Вознесенского в Facebook и YouTube.

Самое читаемое:
1
Кому выгодна многолетняя завеса тайны над коллекцией Белютина? Эксперты в недоумении
Смерть вдовы Элия Белютина Нины Молевой актуализировала вопрос, кому отойдет коллекция старых мастеров. Вспоминаем нашу статью 2015 года, так как новых фактов за это время не появилось
14.02.2024
Кому выгодна многолетняя завеса тайны над коллекцией Белютина? Эксперты в недоумении
2
Фантазии и факты: как строили Москву для «Мастера и Маргариты»
Даже те, кому не понравился фильм, не отрицают, что в нем создана особая реальность, параллельная тексту Михаила Булгакова. Мы поговорили с участниками съемочной группы о визуально-пластическом языке фильма: вторых планах, цвете и важных деталях
09.02.2024
Фантазии и факты: как строили Москву для «Мастера и Маргариты»
3
Третьяковская галерея возвращается в Серебряный век
Выставка «Герои и современники Серебряного века» представляет «наиболее объективный и выразительный портрет эпохи». Это уже четвертая часть цикла, посвященного рубежу XIX–XX веков, времени журналов, манифестов и художественных группировок
14.02.2024
Третьяковская галерея возвращается в Серебряный век
4
Павел Филонов и его окна в параллельную реальность
Одна из самых больших выставок Павла Филонова в Москве проходит в Медиацентре «Зарядье». О своих впечатлениях рассказывает писатель Дмитрий Бавильский — и приходит к выводу, что восприятие художника сильно зависит от оптимизма или пессимизма зрителя
15.02.2024
Павел Филонов и его окна в параллельную реальность
5
Собрание Эрмитажа прирастает частной коллекцией
Эрмитаж приобрел почти полторы сотни предметов из собрания покойного мецената Юрия Абрамова, который при жизни был почетным другом музея. В их числе — прижизненный скульптурный портрет Микеланджело Буонарроти и посмертный бюст Александра I
20.02.2024
Собрание Эрмитажа прирастает частной коллекцией
6
Объявлен лонг-лист ХII Премии The Art Newspaper Russia
Наша газета составила традиционный список номинантов на ежегодную премию за 2023 год в пяти категориях: «Музей года», «Выставка года», «Реставрация года», «Книга года», «Личный вклад». Знакомьтесь с ее лонг-листом. Лауреаты будут объявлены 13 марта
08.02.2024
Объявлен лонг-лист ХII Премии The Art Newspaper Russia
7
Алла Хатюхина: «Мы молчали об этой находке несколько десятилетий»
Ярославский художественный музей — неоднократный лауреат премии ИКОМ России, номинант и победитель ряда международных конкурсов. С 2008 года им руководит Алла Хатюхина, которую мы расспросили о необычном проекте «Три стихии» и о достижениях музея вообще
26.02.2024
Алла Хатюхина: «Мы молчали об этой находке несколько десятилетий»
Подписаться на газету

Сетевое издание theartnewspaper.ru
Свидетельство о регистрации СМИ: Эл № ФС77-69509 от 25 апреля 2017 года.
Выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор)

Учредитель и издатель ООО «ДЕФИ»
info@theartnewspaper.ru | +7-495-514-00-16

Главный редактор Орлова М.В.

2012-2024 © The Art Newspaper Russia. Все права защищены. Перепечатка и цитирование текстов на материальных носителях или в электронном виде возможна только с указанием источника.

18+