Поскольку путешествия по России набирают популярность и растет интерес к не самым очевидным направлениям, мы спросили представителей артмира о том, какие локации из тех, где им довелось побывать, произвели на них наибольшее впечатление.
Алина Федорович
Сотрудница Музея ОБЭРИУ
В часе езды от Владикавказа, на старом кладбище села Карман-Синдзикау, можно найти резные раскрашенные надгробия (цырты), на которых в полный рост изображены люди: мужчина в черкеске и галифе с маузером, крестьянка с предметами быта, шофер, пастух, супружеская пара с детьми. Эти уникальные по художественным достоинствам памятники ушедшим односельчанам на протяжении многих лет делал на заказ Сосланбек Едзиев (1865–1953), потомственный каменщик и штукатур, не получивший специального художественного образования. В традиции погребальной скульптуры Кавказа существуют ростовые фигуры с изображением усопших, но Едзиев, создавая портреты конкретных людей, силой своего дара наделил их вневременными чертами, превратив в архетипические образы.
Построенный им в 1910 году дом также стал произведением искусства. Его фасад украшен каменными рельефами со сценами из жизни: художник, обнимающий жену; он же с инструментом каменотеса за работой; мать художника с гармонью; и наконец — немыслимая и вызывающая для патриархального кавказского села того времени — спящая в безмятежной позе обнаженная, над которой стоит держащийся за кинжал джигит, потому что, как пояснял автор, «красоту нужно защищать».
Мари Сокол
Художник, сокуратор летней арт-резиденции «Дача Рябушинских»
Конечно, хочется сказать: поезжайте туда, посмотрите то-се… Но я поймала себя на мысли, что мы редко обращаем внимание на вокзалы. В суете нашей жизни вокзал носит функцию сугубо транзитного пункта. Когда вы в последний раз приходили посмотреть красивый вокзал? Просто так. Вот сейчас я влюбилась в вокзал в Великом Новгороде. Архитектор, теоретик и практик транспортной архитектуры профессор Игорь Георгиевич Явейн был вдохновлен зодчеством Новгородской республики IX–XIV веков. Заимствование и осмысление средневековых линий, положенных на советскую монументальность, создают легкость. В своих описаниях к планам он отмечал органичность идеи, где «план, разрез, интерьер, фасад — одно целое». Вокзал Великого Новгорода был сдан в эксплуатацию в 1953 году. Это симбиоз классической школы, древнерусского зодчества, авангарда, модерна, эклектики. Внешне это простое здание с элементами храмовой архитектуры Новгорода, но внутри ты попадаешь в сложную художественную систему. Тут и апсида, и гульбище, деревянное убранство и строгие ряды шишек над головой, но при этом с четким структурным разграничением пространства на кассы, место отдыха. По проектам Явейна построены вокзалы на станциях Крюково, Курск и других.
Люся Янгирова
Искусствовед, куратор Школы современного искусства «Свободные мастерские» Московского музея современного искусства
В прошлом году Красноярск стал моей личной столицей Сибири. Во-первых, это единственный в регионе город, в котором мне довелось побывать, а во-вторых, градообразующая сила там — Енисей, гигант, который язык с трудом поворачивается назвать рекой. Прямо на набережной Енисея располагается Музейный центр «Площадь Мира» — пожалуй единственный в стране музей, в котором настолько причудливо и при этом органично соединились все «сюжетные линии» советской и российской истории. Постоянная экспозиция напоминает саспенс-маршрут, как в «Городе Зеро» Карена Шахназарова. Ценят и любят в музее современное искусство. До середины августа там проходит персональный проект Паши Пошукая — трогательного и романтичного автора, создающего собственную мифологию из ностальгии по детству с приставкой Dendy и глубинного фольклора.
Михаил Чулов
Художник
Я родился и полжизни прожил в Воронеже, на улице Генерала Лизюкова, в доме напротив памятника Котенку с улицы Лизюкова — герою одноименного легендарного мультфильма (1988, режиссер Вячеслав Котеночкин. — TANR). Автор сценария мультфильма, писатель Виталий Злотников, часто навещал в Воронеже своих родственников, которые жили как раз на этой улице. Этот памятник мне видится прообразом стального монумента Аленке в селе Нововоронеж, который стал вирусным в сети, а потом его демонтировали.
Денис Химиляйне
Коллекционер
Я могу порекомендовать людям ездить в Нижний. Потому что Нижний Новгород — это такая квинтэссенция хорошего современного искусства, огромное количество классных галерей, отличные рестораны — намного дешевле, чем в Москве, — и, конечно, история, которая тоже постарше, чем в Москве. Нижний Новгород — это настоящая Россия, которую вы потеряли. Но мы ее найдем.
Владимир Потапов
Художник, куратор
В моем родном городе Волгограде, точнее, в его окрестностях есть главный источник моего вдохновения, созданный природой. Если вы ищете по-настоящему метафизическое и неочевидное место, отправляйтесь на озеро Бабье в Алексеевском районе Волгоградской области. Там можно увидеть уникальное явление — плавающие острова. Они образуются весной, когда паводок и ветер подмывают берега. Верхний, торфяной слой почвы, намертво прошитый и скрепленный корнями деревьев, отрывается от песчаного основания и пускается в свободное плавание. Эти полноценные куски суши с живыми березами, кустами и папоротниками медленно дрейфуют по воде от порывов ветра до самого ледостава. Зрелище абсолютно гипнотическое. Движение островов едва уловимое. Этот постоянно меняющийся пейзаж воспринимается как живая инсталляция, визуальный манифест изменчивости и текучести нашего мира. Идеальная локация, чтобы замедлиться и перезагрузить восприятие.
Анастасия Петракова
Независимый пиар-специалист в сфере культуры
В своей подборке я порекомендую несколько неочевидных локаций и городов. Начну неожиданно с Улан-Удэ. Туда стоит заехать перед поездкой в Иволгинский дацан и на Байкал, чтобы посмотреть на самую большую в мире монументальную голову Ленина (1971). Эта черная семиметровая голова-сфера напоминает колобка и поражает даже больше, чем аллея Лениных в Горках Ленинских. В городе нужно обязательно попробовать буузы и шарбин и запить бурятским чаем с молоком.
Далее перенесемся в Магадан — город, словно обнимающий бухту Нагаева, на которую приятно любоваться из любой точки, и поднимающийся по сопкам вокруг нее. Неочевидная достопримечательность локации — максимальная концентрация ювелирных магазинов, символов того, что вся экономика региона десятилетиями строилась вокруг золотодобычи. Эта контрастность запоминается надолго: бухта, суровые пятиэтажки, порт, сопки, «Маска Скорби» — монумент Эрнста Неизвестного, посвященный жертвам репрессий, — и при этом через дом фасады ювелирных, украшенные сверкающими пайетками, будто из Лас-Вегаса 1990–2000-х.
Кирилл Маевский
Программный директор и сооснователь Центра современной культуры «Смена», исполнительный директор издательства Ad Marginem
Альметьевск — нефтяная столица Татарстана — не только образцово-показательный город комфортной и разнообразной жизни, но и город новых, часто экспериментальных, культурных проектов. В последние три года здесь развивается уникальная для всей страны книжная программа, в рамках которой, благодаря усилиям Центра современной культуры «Смена» и Благотворительного фонда «Татнефть», открываются новые частные городские библиотеки. Каждая из них — своеобразное посольство современности и аттракцион книжных впечатлений. Каталог книг в них не уступает лучшим московским музейным книжным магазинам, а их соседи — современные кофейни. В городе работает уже четыре библиотеки, а еще одна — в Общественном центре «Мелля», полностью построенном на 3D-принтере; он находится в селе Мальбагуш с населением 700 человек. На этом программа не останавливается: в 2026 году в городе откроется еще два новых книжных пространства, а в конце июля пройдет очередной книжный фестиваль, ставший катализатором этих изменений.
Увлекательное путешествие в город со 160 тыс. населения, окруженный нефтяными станками-качалками, внутри которого каждый год культурная и урбанистическая инфраструктура кратно умножается.
(Добавим от редакции: к юбилею Альметьевска тут реализовали программу, которой занимались бюро «Новь» и Институт исследования стрит-арта, по созданию муралов на тему гения места и локальной идентичности — это более 40 росписей стен многоэтажек и общественных зданий.).