И это всё о нем: Игорь Савицкий в калейдоскопе воспоминаний

Знаменитый художественный музей в каракалпакском Нукусе — «Лувр в пустыне», как окрестили его журналисты в годы перестройки, — носит имя своего основателя и первого директора Игоря Савицкого (1915–1984). Ему и посвящена книга, выпущенная в Ташкенте издательством Baktria press. На обложке написано: «Воспоминания о Савицком», — и это не только заглавие, но и определение жанра. Речь именно о мемуарных свидетельствах — разного формата, авторства, времени написания (или произнесения, поскольку в ряде случаев публикуются расшифровки аудиозаписей). Самые ранние из текстов датированы 1984 годом, то есть созданы они почти сразу после смерти главного героя (это если не учитывать его собственные письма ряду адресатов, опубликованные здесь в небольшом объеме), а завершается хронология уже 2020-м.

Автором-составителем сборника значится Мариника Бабаназарова — человек тоже уже легендарный. Преданная ученица Савицкого, она возглавила музей сразу после него и руководила институцией вплоть до увольнения, не сказать чтобы добровольного, в 2015 году. После чего, в 2019-м, прекратило свою деятельность международное общество «Друзья нукусского музея» — тем не менее это издание осуществлено как раз за счет средств, остававшихся на счету организации (подготовлена еще и англоязычная версия, более подробная).

В русскоязычном варианте, хоть и сокращенном, уместились свидетельства 44 авторов: художников, наследников, коллекционеров, музейщиков, реставраторов, археологов. Эти тексты не складываются сами собой в развернутое жизнеописание: узор в калейдоскопе все же отличается от завершенной мозаики. Сжатый биографический очерк, написанный Бабаназаровой, дает лишь необходимые вехи, но не определяет ни канву, ни общую интонацию книги. Интонация здесь преимущественно разговорно-эпистолярная, а значит, заведомо отрывистая и всегда субъективная. Но тем и ценны эго-документы, что предлагают сугубо личные впечатления и оценки, которых не найдешь в казенных архивах.

Среди мемуаристов есть те, кто знавал главного героя еще в 1930-х — например, художница Ирина Жданко (позднее, в 1950 году, именно по ее рекомендации Савицкий был зачислен в Хорезмскую археолого-этнографическую экспедицию, с чего началось его увлечение местной культурой). Есть и представители того самого полузапрещенного и полузабытого авангардного искусства, которое директор нукусского музея собирал с не меньшей страстью, чем каракалпакские древности. Есть его сотрудницы, совсем юные в пору становления музея, которым пиетет по отношению к Игорю Витальевичу не мешал воспринимать его порой не без иронии. Можно сказать, что список авторов близок к исчерпывающему: здесь почти все, кто мог сообщить, пусть и задним числом, хоть что-нибудь интересное.

Сборник вызревал очень долго, и тем досаднее, что редакторски он не безупречен. Возникают вопросы и к систематизации материалов, и к издательским комментариям (ввиду явной их недостаточности), и к корректуре. А еще несколько утомляют фактологические повторы. Хотя автор-составитель и отмечает в предисловии, что факты «часто совпадали», а потому «было решено некоторые письма и интервью дать в виде фрагментов», все же проблема эта осталась. Например, упоминания о том, что Савицкий обычно ночевал у себя в кабинете, предоставляя квартиру гостям, или о том, что он тратил чуть ли не всю директорскую зарплату на нужды музея, встречаются c десяток раз.

Однако имеется очень весомый довод в пользу вышедшей книги. «Появились опасения, что эти материалы вообще не будут обнародованы», — пишет Мариника Бабаназарова. Такой сценарий был бы прискорбен. Пожалуй, «Воспоминания о Савицком» стоит расценивать не как самодостаточное чтение — скорее, это сборник материалов для возможной биографической книги. Кем и когда она будет написана, неизвестно, но сама фигура основателя музея в пустыне настолько неординарна, что появление такой книги кажется почти неизбежным. И вот для потенциального ее автора (как и для других исследователей) нынешний сборник станет бесценным кладезем информации.