The Art Newspaper Russia
Поиск

Энгелина Смирнова: «Икона — не только молельный образ»

Древнерусское искусство в последнее время становится темой публичного обсуждения только в катастрофических или сенсационных случаях. Энгелина Смирнова, уважаемый ученый и университетский преподаватель, дает этой ситуации компетентный комментарий

Энгелина Сергеевна, только кажется, что интерес к древнерусскому искусству сегодня угас, в отличие от советского времени, когда он был прямо массовым?

Совершенно верно. Но интерес шел волнами, и я не могу сказать, будут ли эти волны ритмически продолжаться или спад надолго застынет. Как вы знаете, в начале ХХ века был фантастический интерес к русской иконе. Он был связан с коллекционерами, в основном старообрядцами. Иконы начали расчищать и открыли их как произведения живописи. Потом была революция и страшные 1930-е годы. А затем, после войны, пришла новая волна — патриотическая, но в рамках коммунистической идеологии, ведь многие памятники были разрушены. В 1947 году вышла книга Виктора Никитича Лазарева о новгородской иконе, появились книжки Михаила Алпатова. Потом опять духота — хрущевская борьба с религией. Но, что интересно, в это время, в 1958 году, вышла книга Владимира Солоухина «Владимирские проселки». Она отразила новый интерес к древнерусскому искусству, произвела просто взрыв в сознании, и появилась настоящая страсть к узнаванию своих корней, страны, духа русской истории, религии.

И эта страсть овладела интеллигентными массами.

Когда я первый раз была в Кирилло-Белозерском монастыре, там была глушь — никого, а в начале 1960-х там появилось множество народа. Снимали комнаты в деревнях, ходили в Ферапонтово. Люди чувствовали себя причастными к истинной, народной культуре, противопоставляли ее коммунистической. Начались научные экспедиции, прежде всего Русского музея, потом Третьяковки и открытого в 1962 году Музея Рублева. Но что это были за экспедиции? Один, два, три человека, передвигались пешком. Я тогда работала в Русском музее и ездила в Карелию. Дорог не было, сплошные болота. Мы делали обмеры, фотографировали, изымали то, что можно было спасти. Потом эту работу делал Петрозаводский художественный музей, в нем собрана прекрасная коллекция, которая, кстати, до сих пор не опубликована. Тогда же появились частные собиратели, старавшиеся увести из-под носа музея и государства лучшие вещи. И так продолжалось до начала 1990-х. Но сейчас я не могу понять, что происходит.

А что происходит?

Я преподаю в МГУ. И раньше было столько дипломников, выпускников, аспирантов, изучавших древнерусское искусство, а сейчас все хотят заниматься зарубежным. Чтобы уехать, наверное. А древнерусское — «да, интересно, но не совсем для нас». Я честно вам скажу, что здесь сыграла роль чрезмерная активность Русской православной церкви.

Вы резко выступали против разовых передач «Троицы» Рублева для богослужений.

«Троица» — для всех!

Как и в храме.

Нет, не совсем. Мало того что в храме ее трудно сохранить, выдержать нужный климат и освещение — в храме она существует для моления. Но икона — не только молельный образ, ее мировоззренческое значение намного шире. И вы знаете, какие две трагедии произошли в последнее время?

Сгорела церковь в Кондопоге.

Поскольку я занималась Севером — Карелией, Архангельском, Вологдой — и перевидала много деревянных церквей, то могу вам совершенно безапелляционно сказать, что это была самая красивая деревянная церковь. Не в Кижах — та искусная, конечно, пышная. Но Успенская церковь в Кондопоге для деревянного зодчества, как церковь Покрова на Нерли для каменного, — главный храм. Такой красивый по пропорциям, по силуэту шатер! А какой пейзаж! И вторая драма — это передача церкви Кирилло-Белозерского и Ферапонтова монастырей. Ну нельзя служить в Ферапонтове в соборе! Ни одной свечечки зажигать нельзя! Там если дождик идет, то музей закрывают, влажность для фресок Дионисия опасна.

А как вы относитесь к идее воссоздания церкви в Кондопоге? 

Если есть обмеры — а они есть, — то восстановить надо. Денег много потребуется, но что делать?!

А как вам сенсационное заявление Третьяковки, что по результатам последнего технологического исследования Звенигородского чина авторство Андрея Рублева поставлено под сомнение?

Я знаю ситуацию. Возможно, не надо было делать объявление так без­апелляционно. Никто точно не знает. Есть такое мнение, что между Звенигородским чином и созданием «Троицы» прошло лет 20–30 и что, если писал их один художник, за это время он мог изменить свои живописные приемы. Поэтому считать этот факт доказанным не стоит. Имя Андрея Рублева стало у нас символом определенного художественного направления, но и я не поклянусь, что один и тот же художник написал все, что ему приписано. Доказательств, что это был один художник, нет, как нет и доказательств, что это были разные художники. Однако не бывает, чтобы в стране работал единственный абсолютно прекрасный иконописец и у него не было бы ни соратников, ни единомышленников. Перед тем, как делать такие далеко идущие выводы, нужно очень хорошо подумать, еще раз исследовать. А у нас любят культ личности в истории искусства. У того же Феофана Грека были и ученики, и последователи! Есть еще проблема сохранности, и мне кажется, что в «Троице» больше переделок, чем сейчас считается. Прекрасны оба ансамбля: и Звенигородский чин, и «Троица» — наша гордость. Когда я прихожу в Третьяковскую галерею, то каждый раз чувствую, насколько эти памятники изумительны, от соседних их отделяет пропасть.

Новые технологии меняют профессию историка искусства, где многое держалось на интуиции, на «глазе», а сегодня царствует оборудование.

Конечно, реставраторы и современная техника дают возможность точнее сказать: вот это позднее письмо, это поновление. Но в отношении давно известных икон особых сдвигов я не замечала. Разве что «Троица» Рублева. Мне всегда казалось, что в ней что-то выправлено, что-то перерисовано, а мне говорят, что нет, там все древнее. Ну и я вынуждена верить. 

А потом появятся новые технические возможности, и будут поставлены под сомнение сегодняшние выводы. 

Но о Рублеве волноваться не стоит. Просто надо иметь в виду, что те ансамбли, в которых он принимал участие, конечно, расписывались не одним художником. Знаете, когда я выхожу на Соборную площадь, то думаю: почему у нас так увлекаются Иваном Грозным? Ведь его дедушка Иван III все здесь построил — и в итальянском стиле, и в русском. Вот кому памятник надо ставить! Я говорю не о самой площади, но в Александровском саду кого только нет. А ведь Владимир Святой — это конкуренция с Киевом.

Мы начали разговор с коллекционеров-старообрядцев. Сейчас в Москве работает частный Музей иконы, основанный Михаилом Абрамовым. Как вы оцениваете этот музей?

Коллекционеры бывают разными. Одни уже составили прекрасные собрания, но они закрытые. А вот частный Музей русской иконы — открытый, для народа. Другого такого я не знаю. Музей не гонится за шедеврами, в нем русская икона представлена в своем среднем варианте. Есть и ценности, и XIV век, но и очень хорошие поздние вещи. Икона представлена как историко-культурное явление, и это очень благородное дело.  

Материалы по теме
Просмотры: 9102
Популярные материалы
1
Выставка «Viva la vida! Фрида Кало и Диего Ривера» пройдет в Манеже
Большинство произведений приедет на выставку из Музея Долорес Ольмедо, обладающего крупнейшей в мире коллекцией живописи Кало и Риверы.
15 октября 2018
2
Оскар Рабин: «Бульдозерная выставка была самым ярким событием моей жизни»
Художник-нонконформист, в этом году отметивший 90-летие, рассказал The Art Newspaper Russia о своей жизни в Москве и Париже и об отношении к современному искусству.
12 октября 2018
3
Коллекционер заберет изрезанный на Sotheby’s холст Бэнкси, уже ставший другой работой
Аукционный дом объявил себя едва ли не соавтором Бэнкси, назвав случай на недавних торгах «первым, когда перформанс был продан на аукционе».
12 октября 2018
4
Осень ветхосоветского модернизма
Спасением монументального наследия позднесоветского времени занимаются в основном градозащитники и отдельные энтузиасты.
15 октября 2018
5
Коллекция Мстислава Ростроповича и Галины Вишневской снова продается
На аукционе Sotheby’s в Лондоне будет представлено более 300 лотов из коллекции великих музыкантов: мебель, ювелирные украшения, произведения русского искусства, книги и музыкальные инструменты.
11 октября 2018
6
Как реставрировались работы Врубеля, Верещагина, Гончаровой, показывает Центр Грабаря
Выставка «Век ради вечного» приурочена к 100-летию Научно-реставрационного центра имени И.Э.Грабаря.
11 октября 2018
7
Куратор выставки «Пикассо & Хохлова» Алексей Петухов: «Это очень пронзительная, трагическая и человечная история»
О тайнах семейного сундука, русских письмах, непростых отношениях и появившихся в результате шедеврах рассказал куратор экспозиции в ГМИИ им. А.С.Пушкина, которая откроется 21 ноября.
16 октября 2018
8
В выставке «Красный» в Гран-пале примут участие Третьяковка, ГМИИ им. А.С.Пушкина и Русский музей
Проект объединит в Париже авангард, соцреализм и неофициальное советское искусство
12 октября 2018
9
Скандальной скульптуре Джеффа Кунса все-таки нашли место в Париже
Несмотря на протесты парижан, гигантская инсталляция «Букет тюльпанов» в начале 2019 года будет установлена в сквере около Пти-пале. Американский художник подарил скульптуру Парижу в память о жертвах терактов в ноябре 2015 года.
15 октября 2018
10
Мельниковский гараж Госплана отреставрируют
Мосгорнаследие обещает привести в порядок здание-фару на Авиамоторной, собственник которого получил миллионные штрафы за незаконные работы.
17 октября 2018
Партнер Рамблера
Рейтинг@Mail.ru