В «Новом Иерусалиме» показывают самое полное собрание работ импрессиониста Константина Горбатова

Хотя Константин Горбатов (1876–1945) уехал в эмиграцию в 1922 году и на долгие годы был забыт на родине, теперь его работы невероятно популярны у отечественных коллекционеров. Цены на международных аукционах исчисляются сотнями тысяч долларов — 7 июня нынешнего года на русских торгах Christie’s «Невидимый град Китеж» (1913, 93x115 см) был продан за $740 тыс.

Нынешняя выставка — самый представительный смотр работ художника: представлено более сотни произведений. Среди участников дюжина музеев: самарский, серпуховский, владимиро-суздальский и другие, а также, естественно, Третьяковская галерея и Русский музей.

Наследие мастера разделили по трем залам: в первом — искусство дореволюционное, во втором — первые годы эмиграции в Италии, в третьем — берлинский период. Закономерно, что такая выставка состоялась именно в музее «Новый Иерусалим», который обладает самой большой коллекцией Горбатова.

Художник скончался в возрасте 69 лет в Берлине 25 мая 1945 года, а через пару недель, написав записку: «Я не вижу выхода», добровольно ушла из жизни его жена Ольга. Все военные годы супруги страшно бедствовали. Горбатов оставил письмо-завещание: «После войны прошу все мои картины отправить в Академию художеств в Ленинграде, пусть она поступит так, как найдет нужным». В 1964 году правительство ГДР исполнило волю художника — его наследие вернулось на родину.

В начале 1970-х работы были переданы в музей в городе Истре, тогда еще располагавшийся в Новоиерусалимском монастыре. Музей регулярно делает тематические выставки художника, но попытка собрать все-все предпринимается впервые.

В юности Горбатов хотел стать архитектором, но в результате окончил живописное отделение петербургской Академии художеств. На момент завершения образования ему было 35 лет. Год он провел в пенсионерской командировке в Италии, а вернувшись в 1913 году в Россию, постепенно нашел свою тему. Игорь Грабарь писал о нем: «Из петербургских художников вряд ли кто так хорошо знал жизнь северных городов, как Константин Горбатов. С детства он привык к стоящим на приколе стареньким рыбацким лодкам с залатанными парусами, к тяжело груженным баржам... Он мог неделями пропадать на берегах рек, писать этюды много и с наслаждением». Русский Север он изображал с мелодраматизмом и такими яркими красками, словно речь шла об итальянской природе. Стилистически Горбатов занимает место между передвижниками (в поздних выставках которых принимал участие) и «Миром искусства»: его сказочные парусники на фоне древнерусских крепостей, его многочисленные «Грады Китежи» рифмуются с иллюстрациями Ивана Билибина. Но было в его работах и сугубо индивидуальное дополнительное качество, которое до сих пор делает живопись Горбатова столь желанной для коллекционеров. Экспрессия, иногда почти ярость мазков, то, как он клал на холст краски, — отдельный сюжет. Если не знать имени автора, то можно подумать, что это ранний ван Гог. Особенно силен живописный натиск в дореволюционных работах мастера, которые и ценятся выше.

Покинув советскую Россию, Горбатов с женой вначале жил в Италии, а в 1926-м перебрался в Берлин. Интерес художника к древнерусским городам, которые он продолжал писать по памяти, очевидно, попал в унисон с ностальгией русских эмигрантов, что обеспечило работам повышенный спрос. Писал он и любимую Италию, и ставший вторым домом Берлин.

В то время как многие его коллеги бедствовали, Константин Иванович был вполне благополучен: участвовал в выставках, отлично продавался, путешествовал. К ежегодным поездкам в Италию прибавились вояжи в Англию, Францию, Палестину. Нельзя сказать, что такое положение дел благотворно сказывалось на искусстве: в нем участились повторы, живопись временами приобретала вид нарядной туристической открытки. Но в то же время такое позитивное мышление в красках, мечтательно-романтический посыл, греза об идеальной природе, эффектные закаты — все это дорогого стоило в 1930–1940-е годы, особенно если речь о русском художнике в фашистской Германии.

С приходом к власти Гитлера и особенно во время войны успеху и благополучию Горбатовых пришел конец; а финал их жизни был и вовсе трагическим. В наследии художника еще немало белых пятен, и выставка поспособствует их изучению.

Константин Горбатов. Приближая красоту
Музей «Новый Иерусалим»
До 5 декабря