18+
Материалы нашего сайта не предназначены для лиц моложе 18 лет.
Пожалуйста, подтвердите свое совершеннолетие.
Пожалуйста, подтвердите свое совершеннолетие.
К тому, чтобы предоставлять свои выставочные площади для киносъемок, разные музеи относятся по-разному. Скажем, в 1970 году при создании фильма «Возвращение святого Луки», снятого на основе реальной истории кражи картины Франса Халса из Государственного музея изобразительных искусств им. А.С.Пушкина, настоящий музей в кадре не появляется, только условные декорации. Говорят, директор специально хлопотала об этом в Министерстве культуры, желая избежать компрометации. В стенах вымышленного музея снят и легендарный «Как украсть миллион» с Одри Хепберн и Питером О’Тулом. А Американский музей естественной истории, пустив в 2006 году в свои залы съемочную группу «Ночи в музее», наоборот, сделал отличный маркетинговый ход и привлек огромную новую аудиторию. Его примеру последовал лондонский Музей естествознания, разрешив съемки «Приключений Паддингтона». Для многих детей и подростков этот фильм стал в некотором роде путеводителем по музею, где они еще не бывали, но теперь захотели обязательно посетить.
Вспомним еще несколько случаев, когда узнаваемые интерьеры хорошо известных мировых музеев становились важнейшим персонажем игровых кинолент.
Нередко музеи располагаются в таких зданиях, без которых история страны немыслима. Объектив кинокамеры тогда интересует не музей как учреждение, а собственно дворец — памятник архитектуры и дом бывших правителей. Эрмитаж, он же Зимний дворец, в данном случае хрестоматийный пример. Собственно, практически с него (а также с Потемкинской лестницы в Одессе) и начинается история советского кинематографа вообще. Речь идет о «Взятии Зимнего дворца» 1920 года (режиссер Константин Державин), воспроизводящем революционные события. Как музей, правда, Зимний тогда не функционировал, это была всего лишь бывшая резиденция свергнутых Романовых, поэтому массовка спала на ампирных диванах и резала хлеб на малахитовых столах. А вот когда в 1937 году Михаил Ромм снимал «Ленин в Октябре», в Зимний его уже не пустили — интерьеры пришлось строить на «Мосфильме». Но бывают такие исторические фильмы, где студийными декорациями явно не обойдешься. Самый известный из эрмитажных — «Русский ковчег» (2001) Александра Сокурова, где перед двумя визитерами, путешественниками во времени, вереницей проходят персонажи 300-летней истории России. На фоне тех самых легендарных стен.
«Музей музеев» — в нем же «Джоконда»! — попадает на экраны часто, иногда как знак Парижа, а иногда как символ истории живописи. В историю кинематографа вошла сцена из черно-белого фильма Жан-Люка Годара «Посторонние» (1964), в которой главные герои пробегают по залам музея, шокируя охранников. Эта сцена была снята «контрабандой»: Лувр не был предупрежден — охранники настоящие, и их реакция на бег актеров — неподдельная. В 2003 году Бернардо Бертолуччи в «Мечтателях», рассказывающих о юных парижанах 1960-х годов, воспроизводит легендарную сцену бега, только уже в цвете. В 2003 году Дэн Браун написал роман «Код да Винчи», который стал бестселлером; его практически сразу экранизировали (премьера прошла в 2006 году). Несколько важнейших сцен книги разворачиваются в Лувре, но музей сначала категорически отказался открывать свои двери для кинематографистов. В итоге съемки санкционировало французское министерство культуры. После премьеры Лувр приобрел дополнительную привлекательность, и посещаемость подскочила. Любопытно, что частные экскурсоводы стали водить по маршрутам из книги («вот здесь было найдено мертвое голое тело куратора!»), а официальные гиды ее игнорировали. Однако со временем музей смирился и создал полуторачасовой тур по книге The Da Vinci Code, Between Fiction and Fact.
Число «луврских» фильмов огромно. Из самых свежих — «Чудо-женщина», главная героиня которого работает в Лувре в департаменте древностей экспертом по антикам.
А вот знаменитый венский музей не попадает на экраны практически никогда (наверное, потому что кинематографистов в столице Австрии тусуется меньше, чем в Париже). Чуть ли не единственный фильм — «Музейные часы» (2012) режиссера Джема Коэна. Он рассказывает об истории знакомства музейного смотрителя и иностранки-посетительницы, ищущей в Музее истории искусства убежища и покоя. Музей, где разворачивается история, превращается в огромный лабиринт, в котором они ищут себя. Другой венский музей — Галерею Бельведер — можно увидеть в драме «Женщина в золоте» (2015) об истории «Портрета Адели Блох-Бауэр» Густава Климта, с которым пришлось расстаться в результате реституции.
В американском кино самая популярная музейная локация — это, кажется, Метрополитен-музей. Он одновременно символ и «музейности» в США вообще, и отдельно культуры Нью-Йорка. Это делает его необходимой деталью очень многих фильмов о городе. Не счесть романтических комедий, где Met служит фоном для общения влюбленной парочки, — тут и «Манхэттен» (1979) Вуди Аллена, и «Правила съема: метод Хитча» (2005) с Уиллом Смитом. Но там это отдельные сцены. А вот фильмы, где этому музею отведено много хронометража: самый известный, пожалуй, «Афера Томаса Крауна» (1999) с Пирсом Броснаном и Рене Руссо, а из последних — «Восемь подруг Оушена» (2018) с Сандрой Баллок. Обратите внимание: всё это кино про ограбления! Тоже романтика, только с криминальным уклоном. Интересно, что музей стал пускать съемочные группы недавно. Сандру Баллок и других актрис смогли снимать 10 ночей подряд для воссоздания сцены легендарного бала Met Gala, а вот команде «Аферы Томаса Крауна» 20 лет назад наотрез отказали. Для съемок тогда пришлось строить декорации в студии, а также искать похожие интерьеры в других нью-йоркских зданиях. И это не единственный случай. В «Бритве» (1980) Брайана Де Пальмы роль Метрополитен-музея сыграл Художественный музей Филадельфии.
Интересно выходит, когда кинематографисты умудряются напомнить забывчивому зрителю, что перед ним все-таки музей. Например, в 2013 году на экраны вышли два похожих фильма: «Падение Олимпа» с Джерардом Батлером и «Штурм Белого дома» с Ченнингом Татумом и Джейми Фоксом. Оба они рассказывают о том, как террористы захватили Белый дом, а охранник и президент спаслись и всех победили. Сценарист первой ленты относится к Белому дому как к обычному зданию. Пускай оно и старое, с колоннами, но в сюжете функционирует ровно как небоскреб из «Крепкого орешка», то есть чисто как полоса препятствий. А вот авторы «Штурма Белого дома» прекрасно помнили, что возведенное в 1800/1814 годах здание — архитектурный памятник, битком набитый историческими артефактами и произведениями искусства. Помимо политической жизни, он работает именно как музей с несколькими постоянными экспозициями и сменными экспонатами. В месяц Белый дом в таком качестве принимает около 70–100 тыс. человек, и за них отвечает специальный департамент White House Visitors Office. В «Штурме Белого дома» дополнительная сюжетная линия — это история об экскурсионной группе с детьми, которую в здании застало нападение террористов. Важный второстепенный герой — храбрый гид-экскурсовод. Кажется, это чуть ли не единственный в мире боевик, где есть героический экскурсовод, вступающий в единоборство с вооруженным преступником! Причем наш выходит победителем. Сценарист тщательно прописывает, что террорист безусловно заслужил смерть, недаром гид ранее просил его быть поаккуратнее: «Это не просто здание — это живая история. Это ведь была китайская ваза XVI века, подарок королевы Елизаветы II!».
Здание Музея Соломона Гуггенхайма, построенное в конце 1950-х годов великим Фрэнком Ллойдом Райтом, в первую очередь приковывает внимание кинематографистов не потому, что оно музейное, а потому, что оно гениальное и футуристичное. Даже сейчас, через 60 лет после возведения, оно кажется пришельцем из будущего. В 1997 году его использовали для съемок погони за инопланетянином в «Людях в черном». А шпионский триллер Сидни Поллока «Три дня кондора» (1975) использует спиралевидный интерьер музея для нагнетания чувства паники у преследуемого главного героя.
В романтической фантастической комедии «Однажды в Риме» (2010) главная героиня, неудачно загадавшая желание и пытающаяся справиться с последствием случившегося чуда, работает в музее куратором. Обратите внимание на ее начальницу — директора музея в исполнении Анжелики Хьюстон. Интересно, кто был прототипом?
