Одержимые печатью

№85, октябрь 2020
№85
Материал из газеты

Тиражная графика с точки зрения художников, технологов и зрителей

Команда Shaltai Editions — Валерия Роднянская и Дарья Покрасс — с художницей Ириной Кориной (в центре) в мастерской «Пиранези LAB». Фото: Пиранези LAB
Команда Shaltai Editions — Валерия Роднянская и Дарья Покрасс — с художницей Ириной Кориной (в центре) в мастерской «Пиранези LAB».
Фото: Пиранези LAB

Как это было: расцвет эстампа в советское время и кризис 1990-х

Все виды печатного искусства: офорт, ксилография, литография, линогравюра и прочее — имеют одно собирательное название — эстамп. В СССР расцвет эстампа пришелся на послевоенное время и был связан с массовым жилищным строительством и возникновением интерьеров, которые надо было столь же массово и недорого украшать. Тиражи эстампов исчислялись тысячами, стоили они копейки, их закупали для школ, заводов, поликлиник и библиотек. На поддержку печатного искусства государство тратило огромные деньги: существовали дома творчества, мастерские-студии и в них штат помощников по печати. Члены союзов художников имели к этой инфраструктуре прямой доступ.

Индустрия художественной печати рухнула с распадом СССР. Когда в 1993-м ведущие мастера графической секции МОСХ (среди них ныне здравствующие Валерий Гошко и Андрей Лопатин) решили объединиться в группу, то ее назвали «Терновый куст». И такое мироощущение было не только у них. Татьяна Дехтерева, в 1960–1980-е создатель огромной поэтической серии литографий с видами Москвы, сегодня, в возрасте 90 (!) лет, влачит грустное существование вдали от заслуженной славы, не зная, что ее, казалось бы, простенькие листы каждый год в два-три раза поднимаются в цене.

На рубеже XX–XXI веков положение в печатной графике было критическим. В этой области важен не только талант художника, но еще и техподдержка: печатные станки, камни для литографий, медные и цинковые доски для офортов, хорошая бумага. Когда ничего этого нет, неоткуда браться шедеврам.

Оля Кройтор. «Когда все впереди». 2019. Шелкография. Фото: Галерея Shaltai Editio
Оля Кройтор. «Когда все впереди». 2019. Шелкография.
Фото: Галерея Shaltai Editio

С одной стороны, бурное развитие рекламы провоцировало открытие типографий и печатных мастерских, но с другой — редкие из них были «заточены» под арт. В середине 1990-х в Лаврушинском переулке работала русско-американская шелкографическая «Московская студия». Ею руководили Борис Бельский и Дэнис О’Нил. Потом второй уехал, а Бельский продержался до начала 2010-х. В 2002–2010 годах существовала «Студия ручной печати» Марата и Юлии Гельман. Печатали шелкографические принты на хлопковой бумаге с соблюдением музейных стандартов: 40–50 пронумерованных и подписанных копий, работы Олега Кулика, Тимура Новикова, Павла Пепперштейна, Дмитрия Пригова и других. Сейчас это все — дорогие раритеты, но тогда их никто не покупал. И это еще один парадокс: в стране отсутствовал рынок печатной продукции. Малотиражные принты воспринимались чем-то вроде постеров, не заслуживающих серьезного вложения денег.

Драйверы прогресса: ярмарки и печатные мастерские

Но несколько лет назад заниматься печатным искусством вдруг стало страшно модно. В 2014 году в Москве впервые прошел принт-маркет «Вкус бумаги». Его организовали владелец мастерской «Принтмафия» Ильдар Искаков, основатель издательства «Формат один» Эльчин Али-заде, галеристка Мария Ковалевская («Проблемы белых стен») и графический деятель Евгения Боневерт.

Ася Литвинова. Из серии «Путь». 2018. Сухая игла, монотипия. Фото: Московский принт-маркет «Вкус бумаги»
Ася Литвинова. Из серии «Путь». 2018. Сухая игла, монотипия.
Фото: Московский принт-маркет «Вкус бумаги»

Евгения — наш воин в доспехах. Она училась на дизайнера в Уральской архитектурно-художественной академии, окончила магистратуру в Страсбурге, отшлифовала образование в Москве в Институте проблем современного искусства и в результате стала человеком, который знает цель и не видит препятствий. За пять последних лет Евгения Боневерт инициировала множество событий. Помимо «Вкуса бумаги» (два раза в год), она со товарищи провела State of Print в Московском музее современного искусства (2017), три маркета «Принт-зависимость», организовала раздел печатной графики на ярмарке Cosmoscow и создала платформу издательских инициатив «Союз печать» на «Винзаводе». 
Принт-маркет «Вкус бумаги» с первых 20 участников вырос до нынешних 200. На него приезжают художники из Владивостока, Нижнего Новгорода, Одессы (Александра Вальчук), Санкт-Петербурга (Александра Гарт с работами местных авторов), Саратова. В нем участвуют не только независимые художники, но и крупные галереи, проводятся дискуссии и мастер-классы.

Что касается мест, где можно за деньги напечатать авторский тираж, то отметим флагманов. 

Лаборатория экспериментальной печати «Пиранези LAB». Фото: Пиранези LAB
Лаборатория экспериментальной печати «Пиранези LAB».
Фото: Пиранези LAB

Лаборатория экспериментальной печати «Пиранези LAB» является базой для магистерской программы по печатной графике в Школе дизайна ВШЭ. В лаборатории есть офортные станки, тигельный пресс для высокой печати, оборудование для шелкографии, ручного переплета и много чего еще. Основатель и руководитель «Пиранези LAB» — художник, дизайнер, типограф Алексей Веселовский. В мае 2020-го он и Ольга Попова (онлайн-галерея Artzip) записали в Zoom интереснейшую беседу о печатной графике. Алексей выбрал на сайте Artsy свой wish list, куда, например, вошли принты Аниша Капура и Дэвида Хокни по цене от $75 тыс. до $150 тыс. (это к вопросу о доступности современного тиражного искусства).

Мастерская шелкографии «Принтмафия» существует с 2008 года, делает принты как на бумаге, так и на ткани и активно привлекает к сотрудничеству художников. 

THE SCREEN print studio, отмечающая в этом году пятилетие, специализируется на художественной шелкотрафаретной и цифровой печати и работает не только как мастерская, но и как галерея.

Работа в экспериментальной литографской мастерской «Лито». Фото: Литографская мастерская «Лито»
Работа в экспериментальной литографской мастерской «Лито».
Фото: Литографская мастерская «Лито»

«Лито» на Верхней Масловке. В советские времена по этому адресу работала Экспериментальная литографская мастерская, где отметились лучшие художники своего времени — от Ореста Верейского до Адольфа Демко и Ильи Кабакова. В 1990-е лишенная госфинансирования мастерская пришла в упадок. Из руин ее возродила художник-литограф Екатерина Смирнова. На свои деньги она сделала превосходный ремонт, в самые сложные времена сама привозила расходные материалы из-за границы. Она до сих пор не смывает с некоторых камней (а их в мастерской около 300) рисунки Евгения Кибрика и Дементия Шмаринова. В мастерской можно обучиться литографии, напечатать тираж. Здесь работает галерея.

Дом творчества «Челюскинская» в 2017-м отметил 70-летие. Его создали на базе личной дачи главного сталинского художника Александра Герасимова. В 1969-м специально для мастеров эстампа построили многофункциональный центр — прообраз современных арт-резиденций. Творческие сессии здесь длились по два месяца: художники жили, оттачивали мастерство, лучшие работы покупало государство. Мастерские гравюры, офорта, литографии и прочего работают в «Челюскинской» и сегодня. Команда нынешнего директора Ольги Дудиной привела дом в порядок. Сюда на практику (программа госгрантов) приезжают студенты из всех регионов страны. В Доме творчества собрана богатейшая коллекция советского эстампа и проводятся выставки.

Издатели и галеристы тиражной графики

Таус Махачева. «Рапорт о путешествиях № 0172931» (3 лист). 2019. Шелкография. Фото: Галерея Shaltai Editio
Таус Махачева. «Рапорт о путешествиях № 0172931» (3 лист). 2019. Шелкография.
Фото: Галерея Shaltai Editio

Среди продюсеров — издателей тиражной графики отметим платформу Shaltay Edition и ее владелицу Валерию Роднянскую. Она выпускает тиражную графику ведущих российских современных художников: Юрия Альберта, Андрея Кузькина, Таус Махачевой, Андрея Монастырского и других. В 2019-м выставка Shaltay Edition прошла в Новой Третьяковке.

Оригинальной концепции в печати придерживается Эльчин Али-заде (издательство «Формат один»): он привлекает к проектам художников стрит-арта. У некоторых из них нет профессионального образования, но они берут напором, драйвом и интуитивным попаданием в современную эстетику.

Олег Кулик. «Поцелуй». 2019. Шелкография. Фото: Галерея JART
Олег Кулик. «Поцелуй». 2019. Шелкография.
Фото: Галерея JART

Галерея JART не только делает выставки, но и выступает как издатель. На ее сайте можно купить принты и молодых художников, и легендарных вроде Дмитрия Гутова, Александра Косолапова, Виктора Скерсиса.

Altmans Gallery позиционирует себя как «первый в России арт-бутик эстампов» (не придерешься: другие пока себя бутиками не называют). Там продается подписная графика музейных художников с ограниченным тиражом — limited edition: Сальвадор Дали, Анри Матисс, Жоан Миро, Пабло Пикассо, Марк Шагал, но есть и отечественные имена.

Старая школа и новые проблемы

Российская печатная графика драматически разделена на contemporary и oldschool. Представителям первой зачастую не хватает школы, а вторым — свежих идей. В силу обособленности академического сообщества в «Челюскинской», например, не работают ребята из стрит-арта, а какому-нибудь новоявленному коворкингу «ОфортПро» не помешали бы серьезные учителя.

Гениальный мастер офорта, «тонкач», каким в 1970–1980-е был, например, Станислав Никиреев (прообраз главного героя в советском фильме «Портрет жены художника»), сегодня уходящая натура. Но такие художники-учителя есть. В Российском государственном университете им. А.Н.Косыгина технику офорта преподает Ирэна Маковеева — член-корреспондент РАХ, непревзойденный анималист. Ее «несерьезные», отпечатанные в технике офорта собаки, курочки и прочая живность удивительным образом принимаются как на академические выставки, так и на молодежные маркеты.

Александр Бродский, Илья Уткин. «Без названия. Бумажная архитектура». 1989–1990. Офорт. Фото: Архив Александра Бродского
Александр Бродский, Илья Уткин. «Без названия. Бумажная архитектура». 1989–1990. Офорт.
Фото: Архив Александра Бродского

Важный человек для русского печатного искусства — архитектор и художник Александр Бродский. В Институте свободных искусств и наук Московского международного университета (ИСИН ММУ) Бродский ведет магистерский курс «Архитектура через офорт». Помогает ему Наталья Заровная, 44 года проработавшая в печатной мастерской в Доме творчества «Сенеж». На сегодняшний день это, пожалуй, наиболее интригующее место для обучения офорту.

Но самая большая проблема — конкуренция со стороны цифровой печати. Любую старую литографию или офорт можно оцифровать и напечатать так, что оригинал и копия будут почти неотличимы. По словам Алексея Веселовского, в 1990-е мастерские эстампа закрывались не только в СССР, но и во всем мире. С появлением «цифры» отрасль пережила гигантский кризис. Но это не значит, что искусство эстампа умирает. Просто у него поменялись правила. Теперь подпись автора и нумерация листов при limited edition принципиальны, количество оттисков регламентируется законом. Это касается не только печатной графики, но и вообще тиражного искусства. Процесс печати усложнился и требует опытных помощников. Эстамп и раньше был коллективной работой, а сегодня справиться с печатью в одиночку невозможно. 

Самое читаемое:
1
«Качели» Фрагонара отреставрировали — и теперь они фривольны как никогда
После расчистки на знаменитом полотне в стиле рококо из Собрания Уоллеса обнаружились новые озорные детали
22.11.2021
«Качели» Фрагонара отреставрировали — и теперь они фривольны как никогда
2
Невероятные приключения итальянской статуи в России
Мраморная скульптура, сыгравшая важную роль в фильме «Формула любви», действительно подлинное произведение искусства, а не просто реквизит. Кто ее автор, каково настоящее название, где она сейчас и сколько у нее двойников — в нашем расследовании
19.11.2021
Невероятные приключения итальянской статуи в России
3
«Бетонный шедевр»: одна из новелл в новом фильме Уэса Андерсона посвящена цене искусства
В прокат вышел фильм «„Французский вестник“. Приложение к газете „Либерти. Канзас ивнинг сан“» режиссера и художника Уэса Андерсона, рассказывающий о превратностях судеб художника и продавца искусства
18.11.2021
«Бетонный шедевр»: одна из новелл в новом фильме Уэса Андерсона посвящена цене искусства
4
Нью-йоркская галерея ABA показывает в Москве русскую живопись
Анатолий Беккерман, коллекционер и владелец нью-йоркской галереи русского искусства ABA, выставляет в Москве подборку работ от Ивана Айвазовского и Николая Дубовского до Роберта Фалька и Олега Целкова
15.11.2021
Нью-йоркская галерея ABA показывает в Москве русскую живопись
5
Натюрморт Петрова-Водкина создал интригу на Sotheby’s
«Натюрморт с яблоками» Кузьмы Петрова-Водкина сняли с Sotheby’s, однако другие работы ушли по £1 млн, включая «Натюрморт с чайником и подносом» Петра Кончаловского, который предварительно был оценен в £280–350 тыс.
30.11.2021
Натюрморт Петрова-Водкина создал интригу на Sotheby’s
6
Кирилла Кто судили за глаза, вырезанные на ограждениях стройплощадок Москвы
Художник был привлечен к административной ответственности за уличные интервенции. По его словам, проектом «Опрозрачивание» он занимается более десяти лет, но прежде подобных ситуаций не возникало
07.12.2021
Кирилла Кто судили за глаза, вырезанные на ограждениях стройплощадок Москвы
7
«Нам нужна новая красота»: папа римский открыл в Ватикане галерею современного искусства
Первой выставкой в новом пространстве стал проект «Все: человечество в пути», соединивший работы современного художника Пьетро Руффо и сокровища из папской коллекции
12.11.2021
«Нам нужна новая красота»: папа римский открыл в Ватикане галерею современного искусства
Подписаться на газету

2021 © The Art Newspaper Russia. Все права защищены. Перепечатка и цитирование текстов на материальных носителях или в электронном виде возможна только с указанием источника.

16+