18+
Материалы нашего сайта не предназначены для лиц моложе 18 лет.
Пожалуйста, подтвердите свое совершеннолетие.

Левиафан проходит сквозь железный занавес

№79, декабрь-январь 2019
№79
Материал из газеты

Вторая часть дневников художника Михаила Гробмана охватывает иерусалимский период его жизни — 1970-е годы. Чтобы оценить эти тексты, нужна некоторая настройка читательской оптики

Михаил Гробман в Иерусалиме. Рамат-Эшколь, на крыше. 1970-е гг. Фото: Н. Переца
Михаил Гробман в Иерусалиме. Рамат-Эшколь, на крыше. 1970-е гг.
Фото: Н. Переца

Михаил Гробман знаменит в нескольких ипостасях. Художник, укоренившийся в российском и израильском искусстве. Автор манифеста второго русского авангарда и термина, который со скрипом, но вошел в обиход критиков, не встретив однозначного приятия всеми. Литератор — на русском языке опубликованы книги его стихов «Военные тетради» (1992) и «Последнее небо» (2006). Коллекционер, чье собрание насчитывает сотни произведений, от довоенного авангарда до Кабакова, Яковлева и других.

Еще Гробман известен как архивариус советского и израильского искусства, а также как автор дневников, которые вел несколько десятилетий. Их московская часть вышла в 2002 году под названием «Левиафан» (одноименная арт-группа и газета, основанные художником). Нынешний «Левиафан 2» охватывает иерусалимский период жизни Гробмана и его семьи, датируемый 1971–1979 годами. Хотя из Иерусалима в Тель-Авив семья переехала в 1982-м, часть записей не вошла в издание по соображениям объема. Неопубликованными остались и рукописи тель-авивских дневников — будем надеяться, это случится в будущем.

Емкую характеристику «Левиафану 2» дает в предисловии Леля Кантор-Казовская, отметив лаконичный «телеграфный» стиль и «скрупулезную фиксацию событий в реальном времени». По манере иерусалимские дневники близки московским, но они менее сдержанны и «конспиративны»: за пределами СССР необходимость в этом отпала. Как и в более ранних записях, здесь почти нет размышлений, кроме кратких характеристик в адрес увиденных выставок и новых знакомых, о которых Гробман часто невысокого мнения и не стесняется писать ровно то, что думает.

Гробман М. Левиафан 2: Иерусалимский дневник 1971–1979 / Предисловие Л. Кантор-Казовской. М.: Новое литературное обозрение, 2019. 776 с.
Гробман М. Левиафан 2: Иерусалимский дневник 1971–1979 / Предисловие Л. Кантор-Казовской. М.: Новое литературное обозрение, 2019. 776 с.

Впрочем, если московские дневники — бесконечный калейдоскоп бытовых подробностей, от которого не ждешь событийности, то в иерусалимских записях видны контуры повествования. Обустройство на новом месте, интеграция в среду и знакомство с живыми классиками вроде Арье Ароха или Мириам Бат-Йосеф, выпуск первого номера газеты «Левиафан» — эти и прочие вехи складываются в подобие сюжета, растянувшегося на почти 800 страниц. Отчетливо видна и фигура автора — уверенного в себе, четко видящего свое место в уже свершившейся и еще не написанной истории искусства, не желающего прозябать в кругу репатриантов и стремящегося создавать собственный контекст. Убежденного модерниста, упорно гнущего линию нового еврейского искусства и недовольного модными тенденциями вроде перформансов Джины Пейн или концепт-арта («концептуализм — это прошлое»).

Дневники писались Гробманом «там и тогда», и события в них фиксировались по горячим следам и не с временной дистанции, как в устной истории, часто рассказываемой постфактум с поправкой на желаемый образ себя и (подчас намеренные) огрехи памяти. «Левиафан 2» можно воспринимать и как целостное произведение в жанре «дневниковой прозы». В частности, в книге проступает множество любопытных сюжетов касательно культурной дипломатии Израиля 1970-х, существования в условиях войны, механики художественной жизни и нравов сообщества, особенностей отношений людей тех лет. Но вычитать их из дневников можно при наличии осознанного читательского интереса и специально настроенной оптики. В противном случае они растворятся в упоминаниях тысяч имен и цен на продукты и одежду, описаниях меню на обед, разговоров и встреч, суть которых не всегда уловима при крат­ком перечислении.

Дневники Михаила Гробмана, что вполне логично и объяснимо, сфокусированы вокруг его фигуры и понимания вещей. И эти записи интересно сравнить с другими свидетельствами устной истории искусства, которых сегодня на русском языке издано немало. 

Самое читаемое:
1
Золота скифов стало ощутимо больше, но ценны и другие находки, сделанные в Тыве
Археологам Государственного Эрмитажа в полевом сезоне 2022 года удалось сделать очередное сенсационное открытие. Множество предметов, созданных около полутора тысяч лет назад, извлечены из кургана Чинге-Тей-1 в саянской Долине царей
25.01.2023
Золота скифов стало ощутимо больше, но ценны и другие находки, сделанные в Тыве
2
Золотой век Древней Руси показывают на выставке в Третьяковке
Ключевые экспонаты Владимиро-Суздальского музея-заповедника, прибывшие в Москву, иллюстрируют все эпохи и жанры искусства допетровской Руси
30.01.2023
Золотой век Древней Руси показывают на выставке в Третьяковке
3
Барельефы Сергея Меркурова остались на «Динамо»
Монументальные панно с исторического здания 1930-х годов сделали центром публичного арт-пространства
12.01.2023
Барельефы Сергея Меркурова остались на «Динамо»
4
Золотое кольцо неустановленного размера
Туристическому маршруту, а заодно и историко-культурному проекту под названием «Золотое кольцо России» исполнилось 55 лет. Рассказываем, кто его придумал и сколько городов в него входит
17.01.2023
Золотое кольцо неустановленного размера
5
Дареному коню... Почему музеи не всегда рады подаркам
Чтобы безвозмездно расстаться со своими художественными богатствами, нужно потратить немало времени, сил и даже денег. В США процедуры музейного дарения превратились в особую финансово-юридическую отрасль, которая существует по собственным законам
01.02.2023
Дареному коню... Почему музеи не всегда рады подаркам
6
В Малаге по-прежнему показывают русское искусство
В то время как Русский музей приостановил выдачу экспонатов в свой филиал в испанской Малаге, там впервые выставлена значимая частная коллекция русского искусства, собранная за два десятилетия лондонским предпринимателем Дженни Дуган-Чепмен Грин
19.01.2023
В Малаге по-прежнему показывают русское искусство
7
Роботы и художники: от Александры Экстер до Яёи Кусамы
Робот в обличье японской художницы Яёи Кусамы, пишущий картины в витрине бутика Louis Vuitton в Нью-Йорке, побудил нас вспомнить самые выразительные образы роботов в искусстве
13.01.2023
Роботы и художники: от Александры Экстер до Яёи Кусамы
Подписаться на газету

2021 © The Art Newspaper Russia. Все права защищены. Перепечатка и цитирование текстов на материальных носителях или в электронном виде возможна только с указанием источника.

18+