Новые музейные риски

В либеральных демократиях существуют преграды, не позволяющие, чтобы государственное финансирование культуры влекло за собой политический контроль над ее содержанием: сохранение дистанции между властью и культурными учреждениями, децентрализация решений, касающихся приоритетов в сфере культуры, закрепленная законодательством свобода слова и либеральная пресса. Эти принципы завоеваны с трудом, вводились медленно и не без ошибок, но результат достигнут: попытки политиков контролировать музеи стали редкими, а в случаях такого вмешательства власть часто оказывается в проигрыше.

Другое дело — «нелиберальные демократии». Политический контроль здесь часто становится ценой, которую институциям приходится платить за государственную поддержку. Ослабление правовой защиты свободы слова и свободы прессы, что стало отличительной чертой популистских и националистических режимов, помогает этот контроль заполучить и замаскировать. Мы являемся свидетелями глобального усиления нелиберальной демократии, спровоцированного «евроскептицизмом», вызванной войнами и изменением климата нелегальной миграцией, исламофобией, терроризмом и неравенством, порожденным мерами жесткой экономии. В результате популистские и националистические правительства пришли к власти в Бразилии, Индии, Мексике, США и Филиппинах, а также в Венгрии, Колумбии, Польше, Турции и Японии. А в составе коалиций — еще в почти 20 государствах. Недавнее исследование газеты Guardian в 31 стране показало, что один из четырех европейцев отдает свой голос за популистов.

Музеи исторически склонны к напряженным отношениям с такими правительствами. Их принципы — приверженность свободе художественного самовыражения, научному методу, интеллектуальному скептицизму и стремление к объективности и разуму — прямо противоположны установкам популизма и национализма. Любое покушение на такую шкалу ценностей — покушение на смысл существования музеев.

Пока дело ограничивается угрозами. Требование партии «Венгерский гражданский союз» (ФИДЕС) согласовать идеологию нового Музея холокоста в Будапеште, аналогичное вмешательство польского правительства, возглавляемого партией «Право и справедливость», в дела нового Музея Второй мировой войны в Гданьске — в этом ряду. Министр культуры Италии Альберто Бонизоли пригрозил не продлевать контракты иностранцам, управляющим государственными музеями. Президент Бразилии Жаир Болсонару желает переписать историю страны и покушается на закон о налоговых вычетах для корпораций, поддерживающих искусство. В США в недавнем проекте госбюджета в третий раз предлагается ликвидировать федеральное финансирование искусства и гуманитарных наук, государственных телеканалов и радио, библио­тек и музеев, на которые тратится около $897 млн в год. Несложно увидеть, как корабль постепенно приближается к айсбергу.

Политическая эрозия институциональной независимости подступает незаметно. Жесткий памфлет Тимоти Снайдера «О тирании: 20 уроков ХХ века» и множество книг и статей о возрождении национализма, популизма и авторитаризма в демократических государствах напоминают о механике этих процессов в 1930-х годах в Европе. Первые симптомы часто незаметны, обычно они принимают форму тонких превентивных действий со стороны институциональных лидеров. «Главное искушение — в самоцензуре», — так описал свой опыт у руля Дома искусства в Мюнхене покойный куратор Оквуи Энвезор. 

Кодекс этики Международного совета музеев гласит: «Высокий профессиональный и институциональный уровень этики и автономность музеев не должны приноситься в угоду финансовым или политическим интересам». Реестры рисков, стратегии по их снижению и призывы к неподкупности постоянно встречаются в публикациях о музеях. Следовательно, грамотная оценка музейных рисков, к сожалению, должна включать планирование на случай непредвиденных обстоятельств — для защиты основных ценностей и принципов, которые ими транслируются, в случае если они попраны попечителями или спонсорами.