Первая в России ретроспектива Генриха Худякова проходит в Москве

Генриха Худякова (1930–2019) называли «Хлебниковым русского зарубежья». Поэт, переводчик, он уехал из СССР в США в 1970-е и с головой погрузился в богемную жизнь Нью-Йорка. На выставке ассамбляжи Худякова сопровождают его стихи и тексты, написанные на стенах и звучащие с экранов мониторов. Поэзия здесь преобразуется в орнаменты из культовых знаков, древних символов и иррациональных чисел. 

Еще в СССР Худяков увлекался мистикой, а в Нью-Йорке вошел в образ сэра Галахада, одного из рыцарей короля Артура. В своих объектах он пытался объединить мистицизм и последние научные достижения, рассчитывал пропорции узоров, обращаясь к кельтским манускриптам и к фрактальной геометрии. 

Худяков был настолько ни на кого не похож, что не потерялся даже в таком котле андерграунда, как Нью-Йорк. Он не разделял искусство и жизнь и сам превратился в объект искусства. Придумал рубашки с рисунком, имитирующим галстук, а пиджаки его казались расшитыми драгоценными камнями, хотя он все собирал из мусора под ногами. Как и свои медитативные ассамбляжи. В ход шли фантики, осколки посуды, коктейльные трубочки и даже скорлупки фисташек. Худяков покрывал их красками и превращал в «драгоценности». Некоторые из своих работ он создавал 20–30 лет, постоянно обновляя и добавляя новые штрихи. 

В 1985 году русский художник стал звездой светского приема в Музее современного искусства (МоМА) в Нью-Йорке — да так, что о нем написала газета The New York Times. Но даже на волне внезапной славы отказывался продавать работы, заламывая бешеные цены, чтобы с ними не расставаться. Свои сокровища хранил в своем музее, в который превратил квартиру, называя ее «Янтарной комнатой» или «Малой Сикстинской капеллой» за то, что она, как драгоценная шкатулка, была заполнена его произведениями. Собранные теперь на выставке, они воссоздают атмосферу, в которой жил и творил художник.  

Московский музей современного искусства
Jumbo Love© Генрих Худяков
До 19 мая