Любите ли вы искусство так, как его любит художник Юрий Альберт?

Сначала на презентации в цюрихском Кунстхалле я увидела каталог выставки. Это фундаментальная книга изысканного дизайна (к матовой черной обложке, не говоря уже о титульном листе c надписью, набранной шрифтом Брайля, боязно прикоснуться). Внутри — тексты самого Юрия Альберта разных лет, его интервью, а также послесловие куратора выставки Сандры Фриммель и историка московского концептуализма Сабины Хэнгсен. Кроме того, в каталог включены два особых раздела — книги в книге: красная вставка — выдержки из книги Альберта «Что я видел», синяя — отрывки из его ленты в Facebook. (В каталогах художников я встречаю такое впервые. Правда, автор пишет, что эта часть единственная, не относящаяся к творчеству, но те, кто знает его страсть к комментированию и наблюдает невероятную активность Юры в Facebook, подозревают, что он лукавит и что это тоже проект.)

Каталог — серьезное подведение итогов. Очень красив и строг, но, как показалось мне, знающей Юрия уже много десятилетий, слишком безупречен и по-немецки отстранен. Эта идеальная книга явно не совпадает с моим представлением о Юре Альберте, как будто речь идет о совсем другом человеке.

Почему я так подробно рассказала о каталоге? Он на немецком и вряд ли будет распространяться в России. Я и по выставке хочу пройтись подробно-описательно, потому что подозреваю, что редкий российский любитель искусства доберется до Вадуца, столицы горного княжества Лихтенштейн.

Суперсовременное здание Музея искусств Лихтенштейна — гигантский куб, облицованный черным искрящимся камнем, — стоит в самом центре города, и над ним на скале возвышается княжеский замок. В музее и раньше проходили значимые выставки, в частности русского авангарда, но выставка Альберта — первая выставка современного русского художника, который работает между Германией и Россией. Для него самого это первая большая ретроспектива в западном музее.

Воскресенье только набирает силу, и внутри музея пустынно. Однако в одном из залов искусства ХХ века уже проходит «Экскурсия с завязанными глазами» — акция, которую Юрий Альберт с 1998 года проводит в разных музеях мира. В этот ранний час с черными повязками на глазах идут в основном друзья музея и художника. Местный куратор терпеливо объясняет группе «слепцов», что они «видят» (точнее, могли бы увидеть) перед собой, и в одном месте даже встает на колени перед арт-объектом, чтобы помочь «зрителям» мысленно представить себе произведение. Концептуалист Альберт все это безмолвно фотографирует, чтобы приобщить к своему архиву.

В фойе зрителей встречает его проект «Московский выбор». Он был показан в Москве 2009 года, и там имел определенные политические коннотации. (В 2011-м художник получил за него Премию Кандинского в главной номинации.) В Лихтенштейне «голосование» тоже актуально, потому что в соседней Швейцарии народ каждые две недели за что-то голосует. Однако общефилософский смысл вопросов здесь преобладает. Зритель участвует в обсуждении фундаментальных проблем искусства и его функционирования в обществе. Но поскольку это голосование подается как игра: читаешь ответы и бросаешь листочки в урны «да» или «нет», то почти каждый включается. Я вижу, что прозрачные урны заполнены пока более или менее равномерно. Как и в Москве, мнения разделяются. Мой фаворит — вопрос «Неужели вы думаете, что искусство — это то, на что вы сейчас смотрите?». Узнаю Альберта: он всегда самоироничен. Я отвечаю: «Да», но мне кажется, что моя урна пустовата, местное обывательское мнение, возможно, перевесит.

На втором этаже в четырех огромных залах размещены работы, созданные Юрием Альбертом с 1978 по 2018 год. Чудо, что все это ему удалось собрать. На мой восторг художник скромно отвечает, что многие из них все еще находятся у него дома. Я удивляюсь вслух тому, как прекрасно все развешано, как стильно здесь выглядят даже вещи конца 1970-х — начала 1980-х годов, сделанные для квартирных выставок, как говорится, на коленке — на фанерках или листиках бумаги, как эффектно смотрятся огромные черные полотна знаменитой серии «Живописи для слепых» — в общем, пою художнику дифирамбы. Тут и критиковать нечего: хрестоматийные для истории московского концептуализма работы прекрасно экспонированы. Художник хвалит команду музея и признается, что о такой выставке не мог и мечтать. Точнее, мечтать-то мечтал, когда разглядывал картинки в журнале Artforum полвека назад, но вот мог ли поверить в то, что сам такую выставку реализует?! Пространство идеально и почти стерильно, но в нем живые, небрежные, рукодельные, траченные временем и даже уже отреставрированные работы Юрия начинают как-то по-особому играть. Кажется, почти светятся изнутри.

Выставка построена по хронологии, и в первом же зале я вижу эпохальное произведение 1983 года. Фраза, небрежно написанная на фанере: «В моей работе наступил кризис. Я смущен, растерян и не знаю, что теперь делать!». Я прекрасно помню ее на 17-й Молодежной выставке 1986 года на Кузнецком. Тогда эта работа была подобна бомбе. Вместо картинки — текст. Кто-то возмущался, кто-то смеялся, но многие понимали: это прорыв. Сейчас же она выглядит почтенно музейной. Она уже в истории искусства.

В соседнем зале впервые собраны все работы из серии «Элитарно-демократическое искусство»: «Живопись для стенографисток», «Живопись для слепых», «Искусство для глухих» и «Искусство для моряков». Они показывают главный нерв творчества Альберта — поиски путей разговора со зрителем и пробы различных языков общения, будь то азбука Брайля или сигнальные флажки.

Целый зал посвящен работе Юрия с карикатурами советских художников на тему западного модернизма. Это те самые карикатуры в «Крокодиле», по которым мы по иронии судьбы часто знакомились с модернизмом как таковым. Карикатуры — его страсть. Иронизируя над Кукрыниксами, он тем не менее бережно собирает их оригиналы. Этот колоссальный материал, дающий так много информации о советской эпохе, к сожалению, на выставке не представлен, но, я уверена, это источник новых проектов Юрия.

Выставку завершают работы последних лет. Одна из них под названием «I am Still Alive. 31 день в мае 2017» поразила меня еще в Цюрихе на выставке в фонде Арины Ковнер. Это 31 зеркало, на котором зафиксировано дыхание художника (не буду углубляться в технологию — он сделал это). Дыхание означает жизнь, но ars longa, vita brevis. Мы уйдем с выставки, а 31 зеркало с зафиксированными облачками дыхания останется в музее. Или так: мы уйдем, а произведение останется?

И еще один зал — аппендикс. По традиции лихтенштейнского музея автор выставки имеет право поиграть с любыми работами из музейной коллекции. Что делает Юрий Альберт? Просит распечатать список всех произведений коллекции — по работе на лист бумаги — и оклеивает ими огромный зал. Выразительная получилась инсталляция. «Я не мог выбрать кого-то одного — кто я такой? Поэтому решил отметить всех», — говорит Альберт. В этом он весь: любит искусство. А вот как он его любит, об этом говорит выставка.

Музей искусств Лихтенштейна
Юрий Альберт. Элитарно-демократическое искусство
До 20 января 2019