За широко закрытыми дверями

Соцсети породили погоню за идеальной картинкой — эффектной, глянцевой и как будто максимально приближенной к реальной жизни, что, в свою очередь, привело к увлечению эстетикой барокко — эпохи, возведшей создание иллюзий в абсолют. Семнадцатый век уже не первый год служит одним из главных источников вдохновения для современных дизайнеров: его причудливые изгибы, сложные конструкции, обманки и прочий хитроумный иллюзионизм. Говоря о барокко, в качестве его основной черты обычно вспоминают пышность форм, тогда как главной идеей, ради которой и появились все эти пышные формы, было создание декораций. Эта эпоха мастерски играла пустыми фасадами. Двухмерные иллюзии объемного мира, мыльные пузыри и бесконечные своды правил, регламентирующих длину париков и угол наклона головы в реверансе, — ни один модный блогер так тщательно не выстраивает картинку, как это делали несколько столетий назад. 
Версаль — один из главных памятников барокко, его символ и квинтэссенция. Версалю Виктуар де Кастеллан, арт-директор Dior Joaillerie, посвящает уже третью коллекцию высокого ювелирного искусства. Новая Pièces secrètes — заключительная часть триптиха, вдохновленного бывшей резиденцией французских королей.

Коллекция Dior à Versailles, Pièces secrètes посвящена тайнам Версаля. Укромным уголкам и покоям, скелетам в шкафу королевского двора. И если с тайнами у французской монархии все хорошо, то с интимными покоями — хуже: даже залы, принадлежавшие королю и королеве, отнюдь не были скрыты от посторонних глаз. «Мне хотелось поиграть с призраками и черепами, намекнуть на то, что здесь есть нечто, невидимое глазу. Ты не знаешь, что именно, но ощущаешь его присутствие», — объясняет де Кастеллан.

Большая часть украшений включает в себя механические подвижные части и скрытые детали. Например, кольцо из белого и желтого золота, украшенное бриллиантом, открывается, демонстрируя спрятанный внутри миниатюрный рубин, а на усыпанном бриллиантами колье в виде канделябра сверкает рубеллит огранки «груша», под которым, если его приподнять, взгляду открывается инкрустированный миниатюрными бриллиантами череп. В золотом кольце с опалом и в другом, с крупным грушевидным бриллиантом, обнаруживается потайное отделение для любовных записок (возможно) или локона возлюбленного (вероятнее), украшенное гравированным узором в виде восходящего солнца — прямой отсылкой к символике «короля-солнца» Людовика XIV. 

Некоторые украшения декорированы фрагментами старинных зеркал, отражающих черепа, а также гравировкой в виде клевера, крестов и голубей. И хотя сентиментальные мотивы более свойственны эпохе рококо, чем барокко, эта легкая историческая неточность ни в коей мере не конфликтует с основным настроением коллекции — спрятанных за секретными дверями подсказок, тайных посланий и историй «не для всех». Одно из самых зашифрованных украшений в коллекции — серьги с королевской короной (одна для короля, другая для королевы) и замаскированными под локоны волос золотыми деталями — вдохновлено траурными украшениями. Виктуар де Кастеллан намекает: memento mori. 

Партнерский материал