Документальность времен Documenta

В Касселе все еще идет Documenta 14, максимально заострившая вопрос, будет ли современное искусство существовать в тех форматах, которые работали последние 30–40 лет, — как система социально-художественных исследований общества и его проблем

Марта Минухин. «Книжный Парфенон». Кассель. Фото: Roman Maerz
Марта Минухин. «Книжный Парфенон». Кассель.
Фото: Roman Maerz

Куратор Documenta 14 Адам Шимчик и его коллеги разделили проект между двумя городами — Афинами и Касселем — и сделали греческий язык официальным рабочим языком всех событий наряду с привычными немецким и английским. Девиз «Учиться у Афин» в контексте нынешних конфликтов по греческим долгам лидерам ЕС выглядит заведомо провокационным.

Вероятно, жест Шимчика, интеграционный и примирительный, должен продемонстрировать единство европейской культуры, которая начиналась с греческой античности. Единства перед главным современным вызовом — проблемой африканских и азиатских беженцев. Этот вызов трактуется как необходимость принять всех пострадавших от войн и других вооруженных конфликтов.

Ибрахим Махама. «Контрольно-пропускной пункт Просфигика. 1934–2034». 2016–2017. Перформанс. 2017. Фото: Mathias Völzke
Ибрахим Махама. «Контрольно-пропускной пункт Просфигика. 1934–2034». 2016–2017. Перформанс. 2017.
Фото: Mathias Völzke

На въезде в исторический центр Касселя c запада расположены две симметричные башни — Торвахе. Фактически это вход на Documenta 14: за башнями начинаются основные выставочные площадки. Художник Ибрахим Махама одел башни в колпаки общей площадью почти 2 тыс. кв. м. Они сшиты из холщовых мешков, в которых из Западной Африки в Европу поставляются какао-бобы (клейма легко читаются), и небольших, малозаметных добавлений натуральной кожи из интерьеров железнодорожных вагонов, которые собирались на заводе Henschel в Касселе. Главный источник сладкой жизни считывается однозначно.

От башен недалеко до Кенигсплац, где воздвигнут неоегипетский обелиск нигерийца Олу Огибе. На нем на четырех языках выбита евангельская мудрость: «Был странником, и вы приняли меня». Между этими двумя точками разворачиваются основные сюжеты кассельской части Documenta 14.

Не знаю, насколько в греческой столице было заметно присутствие немецкого курортного города. В Касселе Афины заявлены «весомо, грубо, зримо».

Хива K. «Вонючие имиджи». Фото: Mathias Völzke
Хива K. «Вонючие имиджи».
Фото: Mathias Völzke

На Фридрихплац, главной площади Касселя, вырос «Книжный Парфенон» аргентинской художницы Марты Минухин. Это повторение ее акции 1983 года в Буэнос-Айресе, когда она собрала 25 тыс. книг, запрещенных военной хунтой, и сложила их в форме главного памятника античности. В этом объекте спрятана отсылка к сжиганию нацистами книг на том же месте в 1933 году. Тома, выложенные в форме Парфенона, оказались эффектным приемом, особенно в вечернее время. Но по большей части дизайнерским, чем смысловым. Тем более что запрещенных книг для полного воплощения идеи не хватило.

Напротив огромного «Книжного Парфенона» размещено другое произведение паблик-арта. Это объект иракца Хива K, название которого лучше перевести вольно как «Вонючие имиджи». Связка из желтых пластиковых канализационных труб, которые приспособлены для временного жилища, — прозрачный намек на необходимость гуманнее относиться к беженцам.

Мария Айхгорн. Изъятые нацистами у евреев книги. © Maria Eichhorn / VG Bild-Kunst, Bonn 2017. Фото: Mathias Völzke
Мария Айхгорн. Изъятые нацистами у евреев книги. © Maria Eichhorn / VG Bild-Kunst, Bonn 2017.
Фото: Mathias Völzke

В главном пространстве всех Documenta — музее Фридерицианум кураторы разместили коллекцию Национального музея современного искусства в Афинах. Это решение представляется самым сомнительным в концепции кассельской части Documenta 14. Оно ничего не добавляет к представлению зрителя о состоянии современного искусства. Видео австрийца Оливера Ресслера «Что есть демократия?» со сжиганием флагов стран — лидеров ЕС выглядит неудачной шуткой. Громкая левая риторика, которая обычно заканчивается благодарностями в адрес крупных компаний-спонсоров, конечно, возможна в демократических странах, но надо понимать, что жечь флаги — это значит поджигать дом, в котором живешь.

Лучшим достижением Documenta 14 выглядят выставки в Новой галерее и Новой Новой галерее. В первой главное место занимает проект Марии Айхгорн «Институт Розы Валлан». Он посвящен поискам изъятых нацистами у евреев книг и произведений искусства. К этому сюжету виртуозно подвязана линия Гурлиттов: пейзажи с видом Акрополя кисти Луиса Гурлитта, рисунки медсестры, участницы Первой мировой войны Корнелии Гурлитт, сестры печально известного Хильдебранда Гурлитта, тайного коллекционера, приподнявшегося на конфискациях.

Корнелия Гурлитт. Семнадцать работ на бумаге. Государственный еврейский музей Виленского Гаона. Новая Новая галерея. Фото: Mathias Völzke
Корнелия Гурлитт. Семнадцать работ на бумаге. Государственный еврейский музей Виленского Гаона. Новая Новая галерея.
Фото: Mathias Völzke

Точку, точнее, большой этический вопрос ставит совмещение в одном зале инсталляции Йозефа Бойса «Комната для Новой галереи» и фотомонтажа из двух сотен фотографий поляка Петра Укланского «Настоящие наци» с портретом молодого немецкого летчика Йозефа Бойса, позже ставшего всемирно известным художником. Как тут не вспомнить великого скрипача Айзека Стерна, который не только никогда не выступал с гениальным Гербертом фон Караяном, членом партии национал-социалистов, но даже отказывался концертировать с теми, кто с ним играл!

В Новой Новой галерее лучшим стал проект норвежки Марет Анне Сара, которая совместила «занавес-саван» из черепов северных оленей и протоколы судов по своему иску к Министерству сельского хозяйства и продовольствия Норвегии. Сара обвинила власти в стремлении, убивая оленей, уничтожить самобытность саамов.

Марет Анне Сара. Занавес-«саван». Новая Новая галерея. Фото: Mathias Völzke
Марет Анне Сара. Занавес-«саван». Новая Новая галерея.
Фото: Mathias Völzke

В контексте этих кураторских и художнических находок ожидаешь продолжения честного разговора. Современное искусство должно исследовать проблемы во всей полноте. Если говорить о беженцах, то не обходя вниманием новогодние инциденты с приставанием мигрантов к женщинам, незаконные переходы границ ЕС с применением насилия в отношении полиции, требования беженцев пускать их на частные ночные дискотеки, когда они еще ровным счетом ничего не сделали для той страны, куда их гуманно пустили, и так далее.

Готовы ли те, кто запросил статус беженца, принять европейские ценности, неотъемлемой частью которых является система международных художественных выставок, в том числе Documenta? Или они будут настаивать на «заповедном» сохранении своей идентичности? И тогда как будет уживаться пестрый этнический состав беженцев с европейцами и между собой?

Понятно, что Documenta 14 не могла дать ответов на эти и другие злободневные вопросы. Но четко их обозначить — просто обязана.

Кассель
Documenta 14
До 17 сентября

Самое читаемое:
1
Зельфира Трегулова: «Сейчас в музее нам нужны более сильные эмоции и впечатления»
Директор Третьяковской галереи Зельфира Трегулова рассказала о том, каким видит музей в будущем, об идеальной выставке и почему картины Михаила Врубеля вызывают интерес у зрителей от Казани до Осло
22.09.2021
Зельфира Трегулова: «Сейчас в музее нам нужны более сильные эмоции и впечатления»
2
Топ-50 самых дорогих ныне живущих художников России
Представляем новый рейтинг наших современников, высоко котирующихся на рынке. Спустя шесть лет после того, как мы опубликовали его впервые, он заметно обновился в нижней части. Ротации в верхней части списка мало. Зато рекорды теперь ставятся не только в Лондоне, но и в Москве
18.10.2021
Топ-50 самых дорогих ныне живущих художников России
3
Выставка Врубеля в Третьяковке соединит разрозненные циклы и разрезанные картины
Гигантская монографическая выставка Михаила Врубеля в Новой Третьяковке станет важным этапом в познании его наследия. На ней встретятся три «Демона» и впервые будет показано такое количество поздней графики
05.10.2021
Выставка Врубеля в Третьяковке соединит разрозненные циклы и разрезанные картины
4
Как проектировали упаковку Триумфальной арки
В Париже открылся последний грандиозный проект Христо и Жанны-Клод — упакованная Триумфальная арка. Оказывается, работа над ним шла полвека. Показываем, как это было
24.09.2021
Как проектировали упаковку Триумфальной арки
5
Жан-Юбер Мартен перемешает коллекцию ГМИИ
Перед реконструкцией главного здания Пушкинского музея в нем решились на большой эксперимент
07.10.2021
Жан-Юбер Мартен перемешает коллекцию ГМИИ
6
Как появляются на арт-рынке работы Боттичелли и за сколько продаются
Сандро Боттичелли сейчас второй среди старых мастеров по цене после Леонардо да Винчи. Как правило, главные шедевры таких гениев давно в музеях, и каждое появление их произведений на рынке становится сенсацией
08.10.2021
Как появляются на арт-рынке работы Боттичелли и за сколько продаются
7
Sotheby’s выставил на аукцион позднюю картину Боттичелли
«Муж скорбей» появится на январских торгах с предварительной оценкой в $40 млн. Картина обрела авторство Боттичелли благодаря недавней переатрибуции, а до этого считалась работой его учеников
07.10.2021
Sotheby’s выставил на аукцион позднюю картину Боттичелли
Подписаться на газету

2021 © The Art Newspaper Russia. Все права защищены. Перепечатка и цитирование текстов на материальных носителях или в электронном виде возможна только с указанием источника.

16+