О чем рассказывает индийский текстиль на выставке в V&A

В Музее Виктории и Аль­берта (V&A) открылась выставка Ткани Индии, где впервые представлена 500-летняя «нательная книга», пролежавшая в запасниках 80 лет, а теперь кропотливо восстановленная музейными реставраторами.

Рубашку-талисман, украшенную всеми 6 тыс. аятов Корана, надевали как оберег в сражениях, путешествиях, в периоды эпидемий и голода. Такую одежду производили в Иране и Турции, но надписи на рубашке из коллекции V&A нанесены почерком бихари (в индийском каллиграфическом стиле арабского почерка) — свидетельство того, что она была изготовлена в Индии между 1480 и 1520 годом.

Сокуратор выставки и старший куратор отдела Южной и Юго-Восточной Азии Розмари Крилл признается, что не знает, сколько времени заняло изготовление рубашки, но отмечает, что экземпляр из дворца Топкапы в Стамбуле шили и расписывали три года. Так как предмет носит «гибридный» характер, работа над ним потребовала от реставратора Элизабет-Энн Хэлдейн сотрудничества с коллегами, специализирующимися на живописи и произведениях на бумаге. Анализ пигментов показал: художник использовал черные чернила, свинцовый сурик, киноварь, свинцовые белила и ляпис-лазурь; 99 имен Бога написаны золотом. Реставратор (специфика материала не позволяла пользоваться жидким клеем) удалила старые заплатки и восстановила утраченные участки, используя ткань подходящего оттенка. «Я хотела восстановить области сильных заломов, потому что в этих местах она начала расползаться», — говорит она, уточняя, что в верхней части рубашка разошлась почти полностью.

Один из самых крупных экспонатов — 17-метровое текстильное настенное панно из индийского штата Гуджарат, украшенное изображениями цветов, животных и изысканно одетых людей. По словам Розмари Крилл, его нашли брошенным «огромной кучей» на тротуаре в нью-йоркском Бруклине в 1990-е годы. V&A повезло: это произведение ХХ века попало в руки арт-консультанта, который и передал его в дар музею. «Подобных интерьерных украшений в целом виде сохранилось совсем мало, ибо их использовали до тех пор, пока они окончательно не изнашивались», — поясняет куратор.

Перед началом работ панно разложили во дворе Рафаэля (одном из немногих помещений музея, где оно смогло поместиться полностью) и составили его описание. Выяснилось, что в реставрации нуждались аппликации, сама же основа практически не имела повреждений.

Одной из самых больших сложностей, с которыми столкнулись музейщики, был вопрос, как повесить такой крупный объект и при этом уберечь его от чрезмерного натяжения. Хэлдейн говорит, что они очень-очень долго думали над тем, каким образом его подвесить и закрепить при помощи застежек-липучек; впрочем, добавляет она, на этой выставке размеры целого ряда экспонатов ставили перед работниками музея непростые задачи.

Так, потрясающий болливудский костюм, украшенный сотнями крошечных зеркал, оказался настолько тяжелым («думаю, актриса надела его лишь однажды для фотосессии»), что в конце концов реставраторы решили надеть его на сидящего манекена, прикрепленного к доске.