Ускользая за пределы высказывания

"Малярство" 2000 г. ЦСИ. Киев
Проект "Простая форма." 2010 г. галерея "Боттега"
"Монохромия". 2013 г. "Арсенал". Киев
"Монохромия". 2013 г. "Арсенал". Киев
"Малярство" 2000 г. ЦСИ. Киев
Проект "Простая форма." 2010 г. галерея "Боттега"
"Монохромия". 2013 г. "Арсенал". Киев
"Монохромия". 2013 г. "Арсенал". Киев

«Эссе. Тексты. Диалоги» живого классика украинской абстрактной живописи Тиберия Сильваши за последние несколько лет были собраны командой Щербенко Арт-Центра, а киевское издательство huss выпустило небольшую книгу.

Произведения Сильваши опубликованы здесь на тех языках, на которых были написаны и произнесены, — на русском и украинском, сюда же вошли переводы некоторых текстов на английский. Перед нами — избранное избранного, скорее всего, автор написал существенно больше. «Тексты» — содержащие, как и эссе, мысли об искусстве, но не согласные укладываться ни в одну из жанровых рамок, — это по большей части (коли не просто заметки на полях бытия) комментарии к художественным проектам, не все из которых даже прямо названы. «Диалоги» — это интервью разным журналистам, публиковавшиеся прежде в разных изданиях.

Среди первых не мыслей даже, а чувств, за которыми уже на первых страницах застает себя читатель: как же здесь не хватает зрительного ряда. Репродукций работ автора или по крайней мере хоть одной его собственной фотографии. Нет, не «иллюстраций», — которые, как известно, по отношению к тексту вторичны, и задача их — смиренно сопровождать его и комментировать. Не хватает именно что ряда визуально воспринимаемых высказываний, параллельного и равноценного словесному. Тем более что автор — не только теоретик живописи, идеолог и организатор художественной жизни, эссеист и философ, но еще и — собственно, в первую очередь, — художник. Точнее, живописец, и эта разница для него принципиальна.

«<…> живописцем становишься тогда, когда твое профанное „Я” отходит в сторону, исчезает. Это такая имперсональная позиция. А художник — это всегда четко обозначенное превалирование „Я”».

И это при том, что «один из самых страшных терминов, которые существуют, — самовыражение. Ничего страшнее самовыражения в искусстве не бывает. Есть совершенно высшая реальность, она исключительно делается искусством. Иначе бессмысленно этим заниматься. Вот когда ты спрячешься, тогда и начинается настоящее искусство».

«Живописец работает Эоном — это поток времени не расчлененный; а художник в таком случае работает с Хроносом…»

Понятно, что заинтересованному читателю при нынешних возможностях не составит никакого труда найти работы Сильваши в интернете. Но штука в том, что оба свойственных автору типа высказываний есть смысл воспринимать одновременно — и продуманы они должны быть, конечно, тоже вместе.

«Нефильтрованная жизнь, сырая реальность не „просматривается”, не „считывается” с произведения, а проживается „опытом” пережитого времени». Ускользая за пределы высказывания, чтобы успеть увидеть мир, отраженный в падающей капле дождя. Так работает искусство, когда оно уходит из культуриндустрии, оказываясь на границах пространств духовных практик. В поисках целостности, опыта. Без посредничества. Без механизма описания. Это пространство „замедленного времени”».

Сильваши — мыслитель. Одна из собеседниц автора Ольга Балашова (диалог с которой тоже вошел в книгу) даже назвала его работы «документацией мыслительного процесса». Мне кажется, что более точным было бы сказать несколько иначе: он — метафизик. Всё, что он делает, — это работа с реальностью, с отношениями человека к ней и с возникающими в ходе этих отношений смыслами.

Собственно, можно сказать еще более прямо: все это — духовная практика, при том что сам автор, как видим, из некоторой особенной осторожности склонен размещать свою работу скорее на ее границах, и явных отсылок к трансцендентной реальности у него нет — как, впрочем, и сколько-нибудь жесткого деления реальности на «трансцендентную» и «имманентную».

Заметим так же, что Сильваши вообще не склонен к проведению жестких границ; мы не обнаружим таковой и между «западной» и «восточной» по происхождению частями его мировосприятия, для него все цельно.

Ближайшие жанровые родственники его текстов, даже когда те представляют собой небольшие — иной раз на абзац-другой — комментарии к арт-проектам, — не искусствоведческие статьи, не художественные манифесты, а философские трактаты. Первый текст-родственник, пришедший на память автору этих строк, — «О духовном в искусстве» Василия Кандинского.

Мысль и чувство у Сильваши — равноправные орудия метафизической восприимчивости и рефлексии. Рискну предположить, что именно поэтому, а не только в силу персональной стилистической прихоти он не пишет философских трактатов и не выстраивает теоретических систем, а ограничивается эссеистикой и комментариями к создаваемым арт-объектам и предпринимаемым арт-проектам. Иногда он их даже впрямую объясняет, выговаривает их идею — как, например, в одном из вошедших в книгу текстов он поступает с проектом «Монохромия», — но так бывает редко. Несловесное высказывание для него в конечном счете адекватнее, полнее. Одной умозрительности никогда не достаточно.

«Ты видишь „Это”», — восклицал дзенский наставник, для пущей наглядности ударял палкой по спине ученика, добиваясь от него способности общаться с реальностью. Не с концепциями и интеллектуальными заменителями. Не с изворотливостью спекулятивной речи. Не с психологическими симулякрами и романтическими иллюзиями. А с „Этим”. С пространством чистых отношений».

Самое читаемое:
1
Зельфира Трегулова: «Сейчас в музее нам нужны более сильные эмоции и впечатления»
Директор Третьяковской галереи Зельфира Трегулова рассказала о том, каким видит музей в будущем, об идеальной выставке и почему картины Михаила Врубеля вызывают интерес у зрителей от Казани до Осло
22.09.2021
Зельфира Трегулова: «Сейчас в музее нам нужны более сильные эмоции и впечатления»
2
Выставка Врубеля в Третьяковке соединит разрозненные циклы и разрезанные картины
Гигантская монографическая выставка Михаила Врубеля в Новой Третьяковке станет важным этапом в познании его наследия. На ней встретятся три «Демона» и впервые будет показано такое количество поздней графики
05.10.2021
Выставка Врубеля в Третьяковке соединит разрозненные циклы и разрезанные картины
3
Топ-50 самых дорогих ныне живущих художников России
Представляем новый рейтинг наших современников, высоко котирующихся на рынке. Спустя шесть лет после того, как мы опубликовали его впервые, он заметно обновился в нижней части. Ротации в верхней части списка мало. Зато рекорды теперь ставятся не только в Лондоне, но и в Москве
18.10.2021
Топ-50 самых дорогих ныне живущих художников России
4
Как проектировали упаковку Триумфальной арки
В Париже открылся последний грандиозный проект Христо и Жанны-Клод — упакованная Триумфальная арка. Оказывается, работа над ним шла полвека. Показываем, как это было
24.09.2021
Как проектировали упаковку Триумфальной арки
5
Жан-Юбер Мартен перемешает коллекцию ГМИИ
Перед реконструкцией главного здания Пушкинского музея в нем решились на большой эксперимент
07.10.2021
Жан-Юбер Мартен перемешает коллекцию ГМИИ
6
Как появляются на арт-рынке работы Боттичелли и за сколько продаются
Сандро Боттичелли сейчас второй среди старых мастеров по цене после Леонардо да Винчи. Как правило, главные шедевры таких гениев давно в музеях, и каждое появление их произведений на рынке становится сенсацией
08.10.2021
Как появляются на арт-рынке работы Боттичелли и за сколько продаются
7
Sotheby’s выставил на аукцион позднюю картину Боттичелли
«Муж скорбей» появится на январских торгах с предварительной оценкой в $40 млн. Картина обрела авторство Боттичелли благодаря недавней переатрибуции, а до этого считалась работой его учеников
07.10.2021
Sotheby’s выставил на аукцион позднюю картину Боттичелли
Подписаться на газету

2021 © The Art Newspaper Russia. Все права защищены. Перепечатка и цитирование текстов на материальных носителях или в электронном виде возможна только с указанием источника.

16+