Буддийское искусство окружает и ошеломляет посетителей ГМИИ

Когда в 1944–1945 годах сотрудник Государственного музея изобразительных искусств им. А.С.Пушкина Всеволод Павлов разбирал буддийские статуи, свезенные на металлолом в свердловский Сухой Лог, он недоумевал: откуда здесь среди скульптур с российских азиатских территорий и из Монголии явные западноевропейские «подделки» будд, с какими-то другими ликами и странными золочениями? Несколько подобных торсов он тем не менее отобрал: любопытно же!

В загадке исследователи разобрались позже (тайна раскрыта в каталоге к текущей выставке). Оказывается, это не подделки, а госзаказ! Когда в 1911 году Российская империя помогла Внешней Монголии отделиться от Цинской империи, где как раз прогнали «последнего императора», в новом независимом регионе возник дефицит будд. Раньше их изготавливали во Внутренней Монголии, которая осталась за китайцами. Чтобы помочь братскому народу, Россия разместила заказ сразу на 10 тыс. статуй на фабрике Норблина в Варшаве, где умели применять метод гальванического серебрения. Заказ, впрочем, дошел до Монголии не целиком (видимо, некоторые партии потерялись или были украдены по пути), и иногда эти статуи всплывают в самых разных местах. На выставке в Пушкинском представлено несколько, в том числе из Национального музея Республики Бурятия. Такая вот занимательная антикварная история, прекрасно иллюстрирующая колониальный глобализм «долгого XIX века».

Подобных занимательных сюжетов крайне много в этой экспозиции — главной выставке сезона в ГМИИ. Но они как-то даже теряются на фоне общего великолепия проекта. Музейный архитектор Анна Каменских, которая прекрасно чувствует свое здание, воспользовалась тем же приемом, который сработал на другой завораживающей экзотической выставке — «Мумии Древнего Египта. Искусство бессмертия» (2022): она превратила залы в позолоченный храм. И пускай тогда на фоне старого потертого золота стен стояли памятники с трех- и четырехтысячелетней историей, а сейчас — в основном произведения XIX века, — магия бесконечной древности все равно чувствуется. В конце концов, это сакральные образы самой старой из мировых религий, возникшей в VI–V веках до н.э. Многие из представленных изображений — статуи и картины (танка) — без изменений повторяют тысячелетний иконографический канон, которому следовали многие поколения верующих. Конечно, здесь стоит упомянуть, что буддизм — третья государственная религия Российской Федерации. И кажется очень правильным, что ее так красиво представили в столице.

«Красиво» — уместное слово, потому что Пушкинский музей — это все-таки музей изобразительного искусства, а не этнографический или исторический. Экспонаты, отобранные кураторами Елизаветой Ванеян (ГМИИ) и Нонной Альфонсо (Музей Востока), тут преподнесены именно как произведения искусства — яркие, поражающие воображение. Буддийское искусство, о котором мы в принципе, конечно, знаем по отдельным произведениям, тут окружает и ошеломляет, предстает как могущественная цивилизация, как эстетически единое целое.

В этом смысле выставка стала важной вехой. Очевидно, если бы она проходила в стенах Музея Востока, резонанс из-за контекста был бы меньше. Вехой она стала и в другом аспекте — гастрольном. В первую очередь речь о Национальном музее Республики Бурятия, который обеспечил чуть ли не две трети экспонатов. Также они прибыли из Национального музея им. Алдан-Маадыр Республики Тыва, Национального музея Республики Калмыкия им. Н.Н.Пальмова, Астраханского музея-заповедника и Кяхтинского крае­ведческого музея. Наконец, это своего рода эстафетная палочка музейных директоров. Проект был придуман еще Елизаветой Лихачевой по результатам ее поездки в Улан-Удэ, а реализован Екатериной Проничевой, став первым громким вернисажем за полгода ее директорства. 

Государственный музей изобразительных искусств им. А.С.Пушкина
«Алмазная колесница. Буддийское искусство России»
До 1 ноября