«Манеж» в Петербурге продолжает знакомить с русской скульптурой

300 скульптур, 100 авторов — от Михаила Аникушина до Григория Ястребенецкого — из 50 музеев, где первые скрипки — у Русского музея и Третьяковской галереи. Когда в 2021 году выставку «(Не)подвижность. Русская классическая скульптура от Шубина до Матвеева» в ЦВЗ «Манеж» за полтора месяца посетило более 60 тыс. человек, стало ясно: будет продолжение. Теперь следовало показать русскую скульптуру ХХ века во всем многообразии форм и направлений — от импрессионизма до кинетизма.

И два года назад, и сейчас было очевидно, что невозможно просто наполнить огромный зал холодным камнем и бронзой. Для «(Не)подвижности» кураторская команда во главе с Елизаветой Павлычевой, руководителем выставочного отдела «Манежа», придумали погружение скульптур в пространство оперного театра, представив произведения на сцене, за кулисами, в зрительном зале и так далее. Теперь, как сообщила для TANR Павлычева, кураторы решили соединить скульптуру с документальным кино и телевидением. Каждому из 15 разделов выставки дано киношное название вроде «Сценарный план», «В главных ролях», «Раскадровка», «Скрытая камера», «Цветокоррекция». Многозначность терминов призвана придать новые измерения скульптуре, которая демонстрируется на фоне кинохроники или рядом с ней.

Преемственность с прежней выставкой подчеркнута в экспозиции: нынешняя начинается с композиции «Октябрь» неоклассициста Александра Матвеева. Это гипсовый оригинал, созданный скульптором к 10-летию Октябрьской революции: рабочий, крестьянин и красноармеец представлены в образах нагих героев — как в античные времена.

В разделе «В главных ролях» собраны модели известных памятников из обеих столиц: аникушинский Пушкин, Достоевский — лучшее произведение Любови Холиной, Маяковский работы Александра Кибальникова, Лассаль — Виктора Синайского, Гарибальди — Карлиса Зале. Последние два произведения были частью большевистского плана монументальной пропаганды 1918 года.

Символистские опыты в послереволюционные годы продолжали Вера Мухина и Иван Шадр, чьи скульптуры «Ветер» и «В бурю» удачно передают в мощном монолите идею движения. Среди менее известных имен представлена Беатриса Сандомирская с выразительными «Рязанской бабой» и «Обнаженной женской фигурой».

Чтобы снять пафос, неизбежный при демонстрации скульптуры, кураторы решили показать стремянку Веры Мухиной и стеки Михаила Аникушина. Вокруг них заверчены темы труда и музыки. За первую отвечает деревянная скульптура «Сбор винограда» Сергея Коненкова, за вторую — портрет маэстро Юрия Темирканова работы Георгия Ястребенецкого и модели рельефов Василия Стамова для музыкальной школы.

Пушкин, один из самых тиражируемых персонажей русской скульптуры, представлен еще и в версиях Лазаря Гадаева — эскиз памятника в Москве — и Леонида Баранова — «Пушкин в Летнем саду».

Раскрашенная деревянная скульптура (по-киношному «Цветокоррекция») — конек Гели Писаревой. В этом году скульптор отметила 90-летие и продолжает гнуть линию «наива».

Специальный раздел посвящен работам участников художественной студии Института народов Севера, которой руководил Леонид Месс, ученик Матвеева, участник выставок объединения «Круг художников». В 1937 году работы студентов на темы Арктики получили золотую медаль на Всемирной выставке в Париже.

Специально к выставке отреставрировано майоликовое панно «Праздник» Исидора Фрих-Хара размером 300 на 220 см. Это произведение прибыло из Екатеринбургского музея изобразительных искусств.  

Центральный выставочный зал «Манеж»
«Сопряжение форм. Русская скульптура ХХ века»
До 3 декабря