18+
Материалы нашего сайта не предназначены для лиц моложе 18 лет.
Пожалуйста, подтвердите свое совершеннолетие.
Пожалуйста, подтвердите свое совершеннолетие.
Большая кольцевая линия — это и самая масштабная стройка столичного метро (70 км, 31 станция, примерно две трети из которых уже работают), и важный символический проект, ведь на протяжении столетий структуру города во многом определяют именно кольца: Бульварное, Садовое, Третье, в этом же ряду Кольцевая линия метро, построенная в 1950-е годы — не только важный транспортный объект, но, по сути, первый памятник победе в Великой Отечественной войне.
Проектирование Большой кольцевой линии ведется как уцелевшими крупными проектными институтами, которые десятилетиями строили метро в разных городах Советского Союза, так и известными бюро, попавшими в эту сферу благодаря архитектурным конкурсам.
При разности подходов, стилистических решений и приемов они пытаются дать собственный ответ на вопрос, что же такое современная станция московского метро. С одной стороны, конечно, это станция, построенная здесь и сейчас. С другой стороны, у московского метро есть свои важные, определяющие его суть традиции.
Часто под традицией понимают некую «дворцовость», репрезентативность: применение натуральных отделочных материалов, прежде всего мрамора и гранита, художественное оформление. Это собирательный образ метро, сформировавшийся в 1930–1950-е годы. Соответственно, при таком подходе единственно верным путем оказывается историзм. Но есть и другой подход: с самой первой линии, открытой в 1935 году, для московского метро характерно создание индивидуальных, узнаваемых пространств, при этом их идеологическое наполнение, стилистическое решение может меняться. Соответственно, решения, которые появляются в современном московском метро, и в особенности на БКЛ — от создания «модных» пространств до сложной игры со смыслами, — складываются в одну непрерывную линию архитектуры.
На одном полюсе находятся станции, облик которых формируется на стыке интерьерного дизайна, общественных пространств и паблик-арта. Чаще всего это станции самой распространенной конструкции — колонные, где решения во многом предсказуемы. Поэтому задача проектировщиков — найти нестандартные ходы, приемы, материалы, сделать станцию как минимум не похожей на остальные, как максимум — станцией с «вау‑эффектом», предельно «инстаграмной» и запоминающейся.
Так, на «Новаторской» (Моспромпроект, архитекторы Александр Вигдоров, Сергей Каретников, 2021) пылает красно-оранжево-желтый потолок, собранный из стекол разных размеров, в который встроены светильники. Это своего рода инсталляция, занимающая всю поверхность над платформой, то есть размером почти 2 тыс. кв. м. Кстати, стекло для оформления потолка станции применено в московском метро впервые.
В этом же ряду «Воронцовская» (Моспромпроект, архитекторы Александр Вигдоров, Сергей Каретников, 2021), потолок которой напоминает Млечный Путь: он собран из 11,6 тыс. круглых элементов. Диаметр каждой из «тарелочек», выполненных из анодированного шлифованного алюминия, 25 см. Композиция потолка создана с помощью технологий параметрического моделирования.
«Мнёвники» (АБТБ, архитектор Тимур Башкаев, 2021) создана по итогам конкурса. Станция претерпела множество метаморфоз, главная из которых — изменение конструкции. В ее центре — ярко-красная арка, резко контрастирующая с серо-бетонной стилистикой всей станции.
«Лефортово» и «Авиамоторная» Некрасовской линии (Метрогипротранс, архитектор Леонид Борзенков, 2020) предельно графичны, они выполнены в серо-черно-белой стилистике. У пассажира возникает ощущение, что он находится внутри рендера, визуализации или компьютерной игры. Таким образом, реальный мир здесь пересекается с виртуальным.
Если в облике некоторых станций лежащие в его основе образы считываемы (например, «Мнёвники» явно отсылает к русскому авангарду, а «Воронцовская» — к теме космоса), то семантика оформления «Новаторской» не так очевидна, хотя должна вызывать «ассоциации с образом солнца, огня и энергии новаторства».
Прямая, можно даже сказать, лобовая отсылка к советским станциям, вернее, к приемам того времени, — это художественное оформление: мозаика, скульптура, барельефы, панно, которые зачастую выполнены в традиционном, даже архаичном стиле. Причем самые яркие решения так или иначе связаны с милитаристской семантикой, что вполне отвечает духу времени.
На «ЦСКА» (Метрогипротранс, архитекторы Вадим Волович, Александр Орлов, Николай Шумаков, 2018) это четыре скульптуры высотой 5 м (с учетом постамента) спортсменов-армейцев, установленные в центре зала. Их автор тоже «ведомственный» скульптор из Студии военных художников имени М.Б.Грекова Михаил Переяславец. Он создал фигуры баскетболиста, хоккеиста, лыжника и футболиста, прообразами которых послужили реальные спортсмены-армейцы, в том числе наши современники.
Работа над скульптурами также велась по-военному. Николай Панкратов, в прошлом лыжник и биатлонист, а ныне тренер спортивной команды ЦСКА по зимним видам спорта, так и говорит: «…Мне поступило указание от руководства ЦСКА поехать в Студию имени М.Б.Грекова для создания скульптуры лыжника». Скульптуры сделаны профессионально, в них чувствуется определенная экспрессия, но и не меньше архаики. Однако у них есть важное достоинство — хороший обзор. Основными цветами на станции «ЦСКА» являются красный и синий.
Оформление «Давыдково» (Минскметропроект, архитектор Григорий Васильев) посвящено работе МЧС, и здесь, в отличие от ЦСКА, не стали прибегать к точечной интеграции декора, а подошли глобально — все возможные поверхности станции украшены белоснежными барельефами. На путевых стенах и эскалаторной галерее саперы идут по минному полю, пожарные борются с огнем, водолазы готовятся спуститься под воду. Авторы барельефов — А.Славук и С.Славук. Правда, это, скорее, работы для фасада здания, чем для довольно тесной станции, где из-за особенностей конструкции нет точек обзора.
В кассовом зале станции «Давыдково» — панно «Звезда спасения» самого востребованного государством скульптора, Салавата Щербакова, при участии его постоянного соавтора, архитектора Василия Данилова. Здесь к уже привычному набору из спасательной техники добавлены слоган МЧС «Предотвращение, спасение, помощь» и эмблема министерства — восьмиконечная звезда. В ее центре — покровительствующая МЧС России икона «Неопалимая Купина». Это именно икона: во время открытия станции был проведен обряд ее освящения, то есть пространство метро в буквальном смысле становится сакральным.
Если на внутренней поверхности стен пассажиров встречают и провожают спасатели, то на внешних стенах наземного павильона «Давыдково» размещена серия работ «Герои всегда рядом» в технике печати по стеклу. Барельефы тяготеют к условно реалистическому направлению, а изображения сотрудников МЧС разных специальностей на павильоне — к граффити, правда в официозной версии.
По пути «чем больше художественного оформления, тем лучше» пошли и на новой «Электрозаводской» (Метрогипротранс, архитектор Александр Некрасов, 2020), хотя здесь это сделано не с такой серьезностью, как на «Давыдково». Путевую стену украшает панно Александра Рукавишникова «Битва героев», оно в буквальном смысле захватывает всю станцию — 163 м в длину, 7 м в высоту. Технология создания панно вполне современная — это многоцветная печать на стекле, стилистика — характерная для Рукавишникова-художника — гипертрофированные языческие образы. Как гласит пояснительная записка, «панно воссоздает собирательный образ защитника Родины от посягательств врагов на ее свободу и независимость в эпоху Древней Руси». На то, чтобы дать зрителю возможность целиком охватить взором это панно, многоопытные авторы, естественно, не рассчитывали. Они поступили остроумнее: фрагменты «Битвы героев» можно разглядывать сквозь окна-иллюминаторы на верхнем уровне станции, через который проходят все пассажиры. Так степень пафоса произведения снижается за счет превращения его из созерцательного образа в своеобразный аттракцион.
На БКЛ встречаются и гораздо более мирные и камерные сюжеты. К примеру, на станции «Лефортово» это две работы, стилизованные под гравюры эпохи Петра I, художников Александра Панова, Корнила Пузанкова и Петра Радимова. В круглом плафоне кассового зала помещена композиция с гербом Франца Лефорта, а художественная композиция с фрагментом фасада Лефортовского дворца петровского периода и его отражением, которое занимает большую часть панно, олицетворяет зыбкую материю воспоминаний о том времени и прежнем облике исторического здания.
Остроумнее всего с советским бэкграундом метро работают архитекторы станций «Савеловская» и «Терехово». Их можно было бы назвать постмодернистскими, но в столичном контексте это сразу отсылает к лужковской архитектуре с ее башенками, арками, скачущими по фасаду элементами ордера и нагромождением объемов. В названных же проектах авторы не прямо цитируют существующие станции, но оригинально обращаются со смыслами и образами архитектуры московского метро.
«Савеловская» (Метрогипротранс, архитекторы Вадим Волович, Александр Орлов, Николай Шумаков, 2018) — глубокая пилонная станция, редкая типология в нынешнем московском метро. Ее особенность — необлицованные тюбинги — полностью на путевых стенах и частично на пилонах. Черные кольца тюбингов резко контрастируют с белоснежной каменной облицовкой. Идея станции восходит к позднесоветским временам: на архитектурном конкурсе на станцию «Парк Победы» в 1990–1991 годах проект еще молодых Александра Орлова и Александра Некрасова получил третье место. Тогда, да и, видимо, сейчас, это было неожиданное прочтение темы войны — не парадное, а правдивое. Сегодня станция воспринимается и как оммаж первому в мире метро — лондонскому, как показ красоты конструкции, а еще как посвящение Николаю Ладовскому, лидеру рационалистов, который оставил важный след в московском метро. Это и вестибюль-ракушка (или портал тоннеля) «Красных ворот», и оригинальная первоначальная архитектура станции «Лубянка». Ладовский, фактически единственный из архитекторов сталинских станций, не пытался декорировать конструкции, а, наоборот, подчеркивал тоннельный характер сооружения. Интерьер «Лубянки» (тогда — «Дзержинской») был почти полностью утрачен при реконструкции в 1970-е годы.
«Терехово» (Buromoscow, архитекторы Ольга Алексакова, Юлия Бурдова, 2021) создана по итогам конкурса архитекторами, до того не имевшими опыта реализации в метро, но сделавшими много интересных проектов — от оригинальных фасадов для типового жилья до благоустройства Триумфальной площади. Станция изначально проектировалась для Парламентского центра, который планировали построить в Мнёвниковской пойме. Идею парламентаризма архитекторы хотели раскрыть с помощью абстрактных человеческих фигур, которые были бы центральным образом станции. И хотя в реализованном проекте на колоннах присутствуют силуэты людей, явно не они стали главенствующей темой. Каннелюры, кессоны, колоннады — все эти элементы классической архитектуры, а значит, и сталинского метро, присутствуют здесь в современном, минималистичном прочтении. Люстры — две окружности светильников разного размера. При этом станция выполнена в светло-сером фибробетоне, да еще и не в характерной для Москвы конструкции — с двумя платформами и путями посередине. То есть вроде как не должна быть репрезентативной, но все элементы складываются в цельную торжественную композицию. Отдельный элемент — 16-метровые арки-порталы вестибюлей, которые возвышаются над пока пустынным пейзажем района. «Терехово», как и соседняя «Мнёвники», построена буквально в чистом поле, и обе станции уже стали местными достопримечательностями.
На сегодня открылось почти две трети станций Большой кольцевой линии. Осталось завершить строительство еще девяти — и кольцо замкнется.
*Авторские коллективы из-за нехватки места указаны в сокращенном составе.
