Как быть и что делать: отвечают лидеры российского арт-рынка

Скульптуры «Тыквы» японской художницы Яёи Кусамы на ярмарке «Арт Москва» в Гостином Дворе. Фото: Александр Щербак/ТАСС
Скульптуры «Тыквы» японской художницы Яёи Кусамы на ярмарке «Арт Москва» в Гостином Дворе.
Фото: Александр Щербак/ТАСС

Мнениями о текущем состоянии российского арт-рынка и его перспективах поделились крупные московские и петербургские антиквары, галеристы и представители аукционного бизнеса

Отечественный галерейный, антикварный и аукционный бизнес сегодня испытывает серьезнейшую проверку на прочность. Выстраиваемые годами каналы коммуникации между российским и глобальным рынком искусства рушатся, значительное число коллекционеров и вообще потенциальных покупателей искусства покинули Россию или «застряли» за рубежом на неопределенный срок. Несмотря на все это, в апреле в Гостином Дворе все-таки состоялась обновленная ярмарка «Арт Москва». Ее участники и другие галеристы рассказали нам о своем видении ситуации.

Картины художников Александра Кабина «Там нет ничего» (на первом плане) и Владимира Мигачева «Аниматор II» (на втором плане) на ярмарке «Арт Москва». Фото: Александр Щербак/ТАСС
Картины художников Александра Кабина «Там нет ничего» (на первом плане) и Владимира Мигачева «Аниматор II» (на втором плане) на ярмарке «Арт Москва».
Фото: Александр Щербак/ТАСС

Что изменилось на российском арт-рынке за последние два месяца?

Наталья Литвинская
Директор Галереи Люмьер

Пока прошло недостаточно времени, чтобы делать какие-то выводы, но уже можно сказать: годами выстраиваемые отношения с музейными институциями, с партнерскими галереями на Западе, с зарубежными авторами оказались как минимум заморожены. Это же относится и к возможностям работы на международных ярмарках, причем не только в западных странах. Я считаю, что действительно сегодня нас там никто не ждет. Речь идет даже не о бизнесе — будут или нет у нас покупать, — но просто психологически и физически неприятно сейчас было бы находиться и работать на ярмарке за рубежом.

Что касается продаж, то тут заметно изменился спрос. Если раньше я говорила о том, что советской фотографии на арт-рынке осталось жить максимум пять лет, так как наш коллекционер молодеет, у него совершенно другие требования к визуализации у себя в помещении и для него советский период — это давно ушедшая эпоха, то теперь у нас колоссальный запрос на советскую фотографию. Например, в марте количество сделок выросло где-то в десять раз. Активизировались те клиенты, которые покупали советскую фотографию, но в последние годы были в «пассиве».

Полина Аскери
Основатель Askeri Gallery

Коллеги меня называют восторженно-позитивной галеристкой, так как я верю в то, что все будет хорошо, надо просто уметь адаптироваться. Те схемы работы, которые были у нас даже год назад, уже не действуют сегодня, к сожалению. Моя галерея сотрудничает с художниками из Доминиканы, Испании, Италии, США, Франции и Южной Кореи — ни один из них не разорвал с нами контракт, однако сейчас, безусловно, большие проблемы с логистикой. Поэтому те выставки, которые были назначены на весну, теперь перенесены на осень, а в ближайшее время мы будем показывать работы русских художников.

Я оптимистично настроена. Мы успели принять участие уже в двух ярмарках: в Art Russia (проходила в Гостином Дворе с 31 марта по 3 апреля), где я участвовала с проектом Art Online 24 и представляла работы молодых художников, мы продали практически весь стенд, и в «Арт Москве», где уже на вернисаже было большое количество важных коллекционеров, кто-то даже изъявил желание купить ту или иную работу. Мы обязательно будем участвовать в Blazar, в Сosmoscow осенью, если они состоятся. Кроме того, в этом году у российских галерей есть возможность участвовать в ярмарке в Шанхае — это одна из крупнейших ярмарок в азиатском регионе.

Алина Крюкова
Основатель a-s-t-r-a gallery

В эти месяцы я, как галерист, столкнулась с тотальной неопределенностью, с невозможностью планировать даже на три месяца вперед, с отменой международных планов, а следовательно, и с невозможностью вывода российских авторов на международный рынок, а также с необходимостью полного пересмотра логики развития галереи при максимально неизвестных вводных. Среди других вызовов — отъезд многих художников, раскол внутри художественного сообщества, апатия и страх в среде художников, цензура и тотальное непонимание того, к чему последние события приведут. К сожалению, многие коллекционеры уехали из России или не ходят на мероприятия, лишая рынок минимальной поддержки. Могу сказать, что страдают больше всего молодые авторы со стоимостью работ до 100 тыс. руб., потому что в основном сейчас есть запрос на известные имена состоявшихся художников с подтвержденной годами рыночной стоимостью. Эти авторы не просели в продажах — запрос же на молодых минимален. Такая ситуация сложилась из-за того, что большинство недорогих работ молодых авторов покупалось представителями малого и среднего бизнеса и креативных индустрий. Сейчас эти прекрасные люди наиболее уязвимы и пытаются сохранить свои проекты и рабочие места.

Посетительница на ярмарке «Арт Москва». Фото: EPA/MAXIM SHIPENKOV/TASS
Посетительница на ярмарке «Арт Москва».
Фото: EPA/MAXIM SHIPENKOV/TASS

Как обстоят дела на аукционах в России?

Сергей Бурмистров
Владелец аукционного дома «Литфонд»

Сейчас мы работаем в штатном режиме и, наоборот, увеличиваем число аукционов. Во-первых, традиционно в связи с сезонностью значительно возросло количество предметов, которые продавцы хотят реализовать, а во-вторых, повлияла общая экономическая ситуация в стране, многие владельцы предметов антиквариата и коллекционирования в силу уменьшения доходов хотят выйти в «кэш», чтобы застраховать себя от недостатка свободных денежных средств в период общей нестабильности и высокой рыночной волатильности. С точки зрения продаж ничего не изменилось. Хорошо это или плохо, не знаю. Мы прилагаем большие усилия к созданию внутреннего предложения и спроса на рынке антиквариата и предметов коллекционирования, диверсифицируем направления нашей деятельности, пытаемся ввести в открытый рыночный оборот новые направления собирательства и аукционные категории. Сейчас мы активно работаем над проектами аукционной продажи элитной «трофейной» недвижимости (так называют уникальные объекты, каждый из которых — достопримечательность). Второе перспективное для нас направление — это аукционы предметов дизайна и интерьера, в том числе советского винтажа. Но рынок коллекционирования консервативен, иногда в превосходной степени, поэтому для всего нового здесь нужно набраться терпения и работать.

Егор Молчанов
Руководитель онлайн-платформы по покупке и продаже искусства Artinvestment.ru

Уровень продаж на российских аукционах сильно снизился, особенно в первые три недели марта, и не восстановился до прежних значений до сих пор (на середину апреля). Это связано не в последнюю очередь с тем, что на рынке нет — или очень мало — достойных вещей. То есть владельцы сейчас и не стремятся продавать. Наша аналитика показывает, что, как только появляется достойная вещь, покупатели за нее активно торгуются. Это подтверждает тезис о том, что даже в нынешних, непростых для арт-рынка, условиях многие готовы вкладываться в дорогие вещи.

Посетители на ярмарке «Арт Москва». Фото: EPA/MAXIM SHIPENKOV/TASS
Посетители на ярмарке «Арт Москва».
Фото: EPA/MAXIM SHIPENKOV/TASS

Стоит ли сейчас покупать произведения искусства?

Михаил Суслов
Глава компании «Петербургский антиквар»

Это вечные ценности, кто бы что ни говорил, и предметы искусства имеют железобетонную инвестиционную привлекательность. Если вы вложились в подлинные вещи, то все в порядке: вы их всегда продадите, при любом раскладе. Может быть, не заработаете особенно, но точно сохраните свое. Нас всех в последнее время учили биржевой грамотности, и я, должен признаться, поддался соблазну, позволил себе вольность отступить от своих принципов — вкладываться в искусство — и вложил средства в акции. В итоге оказался пострадавшей стороной. Теперь думаю, что лучше бы я по старинке вкладывал в свой же бизнес, средства были бы сохраннее. Сейчас на арт-рынке все-таки идет торговля, и на сегодняшний день точно лучше инвестировать в искусство, нежели в акции или облигации.

Сергей Попов
Основатель галереи pop/off/art

Самые ликвидные, самые привлекательные товары, если говорить об искусстве как о товаре, во-первых, стабильно исчезают с рынка, то есть переходят в частные коллекции, а во-вторых, стабильно дорожают. Эта тенденция не меняется на протяжении многих лет. Я вижу, например, что доступность важнейших для современного русского искусства художников за последние 15 лет изменилась радикально. А в условиях, когда мы вкладываем российские деньги в международное искусство, ситуация еще более динамична. То есть если вопрос в том, работают ли инвестиции на территории искусства, то да, работают, вне всякого сомнения.

Хорошая новость в том, что пока никакого падения цен, обвала рынка для нас внутри страны не случилось, скорее, замедлились некоторые процессы. Я вообще не могу сказать, что у нас как-то сильно упали продажи за месяц-два. Да, какие-то сделки отменились, но и новые люди прибавились.

Сейчас нужно покупать искусство из разных соображений. Не только инвестиционных, но и ради социальной поддержки художников, рынка, галерей, то есть каких-то важнейших звеньев культуры, и просто из элементарной человеческой логики, логики диверсификации. Все всегда хотят вкладывать в то, что приносит самые большие деньги. Вложите хотя бы маленькую часть своих средств в произведения искусства и спокойно поживите с ними, не пытайтесь их завтра продать! Мне кажется, что такой рецепт должен работать для существенно большей аудитории, чем есть сейчас. Пока же мы говорим о каких-то смешных цифрах покупателей: это сотни людей в России, ну может быть, если учесть тех, кто хоть раз купил произведение современного искусства, то полторы — две тысячи человек. Это же смешно для такой гигантской, богатой страны, как наша!

Посетитель на ярмарке «Арт Москва». Фото: EPA/MAXIM SHIPENKOV
Посетитель на ярмарке «Арт Москва».
Фото: EPA/MAXIM SHIPENKOV

Как вы оцениваете перспективы российского арт-рынка и каковы ваши стратегии выживания?

Сергей Бурмистров
Владелец аукционного дома «Литфонд»

Мы прогнозируем повышение инвестиционного интереса среди покупателей антиквариата, в первую очередь в области дорогого «художественного люкса», так как художественно-антикварные границы оказались закрыты в силу санкционной борьбы и откровенного геноцида русской культуры на Западе. Ведущие мировые аукционные дома отказались от русских торгов в силу вышеназванных причин, вывод капиталов за границу стал непреодолимо затруднен, а варианты инвестирования внутри страны сильно сократились. Если совсем недавно вещи стоимостью в сотни тысяч долларов и миллионы доверяли в основном западным аукционным домам, то сейчас на последних торгах мы видим, что у нас продаются вещи ценой в полмиллиона долларов и выше. По нашим оценкам, в ближайшее время много тяжеловесных серьезных отечественных вещей музейного уровня будут продаваться и покупаться в России. Содействовать этому будет и серьезное уменьшение количества инвестиционных инструментов, и высокая волатильность рынка недвижимости и фондового рынка.

Мы пережили немало экономических спадов, и основное, что их объединяет на нашем рынке, — это снижение цен на средний сегмент антиквариата на 25–35%. Поэтому, чтобы компенсировать этот спад, мы вводим в аукционные коллекции больше предметов дорогих, музейной значимости и также представляем совсем недорогой антиквариат. Все это дает возможность удержаться от падения оборотов в бизнесе.

Алина Крюкова
Основатель a-s-t-r-a gallery

Понятно, что покупка искусства не может рассматриваться как приоритетная и всегда была жестом от избытка или внутренней необходимостью, но сейчас тот самый момент, когда этот жест должен быть в приоритете у тех, кто связывает свою дальнейшую жизнь с Россией и не может не признавать всю важность культуры в связи с этим. Более того, мы, коллекционеры в первую очередь, должны сейчас предпринять максимальные усилия, чтобы не обнулились самоотверженные труды последних 30 лет галеристов, кураторов, культурных предпринимателей и инициаторов культурных институций на постоянно болеющем, слабом и бедном (емкость рынка составляет $24 млн) арт-рынке.

На упаднических настроениях сформировать конструктивную повестку невозможно. Я вижу большой потенциал во взаимодействии арт-рынка и частного предпринимательства. В открытом созидательном диалоге бизнеса и искусства, результатом которого будет обогащение, развитие и для всего общества. В кооперации участников арт-рынка, где сотрудничество и взаимодействие наконец заменят устаревшую модель недостойной теневой конкуренции. В формировании сообществ, основанных на разделении общих культурных ценностей, в закладке основ будущего клуба или движения российских коллекционеров, который сформирует горизонтальные культурные и деловые связи по всей России, а не только в Москве, Петербурге, Нижнем Новгороде и Екатеринбурге, став основой для развития частных культурных инициатив и вовлечения на арт-рынок новых игроков и наполнения его жизнью.

Проанализировав ситуацию, я приняла не самое популярное решение в сложившейся ситуации — открыть постоянное пространство на «Винзаводе», в среде коллег, чтобы вместе работать над новой стратегией развития арт-рынка, чтобы дать возможность художникам почувствовать почву под ногами и хоть какую-то надежду на будущее, чтобы сохранить сложившиеся связи с представителями бизнеса и нового поколения коллекционеров, чтобы галерея стала местом, где будет безопасно и где можно в среде единомышленников найти новые идеи и мысли.

Самое читаемое:
1
В Испании на будущей плантации авокадо обнаружили большой мегалитический комплекс
Археологи, работающие на территории объекта, возраст которого составляет около 7 тыс. лет, каталогизировали более 500 менгиров
07.09.2022
В Испании на будущей плантации авокадо обнаружили большой мегалитический комплекс
2
Главные выставки осени: от палеолитических венер до Мельникова
А также «Египетский сервиз» Наполеона, фламандцы и носороги — собрали для вас все самое лучшее в грядущем выставочном сезоне Москвы и Петербурга
02.09.2022
Главные выставки осени: от палеолитических венер до Мельникова
3
Как королева Елизавета II управляла величайшей мировой коллекцией искусства
Во время своего правления Елизавета II открыла Королевскую коллекцию для публики. Одно из последних великих европейских королевских собраний, сохранившихся в неприкосновенности, представляет собой ретроспективу вкусов за более чем 500 лет
09.09.2022
Как королева Елизавета II управляла величайшей мировой коллекцией искусства
4
Ученые рассмотрели новые детали на «Молочнице» Вермеера
Анализ полотна «Молочница» Яна Вермеера перед его большой выставкой в Рейксмузеуме показывает, что художник работал намного быстрее, чем предполагалось ранее, и жертвовал деталями в пользу лаконичности
09.09.2022
Ученые рассмотрели новые детали на «Молочнице» Вермеера
5
Третьяковка покажет проекты, посвященные Дягилеву, Рериху и Грабарю
Директор Третьяковской галереи Зельфира Трегулова вместе с коллегами рассказала о новых приобретениях и раскрыла подробности будущих выставок
21.09.2022
Третьяковка покажет проекты, посвященные Дягилеву, Рериху и Грабарю
6
В окрестностях Багдада обнаружен древний город
Исторически сложилось так, что почти вся иракская археология сосредоточена на объектах в междуречье Тигра и Евфрата. А вот новая находка отсылает к истории Парфянского царства — и этот тренд выглядит не менее перспективным
16.09.2022
В окрестностях Багдада обнаружен древний город
7
Художественный музей Берна расскажет все, что узнал о коллекции Гурлитта
Таинственную коллекцию, которую десятилетиями прятал наследник нацистского арт-дилера, покажут на выставке в Швейцарии после подробного исследования
05.09.2022
Художественный музей Берна расскажет все, что узнал о коллекции Гурлитта
Подписаться на газету

2021 © The Art Newspaper Russia. Все права защищены. Перепечатка и цитирование текстов на материальных носителях или в электронном виде возможна только с указанием источника.

16+