Герои без поэмы: художники, о которых опять вспоминают заново

Почему именно эти 37 авторов оказались экспонентами общей выставки, объяснить и просто, и сложно. Часть объяснения, впрочем, содержится в подзаголовке проекта — «Истории московских художников 1920–1940-х годов». В сочетании с названием «За фасадом эпохи» эта короткая формулировка определяет и хронотоп событий, и статус участников выставки. То есть понятно, что подразумеваются прежний идеологический «неформат» и художники, выпавшие из «обоймы». Но вообще-то таких насчитывалось великое множество, поскольку в будущее тогда брали по особым разнарядкам. Одной лишь лояльности было недостаточно — требовались куда более изощренные качества. До почетных званий и щедрых госзаказов дослуживались избранные, а вот попасть в немилость или просто остаться на обочине мог фактически любой — по самым разным причинам.

В «Галеев-галерее» сейчас собраны художники, о которых почти сразу понятно, чем конкретно они пришлись не ко двору. Это видно прежде всего по работам, живописным и графическим, по их сюжетам, пластике, манере. Хотя у каждого автора имелись, конечно, еще и биографические обстоятельства, не способствовавшие официальной карьере. Те самые «истории» из заглавия выставки рассказаны в экспликациях, и буквально во всех случаях коллизии драматичны. Иногда дело доходило до прямых репрессий (в списке авторов — целый ряд осужденных по политическим статьям, а Роман Семашкевич, участник легендарной группы «13», и вовсе расстрелян в 1937-м). Но даже и те, кого тюремная участь обошла стороной, вряд ли могли бы назвать себя вольными людьми и свободными художниками. Почти все были вынуждены работать «в стол», то есть «для себя», а на хлеб зарабатывали чем придется. Например, Антонина Софронова, еще одна участница группы «13», на протяжении двух десятилетий трудилась ретушером в издательстве «Медгиз».

Упомянутые Софронова и Семашкевич — или вот еще Соломон Никритин — впоследствии вошли в анналы, их даже можно причислить к разряду хрестоматийных фигур в отечественном искусстве ХХ века. Других знают меньше, но все-таки знают — как минимум специалисты по эпохе. На музейных выставках в наши дни встречаются порой произведения Меера Аксельрода, Александра Глускина, Бориса Голополосова, Серафима Павловского, Сергея Романовича. Однако в нынешней экспозиции «Галеев-галереи» обнаруживаются и совсем малоизвестные авторы, стоящие чуть ли не в полушаге от полного забвения. Но не забытые, как видим.

Объединяет ли всех их что-то еще, помимо времени, места и сомнительной «благонадежности»? Пожалуй, есть два дополнительных аспекта. Во-первых, это художники поставангардные, видевшие на своем веку кубофутуризм, супрематизм, конструктивизм — и в некоторых случаях даже сами приложившие руку к тем экспериментам, но выбравшие в итоге иной путь. Удивительным образом путь этот во многом совпадал с актуальными европейскими тенденциями, так что приметы межвоенной Парижской школы в отнюдь не парижском контексте на выставке вполне представлены. Во-вторых, здесь нет ничего «антисоветского», а есть лишь «несоветское», то есть не предусмотренное соцреалистической рецептурой. Лирические пейзажи, портреты домочадцев, даже сцены трудовых будней, исполненные вне канона, — все это у власти вызывало подозрения. Между тем пресловутый «буржуазный формализм» — явление до крайности безобидное и одновременно вполне гуманистическое. Эти художники ни с кем не боролись, а просто держались собственных представлений о смысле изобразительного искусства и перековываться не собирались. Правда, идти на компромиссы приходилось почти всем, но только не в работах «для себя».

Многим сегодняшним зрителям этот материал совершенно неизвестен, хотя изучать и систематизировать его отдельные исследователи брались еще в советское время. Неслучайно кураторы Елена Желудкова и Лилия Мороза посвятили свой проект памяти Ольги Осиповны Ройтенберг (1923–2001), которая десятки лет занималась «забытым искусством» сталинского периода. В ее фундаментальном труде «Неужели кто-то вспомнил, что мы были…» упомянуты сотни имен, в том числе все те художники, чье наследие представлено на выставке в «Галеев-галерее».

Ее владелец Ильдар Галеев выступил в данном случае в роли скорее гостеприимного хозяина, нежели организатора. Проект «За фасадом эпохи» предназначался для выставочного пространства в Государственном музее архитектуры имени А.В.Щусева, но планы пришлось менять — по словам Елизаветы Лихачевой, директора музея, из-за пандемийных обстоятельств. Впрочем, музей остался одним из устроителей выставки. А начиналась работа над ней еще в 2018 году — в недрах I Кураторской школы при Еврейском музее и центре толерантности. Поддержало инициативу и издательство «Энциклопедия русского авангарда». Хотя вряд ли дело дошло бы до полноценной реализации, если бы не активное участие ряда наследников. Собственно, вся экспозиция и состоит из произведений, хранящихся по домам у потомков художников, реже — у коллекционеров. Что добавляет к общему зрительскому впечатлению еще и ощущение кропотливой многодельности, собирания выставки по крупицам.

«Галеев-галерея»
«За фасадом эпохи. Истории московских художников 1920–1940-х годов»
До 7 февраля