Гений аниме. Сатоси Кон и его сны, иллюзии и миражи

Режиссер Сатоси Кон. Фото: Franco Origlia/Getty Images
Режиссер Сатоси Кон.
Фото: Franco Origlia/Getty Images

Документальный фильм «Сатоси Кон, иллюзионист», который можно посмотреть на TANRFF, рассказывает о японском гении анимации, который не дожил и до 50, но оставил несколько впечатляющих полнометражных лент, где герои блуждают в мире грез и отражений

Метро, скрежет, шумы, помехи в радиоволнах, люди уткнулись в телефоны, все в наушниках. Японских аниматоров можно разделить на урбанистов, которые восхваляют технический прогресс, предлагают зрителям миры будущего с огромными многоэтажными домами и одинаковыми улицами, и тех, кто видит единственный путь человека в возвращении к природе, кто ностальгирует по деревенской, аграрной жизни. Сатоси Кон (1964–2010) нейтрален, он видит город пространством связей, где истории людей чудесным образом переплетаются. Хотя произведения Кона были популярны, только «Паприка» (Paprika) (2006) принесла деньги студии. В его работах слишком много гротеска, натурализма и преобладают маргинальные темы. В «Идеальной грусти» (Perfect Blue) (1997) он поднимает проблемы психических болезней, кибербуллинга, сталкерства, жестоких убийств; в «Актрисе тысячелетия» (Millennium Actress) (2001) показаны репрессии в милитаристской Японии 1930-х, харассмент и соперничество в киноиндустрии; в «Паприке» — болезненная привязанность нации к миру грез.

Зеркала грусти

Лето, девушка стоит на улице, смотрит на витрину магазина техники и на всех экранах видит себя. Экраны, зеркала, стекла — Сатоси Кона с дебюта «Идеальная грусть» привлекал мир отражений. Кон начал в 1990-е годы — тяжелейшее десятилетие для послевоенной Японии. Экономический рост сменился кризисом, который усугубил психологическое напряжение у японской нации, пережившей стремительную урбанизацию. Побегом от реальности, частых переработок и напряженной учебы стала поп-культура. Для Кона мир иллюзий, в частности кино и телевидения, опасен, потому что подменяет настоящий. Главная героиня «Грусти» Мимарин была «айдолом», то есть поп-певицей с милой внешностью, исполняющей непримечательные песенки. Таких, как она, сотни, но у девушки есть амбиции: она хочет стать актрисой. Что очень опасно, ведь затеряться в линзах кинокамер так легко.

Кадр из фильма «Идеальная грусть». 1997. Фото: Mad House/Sony Pictures
Кадр из фильма «Идеальная грусть». 1997.
Фото: Mad House/Sony Pictures

«Идеальная грусть» — один из лучших триллеров, где анимация почти реалистична, а сильного впечатления автор добивается, применяя монтаж и неординарные сценарные приемы. При этом Кон во всех фильмах использует классический модернистский сюжет, где слабый герой теряет связь с реальностью, потому что его поглотил мир иллюзий. Сатоси Кон — очень эмоциональный режиссер. Вместе с девушкой в шизофренический мир он затягивает и зрителя — повторяет кадры с небольшими изменениями, чем подрывает нашу уверенность в увиденном. Но главный прием автора — ликвидация кульминаций в сценах. Его герои постоянно находятся в движении, перемещаются из одного замкнутого помещения в другое, ни у них, ни у зрителя нет времени, чтобы передохнуть и осознать, что произошло. Жизнь «на бегу» приводит к сильному стрессу, ломающему психику — это режиссер отра­зил в сцене, когда Мимарин лежит в ванне и кричит в воду (сцену с криком покадрово повторил в кинокартине «Реквием по мечте» Даррен Аронофски, фанат произведений Сатоси Кона).

Если мир отражений разрушает настоящий, то его надо уничтожить — в кульминации «Грусти» Мимарин раскалывает зеркало, убивает двойника и восстанавливает свою личность. Однако все не так однозначно: внутри творчества Сатоси Кона чередуются трагичные и позитивные выводы о связи человека с миром иллюзий. Ответом «Идеальной грусти» стала следующая работа — «Актриса тысячелетия», где киножизнь Тиёко Фудзивары списана с величайшей японской актрисы Сэцуко Хары, любимицы классика японской кинорежиссуры Ясудзиро Одзу («Токийская повесть», «Вкус риса с зеленым чаем»). Мимарин «утонула» в мире кино, потому что не была к нему готова, а Тиёко с детства была актрисой и имела четкий путеводитель — любовь. В «Актрисе» режиссер вместо запутывания нити одной жизни в клубок, расплетает ее на множество волокон. Грань между реальностью и искусством стирается постепенно, поэтому вместо фрустрирующего эффекта в «Идеальной грусти» здесь Кон показывает возможную гармонию.

Кадр из фильма «Актриса тысячелетия». 2001. Фото: Mad House/Sony Pictures
Кадр из фильма «Актриса тысячелетия». 2001.
Фото: Mad House/Sony Pictures

Последний фильм о мире грез — «Паприка», в котором Кон интерпретирует известную легенду о Конфуции и бабочке, когда философ после пробуждения не мог понять, снилось ли ему, что он бабочка, или бабочке снится его жизнь. Он снова создает систему из зеркал, но теперь герои отражаются друг в друге: старые и молодые, опытные и начинающие, злые и добрые, мужчина и женщина. Кон смешивает пространства сна и яви — в грезы погружаются уже не отдельные личности, а все жители Токио. В «Паприке» ученые изобрели аппарат для контроля над снами (что очень напоминает «Начало» Кристофера Нолана), но кто-то крадет один из прототипов. Итог — проникновение снов в жизнь, из-за чего горожане превращаются в образы из поп-культуры и выстраиваются в один безумный парад (его Кон в интервью назвал «парадом мусора»). В шествии можно увидеть богов разных конфессий, кучи кукол и даже копию статуи Свободы.

Кадр из фильма «Паприка». 2006. Фото: Mad House/Sony Pictures
Кадр из фильма «Паприка». 2006.
Фото: Mad House/Sony Pictures

Ту же радиоактивность, мутагенность поп-культуры отражает популярный художник Такаси Мураками. Мураками и Кон одновременно восхищаются обилием и силой образов, которые создает японская культура, но и ужасаются ими. В фильмах Сатоси Кона на лицах людей можно увидеть сильнейшее напряжение, они улыбаются натянуто. В «Паприке» Кон находит выход: женщина соединяется с мужчиной и уничтожает кошмар, пожирающий Токио. Он специально делает своих героев противоположностями друг друга, чтобы, объединившись, они обрели гармонию. Гармония единства — в ней Кон находит спасение от одиночества.

Золотая бита Токио

Единственный аниме-сериал Сатоси Кона — это «Агент паранойи» (Paranoia Agent) (2004). Для него он выбрал «вертикальный» сюжет, где каждая серия рассказывает собственную историю и соединена с другими одной деталью. «Агент паранойи» — это портрет-калейдоскоп городской Японии, шумных, перегруженных мегаполисов. В аниме режиссер отражает депрессию нации, где каждый испытывает такой уровень напряжения, что мечтает о временном забытье. Чтобы показать город, Кон в каждой серии выбирает разную социальную группу: дети, учителя, полицейские, старики и даже создатели аниме. Они гуляют по одинаковым, типовым улицам, которые можно увидеть в других сериалах и фильмах. Но Сатоси Кон не был бы собой, если бы не ввел элемент мистики в пугающе реалистичную историю: в городе появляется маньяк Шенен Бато (в переводе с японского «мальчик с битой»), который бьет людей по головам золотой битой. Реальность жизни в Японии — это реальность постмодернистского взрыва-имплозии, где люди теряют собственное «я», не хотят играть принятые социальные роли.

Кадр из сериала «Агент паранойи». 2004. Фото: Mad House/Sony Pictures
Кадр из сериала «Агент паранойи». 2004.
Фото: Mad House/Sony Pictures

Отвергают реальный мир и герои, на первый взгляд, самого светлого фильма «Однажды в Токио» (Tokyo Godfathers) (2003). Троица бездомных — мужчина Джин, трансгендерная женщина Хана и девочка-подросток Миюки — находят в мусоре младенца и решают, что его надо вернуть матери. Рождественское кино ассоциируется с испытаниями, которые заканчиваются хеппи-эндом, но Сатоси Кон одаривает смотрящего реалистичной драмой с особо мрачными подробностями: в пути троица оказывается на свадьбе якудза, находит квартиру наемного убийцы-беженца, видит семью, где муж спился, а жена отчаялась и приготовилась к суициду. Все семьи в «Однажды в Токио» разрушены, как и шестиэтажный дом, где когда-то жили родители малыша. Спасти людей смогут только чудо и образование нового типа семей, где люди связаны не кровными узами, а нитью любви и взаимопонимания. В этом проявляется модернистское видение режиссера, который осознает, что нельзя вернуть человечество к прошлому.

Теория отражений

В «Паприке» детектив сидит в баре и рассказывает историю собственной жизни, а за его спиной проектор показывает фильм, рассказывающий биографию героя. Так же устроен и документальный фильм о Сатоси Коне, где фигура главного героя создается из отражений. Например, в его фильмах он сам отражал себя в образах главных героинь, выдавая собственное отношение к политике и индустрии. В фильме о нем сооснователь студии Madhouse Масао Маруяма рассказывает, что Кон любил одеваться в женские наряды и смешить коллег.

Кадр из фильма «Однажды в Токио». 2003. Фото: Mad House/Sony Pictures
Кадр из фильма «Однажды в Токио». 2003.
Фото: Mad House/Sony Pictures

Становится понятным и отношение режиссера к миру фанатов. В «Идеальной грусти» сталкер готов пойти на убийство, чтобы «защитить» Мимарин. Если отталкиваться от теории фотографии Сьюзен Сонтаг, то фанаты не видят в кумирах людей — только образы, которыми хочется обладать. Кон снял «Грусть» еще на заре интернета, но уже предугадал, как на каждого повлияют социальные сети. Менеджер покупает Мимарин компьютер с интернетом, и та находит фанатский форум о себе и дневник, который кто-то ведет за нее. У девушки отнимают ее идентичность. Режиссер создал «Идеальную грусть» для зрителя, который может забыть, что у людей на экранах или на сцене есть чувства. Только в «Актрисе тысячелетия» он показывает фаната с положительной стороны, в остальных случаях они выглядят страшными извращенцами.

Режиссер не боялся изображать маргиналов. «Однажды в Токио» — нежнейшая работа об ужасах жизни бездомных, где нормой являются смерть среди мусора, бесправное положение и ненависть со стороны общества. Кон не пытается выставить Хану, Джина и Миюки людьми, которых общество несправедливо опустило на дно. Да, троица совершила неправильные поступки, но Сатоси Кон считал, что каждый «потерянный» может найти свой образ и стать счастливым. 

Документальный фильм «Сатоси Кон, иллюзионист» будет показан в рамках The ART Newspaper Russia FILM FESTIVAL
14−21 сентября 2021
Расписание сеансов и билета – на www.tanrff.ru

Самое читаемое:
1
Иконы из музеев — в церкви: как повлияют на сохранность памятников изменения в законе
Нас ждет потрясение музейных основ: закон о Музейном фонде РФ могут изменить, чтобы облегчить церкви получение икон из государственных музеев. Их руководители прогнозируют, чем это может обернуться, и говорят о непременных условиях передачи
05.08.2022
Иконы из музеев — в церкви: как повлияют на сохранность памятников изменения в законе
2
От перемены мест картин их восприятие меняется
Для выставки «Брат Иван. Коллекции Михаила и Ивана Морозовых» Пушкинский музей создал в своих залах идеальный музей шедевров
02.08.2022
От перемены мест картин их восприятие меняется
3
Умерла Наталья Нестерова, амазонка советского искусства
На 79-м году ушла из жизни Наталья Нестерова, известный московский художник, один из лидеров «левого МОСХА»
11.08.2022
Умерла Наталья Нестерова, амазонка советского искусства
4
Игорь Сысолятин: «Я всегда стремлюсь к самым лучшим экземплярам»
В московском Музее русской иконы им. Михаила Абрамова проходит выставка «Россия в ее иконе. Неизвестные произведения XV — начала XX века из собрания Игоря Сысолятина». Мы поговорили с владельцем представленной коллекции о его страсти и любимых экспонатах
09.08.2022
Игорь Сысолятин: «Я всегда стремлюсь к самым лучшим экземплярам»
5
Как Испанская республика спасла шедевры Прадо
Во времена гражданской войны испанские власти и международное сообщество создали уникальный прецедент по охране наследия в условиях вооруженного конфликта. Позже эту историю назвали «самой крупной в мире операцией по спасению произведений искусства»
29.07.2022
Как Испанская республика спасла шедевры Прадо
6
«Архстояние»: «Шесть соток» и прочие символы счастья
В деревне Никола-Ленивец Калужской области прошел очередной фестиваль «Архстояние», от которого останется несколько монументальных произведений и масса впечатлений
01.08.2022
«Архстояние»: «Шесть соток» и прочие символы счастья
7
Умер художник Дмитрий Врубель
В Берлине на 63-м году жизни скончался художник Дмитрий Врубель. Он был автором символа конца холодной войны — граффити с поцелуем двух престарелых лидеров, Брежнева и Хонеккера, написанного им на руине Берлинской стены
15.08.2022
Умер художник Дмитрий Врубель
Подписаться на газету

2021 © The Art Newspaper Russia. Все права защищены. Перепечатка и цитирование текстов на материальных носителях или в электронном виде возможна только с указанием источника.

16+