Сергей Чобан: «Я работаю и продолжу работать в предложенных обстоятельствах»

Практикующий архитектор, Сергей Чобан еще и страстный рисовальщик. В 2013 году он создал в Берлине первый в мире Музей архитектурного рисунка. В основу будущих фондов он положил собственную коллекцию, он же выступил в качестве проектировщика здания (его соавтором стал Сергей Кузнецов, впоследствии главный архитектор Москвы). В марте в Париже, в Галерее архитектуры, открылась (и, к несчастью, попала в карантин вместе с городом, страной, да и всем миром) выставка «Нарисованный город», собравшая несколько десятков натурных и фантазийных рисунков Сергей Чобана на тему развития современных европейских городов — Берлина, Парижа, Рима, Санкт-Петербурга. Графика дополнена скетчами и фотографиями реализованных проектов. Архитектор прислал из Берлина ответы на наши вопросы и фото своего рабочего стола в петербургской квартире.

Как карантин повлиял на ваши планы?

Мне бы даже не пришло в голову говорить сейчас о каких-то планах, потому что все они ничего не значат по сравнению с пожеланием всем окружающим оставаться здоровыми и пережить этот во всех отношениях тяжелый период. Любые мои прошлые планы по сравнению со здоровьем людей являются абсолютно ничего не значащей, в том числе и для меня, мелочью.

Чем вы сейчас занимаетесь и что посоветовали бы другим делать, чтобы в этом периоде был какой-то смысл?

Посоветовал бы заботиться, не впадая в панику, о своем здоровье и здоровье своих близких — это взаимосвязано. В остальном делать в предложенных условиях то, что нравится, и то, что помогает себе и окружающим сохранять близкий к нормальному ритм жизни.

Как изменит эта встряска вашу архитектурную практику?

Никак не изменит. Я работаю и продолжу работать в предложенных будущих обстоятельствах, которых сегодня никто из нас до конца не знает.

Каковы будут последствия карантина для архитектурно-строительной индустрии?

Видимо, объем строительства, а значит, и проектирования, уменьшится, так как уменьшится платежеспособность потребителей строительной продукции. Насколько именно — сейчас неясно. Я проходил много кризисов и должен сказать: хоть у каждого из кризисов есть свои особенности, но есть и общие закономерности, которым всем нам придется следовать.