The Art Newspaper Russia
Поиск

Кристина Краснянская: «Наш материал нетипичный, понятно, что конкурентов на Art Basel у меня нет»

Владелица галереи «Эритаж» ездит на ярмарку Art Basel много лет. Сначала как зритель, потом как участница Design Miami/Basel. Кристина Краснянская знает о ярмарке многое и охотно об этом рассказывает

Вы не в первый раз едете на Art Basel. Объясните почему.

Знаете, в этом году я еду не в Базель, а на Art Basel в Майами-Бич. Я сделала такой выбор по двум причинам. Первая. Несмотря на все санкции, противостояние и политические нюансы, американцы относятся с большим интересом и симпатией к тем вещам, которые мы показываем. Они рассматривают их не как атрибутику тоталитарного режима, а как произведения искусства, как что-то очень любопытное, аутентичное. И вторая. В этом году нас, галерею «Эритаж», пригласила очень крупная и важная ярмарка Salon Art + Design в Нью-Йорке. Она проходит в ноябре. Логично, что оттуда мы поедем в Майами. А еще у нас выходит книга о советском дизайне как раз в конце лета — мы собираемся там ее презентовать. А на Art Basel в Швейцарии я поеду не как участница, а как гостья.

Как случилось, что вы выбрали именно Art Basel и ее «сестер», ведь в мире немало других сильных ярмарок? 

Давайте вспомним, что такое Art Basel. Ярмарке почти 50 лет, это одна из самых важных ярмарок современного искусства, хотя там представлен и модернизм. В ней участвуют крупнейшие и сильнейшие галереи. Ярмарка заслужила такую репутацию благодаря, конечно же, очень профессиональной команде организаторов, потому что любая ярмарка хороша продажами — а на Art Basel покупают. Она меня поразила в первый же раз, когда я увидела очередь, как в мавзолей в советские времена, состоящую из серьезных коллекционеров — мужчин в костюмах, при галстуках.

Куда они стояли?

Они стояли в так называемый First choice track. Это были коллекционеры, приглашенные на самый приоритетный и самый закрытый показ в 11 часов утра. 

Представляете, люди, прилетающие на собственных самолетах, выстраиваются в очередь, для того чтобы ринуться внутрь и бежать в попытке быстрее купить то, что им уже заранее «отложили». Естественно, они подготовлены, они знают, чего хотят, они пришли, чтобы подтвердить свою покупку. Если бы мне о таком рассказали лет десять назад, я бы в жизни не поверила, но это действительно так. 

У ярмарки есть несколько открытий, точнее, первые два дня состоят только из вернисажей. Вот этот First choice track — для самых главных коллекционеров. Потом просто открытие для главных коллекционеров, в четыре часа дня. На следующий день пускают тоже только по приглашениям или по ВИП-картам; их заранее присылают, то есть купить приглашение невозможно, передать карту тоже.

А потом уже приходит публика?

Да, дальше пускают всех желающих посмотреть и купить искусство. Это действительно очень стройная, отлаженная система, и галереи серьезно готовятся к мероприятию, выбирают лучшие произведения, заранее оповещают коллекционеров о них. Я несколько раз в Базеле для клиентов что-то покупала. От начала обсуждения вещи с галеристом и звонка клиенту до покупки проходило не более часа — настолько быстро там все совершается. И после двух первых дней ВИП-открытий фактически 50% Art Basel уже продано. 

Design Miami/Basel более демократична, чем Art Basel?

Нет, это просто, скажем так, отсек, где показывают дизайн. Что такое коллекционный дизайн? Это авторские вещи, либо уникальные, в единственном экземпляре, либо выпущенные очень ограниченным тиражом. 

Как правило, тираж этот в большинстве случаев, как и в скульптуре, восемь экземпляров плюс несколько авторских. Сейчас к коллекционному дизайну причисляются, в общем-то, вещи и большего тиража, но базово это так. И конечно, там выставляют как современный дизайн, так и винтажные работы знаменитых авторов. 

Сейчас Design Miami/Basel занимает целое здание в несколько этажей. Находится оно напротив Art Basel, и между ними даже есть внутренний переход. Естественно, те, кто приезжает на Art Basel, — это та же аудитория, что приходит на Design Miami/Basel. Так повелось, что дизайнерская ярмарка открывается за день до художественной, и в 11 часов в день открытия там происходит та же самая история. Пока я ездила в Базель как посетитель, участие в ярмарке казалось мне недостижимой мечтой.

И как же вы осмелились мечту осуществить? 

После случая, когда Крейг Робинс, основатель и совладелец Design Miami, водил меня по ярмарке, рассказывал о галереях, о предметах. В какой-то момент я обратила внимание на стенд галереи Dansk Mobel Kunst с очень аскетичной, простых форм, минималистической датской мебелью. Она навела меня на мысль о мебели советской, которую я видела в детстве. Вот тогда-то у меня и родилась идея, немного безумная. Я предложила Крейгу показать советский дизайн. Как у любого иностранца, он у Робинса ассоциировался с авангардом, поэтому он решил, что я собираюсь именно его показывать. А я говорю: «Ну почему обязательно авангард?» В общем, он дал мне шанс показать что-то на этой ярмарке.

Получается, вы попали по блату?

Блат очень относительный. Попасть на ярмарку практически невозможно. По официальной статистике, ежегодно на Art Basel отказ получает около тысячи галерей, на Design Miami/Basel — сотни. И конечно же, никакой блат тут не поможет. Просто Робинсу понравилась идея, ему стало интересно: что я могу показать? А дальше… могу целую новеллу написать о том, как мы собирали материал. 

Первый наш показ был связан с темой «От авангарда к поставангарду». Мы выставляли фарфор 1920–1930-х годов и мебель архитектора Бориса Иофана в диалоге с вещами, сделанными уже в 1960-е годы, в период оттепели, в совершенно другой эстетике, когда нашим дизайнерам было позволено вновь обращаться к идеям русских авангардистов и Баухауса. В результате мы имели оглушительный успех. 

Потом каждый год мы старались удивлять. Показывали сталинский ампир и мебель из домов-коммун, советское ар-деко. Организаторы ярмарки были нами очень довольны, каждый раз говорили, что мы делаем “good job”, «хорошую работу». Конечно, им нравится, ведь наш материал нетипичный, понятно, что конкурентов у меня там нет, а для них это изюминка.

Скорее, перчинка. Ну а как с продажами? 

У нас покупают в основном русские коллекционеры. Наверное, им приятен сам факт того, что вещь приобретается в Базеле. Бренд работает. 

Но за эти годы, надо отдать должное Art Basel, у нас сложилась своя аудитория. Появился интерес западных институций, они хотят делать с нами совместные выставки.

А как зрителю чем вам интересна ярмарка?

Это всегда хороший срез ситуации в искусстве и на рынке. Можно понять, что сегодня пользуется спросом, сориентироваться в ценах, найти новые имена. Там можно увидеть самые мощные галереи США, Европы и Латинской Америки. 

И вообще, Базель — замечательный город, особенно когда там проходит Art Basel, которую сопровождают интереснейшие параллельные программы. 

«Перископ» — чудесный проект, где всегда можно обнаружить новые имена. Замечательный проект Unlimited. В самом городе прекрасные музеи, один из моих любимейших — Фонд Бейелера. Там постоянно проходят потрясающие выставки, и там роскошный сад. 

Когда меня спрашивают, какие ярмарки стоит посетить, я отвечаю, что человеку без профессионального интереса посещение большинства ярмарок может быть тяжеловато. А на Art Basel как раз имеет смысл поехать. 

Специальное приложение Art Basel к The Art Newspaper Russia N 74

Материалы по теме
Просмотры: 2024
Популярные материалы
1
Вызывающий, откровенный — и очень дорогой Эгон Шиле
Заоблачные цены ограничивают рынок Эгона Шиле, недавняя выставка которого на Art Basel в Гонконге была застрахована на целых $100 млн.
13 июня 2019
2
Возвращение легенды: коллекция Сергея Щукина в Пушкинском музее
Более 450 произведений живописи, графики, скульптуры и предметов декоративно-прикладного искусства из собрания Сергея Щукина и его братьев встречаются в долгожданном выставочном проекте, заняв весь второй этаж главного здания музея.
11 июня 2019
3
Дэмиен Херст: «Цвет — хороший способ избежать темноты»
Последние полтора года Дэмиен Херст провел в уединении в лондонской мастерской, рисуя вишни в цвету. В интервью он раскрывает истинный масштаб своего проекта и объясняет, почему главная тема его новой серии — жизнь и смерть.
14 июня 2019
4
Art Basel 2019: мертвая крыса, акция #metoo как произведение искусства и продажи за закрытыми дверями
В швейцарском Базеле проходит главная мировая ярмарка современного искусства
14 июня 2019
5
Сошествие ангелов на Русский музей
Около 200 произведений живописи, графики, скульптуры, прикладного искусства, фотографии из собрания Русского музея, частных коллекций и мастерских художников впервые представляют всю отечественную ангельскую антологию.
13 июня 2019
6
Музейные инновации в эпоху Brexit
В Сараево прошел Европейский музейный форум, на котором была вручена очередная премия «Европейский музей года». Андрей Рымарь побывал на форуме и выяснил, какие музейные практики сейчас вызывают наибольший интерес профессионального сообщества.
13 июня 2019
7
Вслед за годом Леонардо настанет год Рафаэля
На 2020-й, год 500-летия со дня смерти Рафаэля, запланировано несколько выставок, самая большая из которых пройдет в Риме.
11 июня 2019
8
Необитаемый греческий остров Делос заселяют скульптурами Гормли
В проект включены 25 скульптур, созданных Гормли за последние два десятилетия, и 4 новых site-specific-объекта, которые скульптор сделал после того, как открыл для себя остров в 2018 году.
11 июня 2019
9
Ивона Малевич планирует создать Фонд семьи Малевичей
В планах фонда, который должен заработать летом в Варшаве, не только популяризация творчества знаменитого предка, но и отслеживание подделок Малевича на арт-рынке.
11 июня 2019
10
На «Винзаводе» открывают шесть выставок об образовании в области современного искусства
Выпускники и студенты московских школ дизайна и современного искусства показывают свои достижения.
13 июня 2019
Партнер Рамблера
Рейтинг@Mail.ru