The Art Newspaper Russia
Поиск

Павел Пепперштейн: «Мой мозг постоянно придумывает фильмы»

Кадр из фильма "Звук Солнца". Предоставлено MIEFF

Кадр из фильма "Звук Солнца". Предоставлено MIEFF

Художник, бывший участник арт-группы «Инспекция “Медицинская герменевтика”» Павел Пепперштейн занялся кинематографом. На Международном фестивале экспериментального кино он представит свой фильм «Звук Солнца» и войдет в состав жюри конкурсной программы. TANR узнала, чем привлекла художника киноэстетика, что ждет саунд-арт в будущем, почему клип — это тоже искусство и причем здесь Илья Лагутенко.

Павел, расскажите, почему вы от живописи и писательства перешли к съемкам кино? С чего все началось?

Мой мозг постоянно придумывает разные фильмы и показывает мне какие-то несуществующие сцены и картинки. Я еще в 90-е годы писал рассказы в форме фильмов. Потом наступил момент, когда мы с Наташей Норд вместе решили снять «Звук Солнца», и года два работали над ним.

Свет как звук — это впечатления от каких-то научных исследований? Повлиял Чюрленис с «Сонатой Солнца», Малевич или образы поэзии Серебряного века?

Это давняя идея, которая являлась мне в разных преломлениях. В какой-то момент мне захотелось снять «сухую» версию «Сталкера». В этом фильме все время течет вода, а я носился с идеей все засушить. Действие происходило бы в пустыне, на некой аномальной территории. Туда ступают три исследователя, как и у Тарковского. Они в звукоизолирующих скафандрах, потому что известно, что там присутствует некий звук. По развитию сюжета они лишаются этих скафандров, попадают под воздействие этого мистического звука, и с ними начинаются всякие трансформации…

Выходит, вас вдохновляет наш классический кинематограф?

Да, конечно. Помимо Тарковского еще фильмы Сергея Эйзенштейна и его книги, которые я внимательно прочитал и остался очень впечатлен. Но в то же время на меня повлиял Альфред Хичкок. Ориентация была на эстетику отчасти авангардного кино, а отчасти детективного нуара.

Интересно, что вас интересуют возможности звука. То, что делают сегодня саунд-арт-художники, Юрий Календарев, Дмитрий Морозов (::vtol::), очень захватывает. Может, в будущем нас ждет саунд-арт от Павла Пепперштейна?

Все, что касается звука, вообще очень интересная область, поскольку звук напрямую влияет на мозг. В нашем фильме на героев воздействует то, что можно назвать бессознательным звуком. Звук воздействует на сознание, но сознание при этом его не регистрирует. Вся авантюрная коллизия оказывается абсолютно галлюцинаторной. Ведь неслучайно фильм снимался в 2012–2013 годах, он во многом о предконфликтной атмосфере Европы, которая, с одной стороны, погружена в негу и томление, а с другой — таит в себе нарастающую тревожность.

А правда, что на фильм как-то повлиял Илья Лагутенко? Вы даже собирались снять с ним отдельное кино?

Да, был такой план. На создание «Звука Солнца» меня очень вдохновил музыкальный проект «КЕТА», сделанный Ильей Лагутенко и Андреем Антонцем (Andrei Oid), интересный и глубокий. Не знаю, дойдет ли до этого дело, но я бы с удовольствием снял Лагутенко в одном из своих фильмов.

Илья Томашевич (куратор факультета «Режиссура монтажа» Московской школы нового кино), с которым вы вместе будите судить участников фестиваля, говорит, что влияние кино на зрителя можно назвать настоящим экспериментом. Вы сейчас тоже считаете кинематограф самым сильным инструментом воздействия?

Я экспериментирую над зрителем и над собой. Но это не единственный сильный способ воздействия. Все еще можно воздействовать текстом, огромное воздействие оказывает музыка, тот самый звук, очень сильно влияние запахов на мозг, что хорошо иллюстрируется знаменитым примером из романа Пруста, когда запах и вкус липового чая и пирожного «мадлен» спровоцировали у героя целый шквал воспоминаний. Так что эксперименты могут быть самыми разными. Кинозал — далеко не единственное экспериментальное поле, но одно из самых значимых, с этим я согласен.

Я хочу понять, где проходит граница между видеоартом, экспериментальным кино, артхаусом. Что из этого больше искусство?

Знаете, психиатры говорят: «Желание симулировать сумасшествие является симптомом сумасшествия». Точно так же и здесь. Искусством является все то, что называется искусством. Что касается жанров, то их множество, я еще добавлю документалистику, скрининг — это фон для чего-то еще, танца например. Есть очень интересный мне жанр клипа.

Но каждый из этих жанров нацелен на разную аудиторию.

Просто есть кино, которое созывает зрителя, а есть то, которое пытается от него убежать. И за последним, мне кажется, будущее. Массовый зритель уже мало кого волнует. Когда в нашем сетевом пространстве каждый человек накрыт огромным шквалом информации, становится значимым некое сокрытие. Утаивание каких-то культурных продуктов. Мне очень интересно развитие герметичного кино. Это не значит, что оно настолько сложное, что его не может понять массовый зритель. Причины его сокрытия не политические, а эстетические.

Скажите, а вы все-таки сняли «Убийство в Эрмитаже»? Надеюсь, обошлось без жертв?

Идея этого фильма была предложена мной для выставки Manifesta, которая была в Эрмитаже в 2014 году, но план не осуществился. Никаких убийств в Эрмитаже не произошло. Может быть, когда-нибудь я и сделаю такой фильм.

Фильм «Звук Солнца» можно увидеть на Международном фестивале экспериментального кино в Москве 23 июля.

Материалы по теме
Просмотры: 3979
Популярные материалы
1
Филип Хук: «Сегодня дилеры научены находить слабые места клиентов и давить на них»
Автор бестселлера «Завтрак у Sotheby’s» выпустил новую книгу, посвященную арт-дилерам, — «Галерея аферистов: История искусства и тех, кто его продает».
20 апреля 2018
2
Музей «Ростовский кремль» обнаружил у себя подделки Малевича и Поповой
В фондах музея-заповедника «Ростовский кремль» вместо подлинных работ русского авангарда обнаружены копии произведений Казимира Малевича и Любови Поповой. Руководство музея сочло необходимым сделать этот факт достоянием общественности.
20 апреля 2018
3
ГМИИ им. А.С.Пушкина подарили Роберта Фалька
Коллекция музея пополнилась 7 картинами и 16 графическими работами художника-бубнововалетовца.
18 апреля 2018
4
Леопольд Тун: «Галерист всегда должен быть голодным»
У благотворительного аукциона Off White, пять лет подряд проходящего в рамках Cosmoscow, впервые будет иностранный куратор — 27-летний лондонский галерист Леопольд Тун. Мы узнали у него о новой концепции торгов и о том, почему их перенесли на лето.
18 апреля 2018
5
Что могут дать миру искусства блокчейн и криптовалюты?
Как блокчейн-технологии внедряются в арт-рынок, показываем на примере новых сервисов, платформ и криптоаукционов.
18 апреля 2018
6
Рем Колхас: «В том, чтобы спрятаться в здании, есть свои плюсы»
Автор концепции реконструкции Новой Третьяковки уверен, что сохранять прошлое не менее важно, чем создавать новое, видит достоинства в архитектуре советского модернизма и хочет их подчеркнуть.
19 апреля 2018
7
Новая Третьяковка воссоздаст всю картину 2000-х с нуля
Российское искусство первого десятилетия XXI века впервые станет темой большой музейной выставки.
23 апреля 2018
8
Утраченное искусство: фрески Тициана и Джорджоне в Фондако деи Тедески в Венеции
Искусствовед, эксперт по преступлениям в области искусства Ноа Чарни делится тайнами самых вожделенных работ в истории искусства — тех, которые мы больше никогда не увидим.
19 апреля 2018
9
Витебск воскрешает легенду
С началом весны в городе открылся Музей истории Витебского народного художественного училища, расположившийся в том самом здании, где директорствовал Марк Шагал и утверждал идеалы супрематизма Казимир Малевич.
18 апреля 2018
10
Витебских художников приняли в Кембридж
О своих исследованиях рассказывают участники конференции «Народное художественное училище и Уновис в Витебске», которая пройдет при поддержке фонда IN ARTIBUS в Пемброк- колледже Кембриджского университета 19 и 20 апреля.
17 апреля 2018
Партнер Рамблера
Рейтинг@Mail.ru