The Art Newspaper Russia
Поиск

Андрей Сарабьянов: «Искусство, которое пока не было востребованно, теперь становится востребованным»

Андрей Сарабьянов. Фото из личного архива

Андрей Сарабьянов. Фото из личного архива

Завтра в Еврейском музее и центре толерантности открывается первая из двух выставок, запланированных в рамках выставочного проекта «До востребования. Коллекции русского авангарда из региональных музеев», представленная совместно с «Энциклопедией русского авангарда». Для участия в ней куратору Андрею Сарабьянову удалось собрать уникальную коллекцию малоизвестного авангарда из региональных музеев 19 российских городов: Архангельска, Астрахани, Ельца, Иванова, Кирова, Козьмодемьянска, Костромы, Краснодара, Нижнего Новгорода, Омска, Ростова, Самары, Саратова, Слободского, Тотьмы, Тулы, Уфы, Чебоксар, Ярославля. Андрей Сарабьянов рассказал TANR о другом Малевиче, расширении хронологических рамок авангарда и о том, почему под картинами не будет этикеток.


Как появилось название выставки и что оно означает?

Название, как водится, появилось в итоге долгих и мучительных поисков, выбирали из массы вариантов. А означает оно то, что искусство, которое пока не было востребованно, теперь становится востребованным, — конкретные вещи, многие из которых хранились в запасниках и фактически были изъяты из научного и культурного обихода. Наши региональные фонды могут быть известны всему миру, вещи оттуда ездят на выставки, люди знают их, эти картины появляются на многих выставках, они опубликованы — но какая-то часть этих фондов остается неизвестной. И эти две выставки, нынешняя и следующая, что откроется весной 2017 года, продолжение нынешней, должны предъявить неизвестные до сих пор произведения и даже малоизвестные имена. Так, у ряда произведений совсем недавно появились новые атрибуции.

Например?

Например, у двух работ Ивана Клюна и Ольги Розановой. Они числятся в Елецком городском краеведческом музее как «неизвестный художник», а я их атрибутировал как Клюна и как Розанову.

При этом как станут выглядеть на выставке известные имена? Привычно воспринимать авангард так, каким он представлен в Третьяковской галерее и Русском музее. Ну а если брать малоизвестные работы, что выйдет? «Малевич без галстука»?

Малевич — особый случай, он во всем мире хорошо известен. Тем не менее у нас будет одна работа, графическая, которая мало показывалась и мало публиковалась. Широкой публике неизвестна. И она представляет совсем другого Малевича, совершенно непривычного.

Вскоре после выхода «Энциклопедии русского авангарда», где вы были редактором-составителем, вы становитесь куратором не менее масштабного проекта, связанного с русским авангардом. Как связаны между собой эти два события?

Выставка возникла по следам «Энциклопедии русского авангарда» (в создании которой принимало участие более 200 специалистов), это еще один результат наших поисков. В процессе работы над ней открылась масса имен малоизвестных художников, а порой и совсем неизвестных или забытых; почти все вещи опубликованы в «Энциклопедии» — но поскольку она такая массивная, более 3 тыс. иллюстраций, то эти имена и работы недостаточно прозвучали. Теперь мы показываем их живьем.

Продолжая тему связи двух проектов, можно сказать, наверное, что выставка должна продемонстрировать энциклопедически широкое представление об авангарде. И это принципиально. С самого начала, от символизма, где мы обнаруживаем какие-то начальные стадии авангарда, и до позднего конструктивизма: мы расширяем хронологические рамки авангарда. На выставке будут имена, представляющие собой чистый символизм, но и по этим работам видно, что они по сути уже авангардные: по каким-то новым приемам, по мировоззрению, если можно так сказать. Например, Василий Милиоти, известный символист. Или что касается мастеров совсем неизвестных: например, Алексей Кокель — от него вообще мало что осталось, а у нас он будет представлен двумя работами.

Главный куратор Еврейского музея Мария Насимова рассказала, что изначально вы рассчитывали привлечь около 400 вещей, а в итоге будет примерно по сотне на каждой из двух выставок.

Естественно, какие-то вещи музеи просто не могут дать — по разным причинам. Сейчас многие делают собственные экспозиции искусства авангарда и уже не могут их разрушать ради выставки. Какие-то вещи уходят на другие выставки: выставки авангарда идут по всему миру. Например, екатеринбургский музей не смог участвовать в нашем проекте, потому что в конце декабря открылась огромная выставка «Революция в искусстве» из его коллекции в Венгерской национальной галерее в Будапеште. Кроме того, какие-то вещи находятся в плохом состоянии, их просто нельзя перевозить.

Когда нужен был компромисс — что можно взять вместо того, что взять нельзя, — как вы это решали?

Я бы не назвал это компромиссом, так как главный наш принцип отбора вещей на выставку всегда оставался неизменным. А главный принцип — чтобы вещь была не заезжена. Чтобы ее не видели москвичи, чтобы она была не более двух-трех раз на выставках. Вот это был критерий. Далее — чтобы более-менее равномерно были представлены эпохи и мастера. Не просто, скажем, 20 Лентуловых, а 3 Куприна. Чтобы был баланс, соответствующий тому пути, по которому шло русское искусство. И он, думаю, достигнут. И в смысле экспозиции, 100 работ — это то, что хорошо воспринимается зрителем.

Мария Насимова еще говорила, что между собой вы обсуждали разные сценарии экспозиции. Идея показывать сперва фигуративное искусство, а потом абстракцию показалась неинтересной?

Было несколько идей касательно того, как это показывать. Например, монографически: каждого художника отдельно. Но, пораздумав, решили, что хронологически будет правильнее. Будет выстроена хронология русского авангарда — от 1900-х годов до 1917–1918 года, а на второй выставке, соответственно, от 1917–1918 года и до конца 1920-х. Хронологически будет все более-менее последовательно: символизм, неопримитивизм, беспредметность, и вещи будут скомпонованы по этим эпохам внутри авангарда, однако это будет не строгая хронология. Немножко все-таки будет намешано, чтобы зрительный ряд был более эффектным, а не просто ради того, чтобы было железно одно за другим. Просто чтобы зрительно одно с другим лучше сочеталось. Не будет этикеток, кстати, под картинами. Посетителям станут выдавать экспликации, где будет объясняться, где картина какого автора. Так что надо будет ходить и сверяться с текстом.

Сколько вообще времени ушло на этот проект?

Когда только открылся Центр авангарда при Еврейском музее, одной из его задач было сделать такую выставку. Так что мы делаем ее довольно давно. Я пришел в музей не только с этой идеей, но и с проектом курса академических лекций. Образовательная программа стала реализовываться сразу, а выставочная часть наших планов воплощается сейчас.

Помимо региональных музеев существуют музейные коллекции русского авангарда в республиках бывшего СССР.

Про зарубежные музеи мы даже не думали. Я хотел музеи именно российские и именно региональные; по той же причине мы сознательно не обращались ни в Третьяковскую галерею, ни в Русский музей — хотя и обратились в такой большой музей, как Саратовский художественный имени Радищева: огромная коллекция, значительный музей. Мы заранее себя ограничили: Россия и именно региональные музеи.

Из российских какие-то коллекции остались для вас недоступными?

Кроме екатеринбургского музея, отказов у нас не было. Имейте в виду, что будет вторая выставка и там будут другие музеи. Так что в итоге мы охватим все музеи, где есть авангард.

Удивительно, как вообще вам удалось привлечь к сотрудничеству госмузеи!

Хорошее отношение к нам было во всех музеях, еще когда создавалась «Энциклопедия русского авангарда». Притом я много лет занимаюсь региональными музеями и их коллекциями авангарда. Меня там все знают. Связи, которые были наработаны за многие годы, тут очень помогали.

Каталог выставки будто еще один полутом «Энциклопедии русского авангарда» — что в нем?

Кураторская вступительная статья, разъясняющая выставку, содержание и устройство ее. Несколько текстов по музейным коллекциям — краткие истории собраний, написанные сотрудниками музеев. Биографии художников. В подписях к картинам довольно подробные описания работ, данные о поступлении и появлении в музейной коллекции. Академический подход.

Что будет после выставки — ну, кроме подготовки второй ее серии?

Планировалось, когда в Еврейском музее создавался Центр авангарда, сделать издательскую программу (пока она еще не начата, надеюсь, что она будет), где появятся небольшие монографии о малоизвестных художниках авангарда. Это может быть небольшая книжечка: 10–20 иллюстраций, сколько наберется по известным источникам, плюс какие-то архивные сведения. Специалисты уже пишут. Серия пока только формируется; я еще не знаю, выйдет ли она именно в Еврейском музее, но, надеюсь, она все же состоится.

08.04 — 10.06
Еврейский музей и Центр толерантности
Просмотры: 3796
Популярные материалы
1
Виктор Шалай: «Нужно или увольняться, или менять систему»
Директор Приморского музея им. В.К.Арсеньева рассказал нам о том, зачем возит во Владивосток коллекции из глубинки, о непростых управленческих решениях, самоокупаемости культуры, а также об особенностях исторической памяти на Дальнем Востоке.
10 декабря 2018
2
Новое пространство Музеев Московского Кремля откроется в 2022 году
В Средних торговых рядах на Красной площади полным ходом идет грандиозная реставрация, после завершения которой Музеи Московского Кремля перевезут экспонаты из-за Кремлевской стены и сделают их доступнее.
07 декабря 2018
3
Пьеро делла Франческа, освободивший место Рафаэлю
Впервые 11 шедевров гения Раннего Возрождения на выставке в Эрмитаже.
07 декабря 2018
4
Михаил Пиотровский: «Все равно будем делать то, что считаем важным и нужным»
Генеральный директор Государственного Эрмитажа, президент Союза музеев России считает, что культуре необходима свобода, а музеям — автономность.
11 декабря 2018
5
Жизнь Пегги Гуггенхайм в искусстве
Экстравагантность «принчипессы» бросалась в глаза, но была не единственным достоинством.
07 декабря 2018
6
РОСИЗО провел мозговой штурм
Новое руководство разберется с имущественным комплексом, избавится от затратных строек и начнет проводить выставки в исторических парках «Россия — моя история».
07 декабря 2018
7
Апгрейд для старых мастеров
Рубеж 2018–2019 годов обещает стать важной вехой в долгой и драматичной истории Государственного художественного собрания Дрездена.
07 декабря 2018
8
Субодх Гупта: «Я даже имени Пикассо не знал, не говоря уже о Дюшане»
В интервью The Art Newspaper Russia художник рассказал, почему паблик-арт не должен вызывать споров и как найти вдохновение в самых обычных вещах.
06 декабря 2018
9
Эрмитаж, Третьяковку и балет — в регионы
В трех городах начали стремительно строить культурно-образовательные комплексы. Для этого был создан фонд «Национальное культурное наследие».
10 декабря 2018
10
Катрин Борисов: «Мы работаем для того, чтобы расширять кругозор»
Галерея RuArts празднует 14-летие и открывает выставку «Чудовищный рай» фотографа Нобуёси Араки. Куратор галереи и фонда RuArts Катрин Борисов рассказала The Art Newspaper Russia о провокации в искусстве и о том, зачем поддерживать стрит-арт.
07 декабря 2018
Партнер Рамблера
Рейтинг@Mail.ru