Книги

Знаменитый архитектор Константин Мельников сам называл свою деятельность по проектированию гаражей «монопольным захватом». В истории с гаражом «Интуриста», поведанной в книге Ольги Шурыгиной, отразилось немало противоречий той эпохи

Книга обрывается прямо перед кульминацией — вступлением автора в должность директора Третьяковки. Но и до того в жизни Трегуловой было много такого, что заслуживает читательского внимания. А начинает она свою историю с раннего детства

Новая книга Марики Ноулз «Пьеро и его мир» исследует влияние персонажа комедии масок на французское искусство, причем исследует под несколько неожиданным углом — с точки зрения коммерческого использования образа

Если интерес к жизни и творчеству женщин-художников выглядит сегодня устойчивым трендом, то к личностям женщин, проявивших себя в качестве арт-дилеров, лишь начинают присматриваться. Пример тому — сборник британского издательства Bloomsbury Visual Arts

Прежде они фигурировали в основном на полях истории итальянского Возрождения, но постепенно перевоплощаются в главных героинь. Книга Софьи Багдасаровой «Фениксы и сфинксы» вносит свою лепту в этот процесс

Книга-альбом Елены Кальницкой повествует о жизни знаменитого дворца за два дореволюционных столетия. В качестве развернутой метафоры той жизни театр выбран автором не случайно: все обитатели Петергофа обязательно становились героями некой пьесы

Великий фламандский живописец стал главным героем книги Моргана Мейса «Пьяный Силен». Но не стоит ждать от этого труда нового исследования биографии художника или искусствоведческого разбора его картин: Рубенс лишь повод поговорить о смысле жизни

Люди работают над художественным образом своих «публичных трупов», чтобы другие не превратили их в реди-мейд. Философ полагает, что Нарцисс из мифа был охвачен примерно таким же стремлением — правда, сегодня на общую картину влияют еще и технологии

Популярная, но вроде бы незатейливая игрушка для самых малолетних — что в ней интересного? Елена Кармацкая находит нужные слова и сюжеты, чтобы летопись бытования лошадки-качалки оказалась не только трогательной, но и весьма познавательной

Сборник статей и очерков под новым углом рассматривает роль академии в создании эстетического канона, основанного на идеях империализма и рабовладения. Сама же академия инициировала книгу «Переплетенные прошлые» и проведение одноименной выставки