Эмираты вплотную занялись очередным мегапроектом

После открытия в 2017 году Лувра — Абу-Даби в здании, построенном по проекту француза Жана Нувеля, долго оставался нерешенным вопрос о том, какой именно из музеев и культурных институций, анонсированных правительством Объединенных Арабских Эмиратов еще в 2007 году, откроется следующим — если какой-то вообще откроется. Согласно первоначальному плану, все вместе они должны превратить остров Саадият в главный культурный кластер от Марокко до Китая.

Теперь точно известно, что это будет Национальный музей шейха Зайеда в здании, спроектированном в 2007–2010 годах британским архитектурным бюро Foster + Partners в виде комплекса с пятью высотными конструкциями из стекла, форма которых вдохновлена оперением на крыле сокола. У музея даже есть директор — австралийский археолог Питер Маги, назначение которого состоялось без лишней шумихи в июле 2019 года. С начала текущего года у институции появилась команда эмиратских музейных специалистов, а также директор по вопросам коллекций и кураторской работы. Эту должность заняла Элени Вассилика, ранее возглавлявшая Египетский музей в Турине. Строительные работы уже ведутся над уровнем земли, и Маги говорит, что планирование того, чем будут наполнены шесть этажей музея, продвинулось довольно существенно.

Однако Министерство культуры и туризма ОАЭ, отвечающее за этот проект, не готово давать обещаний по поводу даты его завершения, поскольку задержки в исполнении исходных планов 2007 года — больной вопрос. Лувр — Абу-Даби открылся на семь лет позже заявленного срока, введение в строй Национального музея шейха Зайеда должно было состояться еще в 2013 году, а открытие Музея Гуггенхайма в Абу-Даби с 2012-го перенесено на рубеж 2022–2023 годов. Что касается последнего проекта, то директор нью-йоркского Музея Гуггенхайма Ричард Армстронг отказывается от комментариев, а представитель Министерства культуры и туризма говорит, что многие из приобретенных для него произведений пока находятся во временном пользовании в региональных и зарубежных институциях.

Перенос сроков в основном был связан с ситуацией в мировой экономике (сначала с кризисом 2008 года, а позднее с пандемией ковида 2020-го), падением цен на нефть и вмешательством ОАЭ в войну в Йемене в 2015 году. Та война не только обходилась государству в $16 млрд в год, но и сыграла роль мощного эмоционального фактора, отвлекшего внимание от культурных амбиций Абу-Даби. К 2018 году она начала восприниматься как обуза, и в 2019-м Эмираты вывели войска из Йемена.

Предвестием возвращения страны к конструктивной политике стало заявление наследного принца Мухаммада ибн Зайеда, де-факто правителя эмирата Абу-Даби, сделанное 12 марта 2018 года. Он сообщил о принятии пакета мер по стимулированию экономики и выделении для этого средств в размере $13,6 млрд. Из них 35% должно быть направлено на то, чтобы превратить Абу-Даби в ведущий культурный центр. В марте 2019 года Саиф Гобаш, заместитель министра культуры и туризма, сообщил газете National, что работа над Национальным музеем шейха Зайеда и местным Музеем Гуггенхайма продолжается и что «все остальные проекты [на острове Саадият] выведены на полную мощность». По его словам, этот кластер ориентирован в первую очередь на туристов из Индии, Китая, России, Саудовской Аравии и на местный туристический рынок.

Археологическая перспектива

Питер Маги рассказал The Art Newspaper, что нижний этаж музея будет посвящен жизни и политической деятельности шейха Зайеда ибн Султана аль-Нахайяна (1918–2004), который объединил семь эмиратов в ОАЭ и стал первым президентом созданной в 1971 году страны. Основная же часть экспозиции начинается с истории региона. Наследный принц, как и некогда шейх Зайед, интересуется археологией, поэтому неудивительно, что директором музея стал именно археолог. Маги, работающий в Эмиратах уже 30 лет, говорит, что взаимодействие этого региона с остальным миром было гораздо активнее, чем принято считать. «Оно расширялось концентрическими кругами: сначала с территорией Персидского залива — около 7,5 тыс. лет назад, затем, через море, с Индийским субконтинентом — 5 тыс. лет назад; 3 тыс. лет назад, после одомашнивания верблюда — с Аравийским полуостровом; наконец, около 2 тыс. лет назад — со Средиземноморьем (мы находили на территории ОАЭ римское стекло)».

В экспозиции будут активно использоваться цифровые технологии, а хронологическая шкала не предполагает завершающей точки. Говоря об этом, Маги упоминает арабский спутник «Надежда», с февраля находящийся на орбите Марса. Целый отдел в музее будет посвящен исламу, с акцентом на религиозную толерантность.

Касаясь темы приобретений, директор сообщает лишь о том, что новый музей придерживается «многопланового подхода, рассматривая также возможность аренды экспонатов из крупных коллекций». В их число входит Британский музей, с которым Национальный музей шейха Зайеда сотрудничает с 2009-го, что в 2018 году привело к заключению договора. По его условиям Лондон будет за плату предоставлять объекты во временное пользование Абу-Даби, переименовав при этом одну из своих галерей в честь шейха Зайеда.

Еще одной важной темой в экспозиции станет экологическая устойчивость. В самом здании используется традиционный метод кондиционирования: его башни функционируют как приточные трубы и за счет своего рода «каминного эффекта» внутрь попадают охлаждающие потоки воздуха.

Музей шейха Зайеда будет не только национальным памятником и туристической достопримечательностью, но и объединит в себе функции архива, библиотеки и исследовательского центра. Все это адресовано и молодежи, и представителям старших поколений, с которыми Маги также намерен работать. «Это музей людей и для людей», — подчеркивает он.