Двойная жизнь Феликса Фенеона на выставке в МоМА

№86, ноябрь 2020
№86
Материал из газеты

Проект «Анархист и авангард — от Синьяка до Матисса» и дальше знакомит с жизнью и деятельностью пламенного популяризатора Матисса и Синьяка

Поль Синьяк. «Опус 217. На фоне эмалевого фонового ритма с ритмами и углами, тонами и оттенками». 1890. Фото: Paige Knight/Artist Rights Society (ARS)/ADGAP
Поль Синьяк. «Опус 217. На фоне эмалевого фонового ритма с ритмами и углами, тонами и оттенками». 1890.
Фото: Paige Knight/Artist Rights Society (ARS)/ADGAP

Феликс Фенеон (1861–1944) был дилером, писателем, законодателем вкусов, коллекционером, а кроме того, по всей вероятности, изготовителем бомб и совершенно точно самым страстным популяризатором творчества Пьера Боннара, Анри Матисса, Жоржа Сёра и Поля Синьяка. Вдобавок он одним из первых по достоинству оценил искусство Африки и Океании. Изумительную выставку, посвященную личности Фенеона, совместными усилиями подготовили нью-йоркский Музей современного искусства (МоМА) и парижские музеи Орсе и Оранжери и Музей на набережной Бранли.

Экспозиция, дополненная красивым и умным каталогом, обнаруживает связи между искусством, художниками, теорией, рынком, писателями и политиками. Но в первую очередь подкупает, что в ее центре стоит фигура художественного критика. Значит, для нас, жонглеров словами, еще не все потеряно.

Выставку открывает портрет Фенеона кисти Синьяка под названием «Опус 217. На фоне эмалевого фонового ритма с ритмами и углами, тонами и оттенками» (1890). Это не только портрет, но и своего рода краткая лекция в исполнении Фенеона о Фенеоне и об искусстве, которое он пропагандировал. Водоворот мазков всех цветов радуги излагает уникальную теорию цвета, объединявшую Синьяка с Сёра и другими неоимпрессионистами. Что такое Фенеон? Объясняя роль дилера, он называл себя «тире» между художником и публикой. Он уверенно и изящно шагает вперед, держа в одной руке цилиндр, а другой протягивая цветок. Его строгое логическое мышление, шарм и писательское мастерство делали его настоящим человеком-ураганом.

За исключением супер­звезды Сёра, неоимпрессионизм считается узким направлением, лишь по касательной затронувшим Винсента ван Гога, Поля Гогена, Поля Сезанна, а около 1907 года Пабло Пикассо и Матисса. На выставке, которая ставит под сомнение «маргинальность» неоимпрессионизма, представлено множество работ Сёра, в том числе три небольших ню из Музея Орсе, когда-то соседствовавших друг с другом в собрании Фенеона.

Феликс Валлоттон. «Напряжение». 1983. Robert Gerhardt/The Museum of Modern Art/Larry Aldrich Fund
Феликс Валлоттон. «Напряжение». 1983. Robert Gerhardt/The Museum of Modern Art/Larry Aldrich Fund

Фенеон жил двойной жизнью. Днем он писал, вращался в обществе и работал с произведениями искусства. По ночам он превращался в анархиста. В каталоге довольно подробно рассматривается парижский анархизм 1890-х годов, представленный как движение мечтавших об уничтожении власти. Авторы настаивают на том, что эстетические и политические воззрения Фенеона были неразрывно связаны. В неоимпрессионизме отдельные мазки подчеркивают или смягчают соседние, в совокупности создавая яркое и гармоничное единое целое. Он свободен от иерархии. Политические взгляды Фенеона обстоятельно излагаются в каталоге, а вот на выставке кураторы посчитали нужным оградить публику от информации о мировоззрении и методах борьбы анархистов. Однако нео­импрессионизм был очень политизированным движением, а Фенеон был так предан ему, что выставка нуждается в пояснениях того, что касается окружения ее главного героя.

В 1906 году Фенеон стал дилером современного искусства в Galerie Bernheim-Jeune, которая много работала с импрессионистами, но хотела добавить в свой пул новых художников. Фенеон обладал редкой в этом ремесле интеллектуальной хваткой. Он умел льстить покупателям: помогая им приобретать искусство для украшения дома, он в то же время создавал у них ощущение, что они пускаются в смелую, рискованную авантюру. Ему доверяли и богемные художники-анархисты, и богатые клиенты.

В этот период в его жизнь входят Матисс, Боннар и итальянские футуристы. Именно он организовал в 1912 году в Bernheim-Jeune выставку итальянского футуризма, которая вывела Джакомо Баллу, Филиппо Томмазо Маринетти, Джино Северини и других на парижский рынок. И именно итальянцы эффектно замыкают экспозицию, в том числе крупными и мощными картинами «Уличный фонарь» (1910–1911) Баллы и «Похороны анархиста Галли» (1910–1911) Карло Карра. Выставка 1912 года вошла в число многочисленных удач Фенеона за 20 лет, проведенных в галерее.

В последние годы фигуры таких влиятельных арт-дилеров, как Илеана Соннабенд и Эдит Хэлперт, удостоились освещения в музейных выставках, как и — пусть и в меньшей степени — Тео ван Гог, Амбруаз Воллар и Альфред Штиглиц. Экспозиция в МоМА побуждает критиков обратить внимание на то, какое сильное влияние оказали на мир искусства и другие дилеры. Да, они занимаются торговлей, но самые выдающиеся из них любят искусство ничуть не менее страстно, чем критики или ученые. Многие из наших величайших художников не построили бы свои карьеры без таких владеющих даром убеждения и проницательных дилеров. 

Музей современного искусства (МоМА)
Анархист и авангард — от Синьяка до Матисса и дальше
До 2 января 2021

Самое читаемое:
1
Иконы из музеев — в церкви: как повлияют на сохранность памятников изменения в законе
Нас ждет потрясение музейных основ: закон о Музейном фонде РФ могут изменить, чтобы облегчить церкви получение икон из государственных музеев. Их руководители прогнозируют, чем это может обернуться, и говорят о непременных условиях передачи
05.08.2022
Иконы из музеев — в церкви: как повлияют на сохранность памятников изменения в законе
2
От перемены мест картин их восприятие меняется
Для выставки «Брат Иван. Коллекции Михаила и Ивана Морозовых» Пушкинский музей создал в своих залах идеальный музей шедевров
02.08.2022
От перемены мест картин их восприятие меняется
3
Как Испанская республика спасла шедевры Прадо
Во времена гражданской войны испанские власти и международное сообщество создали уникальный прецедент по охране наследия в условиях вооруженного конфликта. Позже эту историю назвали «самой крупной в мире операцией по спасению произведений искусства»
29.07.2022
Как Испанская республика спасла шедевры Прадо
4
«Архстояние»: «Шесть соток» и прочие символы счастья
В деревне Никола-Ленивец Калужской области прошел очередной фестиваль «Архстояние», от которого останется несколько монументальных произведений и масса впечатлений
01.08.2022
«Архстояние»: «Шесть соток» и прочие символы счастья
5
Игорь Сысолятин: «Я всегда стремлюсь к самым лучшим экземплярам»
В московском Музее русской иконы им. Михаила Абрамова проходит выставка «Россия в ее иконе. Неизвестные произведения XV — начала XX века из собрания Игоря Сысолятина». Мы поговорили с владельцем представленной коллекции о его страсти и любимых экспонатах
09.08.2022
Игорь Сысолятин: «Я всегда стремлюсь к самым лучшим экземплярам»
6
Технологии воссоздали кошмары Уильяма Блейка
Самые мрачные из видений художника, поэта и мистика воссозданы при поддержке Музея Гетти и Apple средствами дополненной реальности. Проект осуществил художественный дуэт Tin&Ed и озвучил хип-хоп-продюсер Just Blaze
02.08.2022
Технологии воссоздали кошмары Уильяма Блейка
7
Клуб коллекционеров графики обзавелся аукционом
Новый аукционный дом, основанный коллекционером Сергеем Подстаницким и правнуком основателя музея Тропинина Степаном Вишневским и занимающийся только графикой, вот-вот проведет свои вторые торги
26.07.2022
Клуб коллекционеров графики обзавелся аукционом
Подписаться на газету

2021 © The Art Newspaper Russia. Все права защищены. Перепечатка и цитирование текстов на материальных носителях или в электронном виде возможна только с указанием источника.

16+