Выставки месяца в Германии

Рафаэль в берлинских музеях

Берлин, Государственные музеи, Картинная галерея
12 мая – 14 июня

Год Рафаэля (1483–1520), приуроченный к 500-летию со дня смерти художника, Картинная галерея в Берлине отмечает выставкой пяти рафаэлевских «Мадонн» из своей коллекции, впервые собранных вместе. Тоже впервые, рядом с одной из них, «Мадонной Террануова», можно будет увидеть подготовительный рисунок головы Мадонны из берлинского Гравюрного кабинета. Почетный гость выставки — «Мадонна с гвоздиками» (1506–1508) из Национальной галереи в Лондоне. Она впервые с момента ее приобретения музеем в 2004 году покинула его стены, а также Британию, где с 1858 года хранилась в собрании герцогов Нортумберлендских. Рафаэль написал ее незадолго до того, как уехать из Флоренции в Рим. Специалисты считают, что, работая над ней, Рафаэль вдохновлялся эрмитажной «Мадонной Бенуа» Леонардо. После Берлина картина вернется в Лондон, где будет включена в большую ретроспективу Рафаэля (3 октября 2020 — 24 января 2021) в Национальной галерее. Туда же поедет гостем и берлинская «Мадонна Террануова».

Макс Каус. Среди друзей

Берлин, Музей «Брюкке»
15 мая – 30 августа

Оммаж Максу Каусу (1881–1977), близкому по духу и эстетике своего искусства к экспрессионистам группы «Мост» (1905–1913). Его метафизические пейзажи и меланхолические портреты высоко ценились мостовцами: Эрихом Хеккелем, с которым Каус познакомился в госпитале после ранения на фронте Первой мировой, Эрнстом Людвигом Кирхнером, Отто Мюллером, Эмилем Нольде, Карлом Шмидт-Роттлуффом. В 1943 году под бомбами союзников погибла его берлинская мастерская с более чем 200 картинами, рисунками и гравюрами. Так что от работ его довоенного, самого ценного периода остались крохи. Тем более важен частный дар произведений Кауса музею, давший повод для этой выставки.

Невероятные женщины. Сюрреалистические миры от Мерет Оппенгейм до Фриды Кало

Франкфурт, Ширн Кунстхалле
6 мая – 5 июля

Более 260 произведений — живопись, графика, фотографии — приехали буквально со всего мира. Все захотели внести свой вклад в эту мировую премьеру 34 художниц сюрреализма. Большинство из них чаще упоминаются в истории сюрреализма как модели, любовницы и музы. Богини, дьяволицы, куклы и фетиши в мужском воображении были еще и талантливыми художницами, остававшимися в тени своих знаменитых мужей, как, например, Доротея Таннинг, жена Макса Эрнста, или жена Ива Танги, художница Кей Сейдж. Конечно, есть и исключения, как Луиз Буржуа, Фрида Кало или Мерет Оппенгейм, снискавшие огромную славу. Но большинство имен на выставке мало что скажут зрителю, хотя, несомненно, расширят его представления о сюрреализме.

Макс Клингер и Европа

Лейпциг, Музей изобразительных искусств
19 мая – 16 августа

Выставка художника, графика и скульптора Макса Клингера (1857–1920) приурочена к 100-летию со дня его смерти. Один из пионеров символизма, сегодня он почти забыт за пределами Германии. «Клингер больше чем саксонский художник. Возможно, одной из причин его забвения стали холодная война и железный занавес: большинство его работ находятся в Лейпциге и других городах Восточной Германии, бывшей ГДР. Мы пытаемся вывести его из локального контекста и вернуть в европейский», — говорит куратор выставки Ян Николайзен. С этой целью, помимо произведений самого Клингера, в выставку включены работы Густава Климта, с которым он дружил, и 25 рисунков и скульптур Огюста Родена, в том числе знаменитый «Поцелуй» из Музея Родена в Париже, где Клингер познакомился с мэтром (после он переписывался с ним, а в 1906 году устроил его первую выставку в Германии). Главный экспонат нынешней выставки — памятник Людвигу ван Бетховену Макса Клингера, представленный общественности в 1902 году на выставке венского Сецессиона, посвященной композитору, в зале с «Бетховенским фризом» Климта, где он находится и сейчас. Необычное решение — тщедушная фигура композитора с обнаженным торсом, восседающего на богато декорированном троне в образе олимпийского бога с орлом, символом Юпитера, у ног, сочетание черного и белого мрамора, слоновой кости и позолоты — настолько шло вразрез с традицией, что вызвало тогда бурю возмущения у критики и публики. «На самом же деле Клингер был провозвестником того, что мы сегодня называем мультимедийностью», — замечает куратор.