Фантастический блокбастер в Западном крыле Новой Третьяковки

В «Свободном полете» совместилось все, что плохо совместимо: три выставки с разным и активным дизайном, кино и живопись, картины и постановочные визуальные эффекты. Связаны эти выставки, показанные за последние три года в разных местах, волей куратора Полины Лобачевской и фантазией художника-постановщика Геннадия Синева. Лобачевская увлечена поиском пар для художников-нонконформистов (примем это не лучшее, но устоявшееся определение для героев советского неофициального искусства), чтобы каждая выставка музея была, как она сама пишет в каталоге, «культурологической и мультимедийной». Синев, не просто так именуемый по театральному художником-постановщиком, а не дизайнером или архитектором выставки, предпочитает не «умирать» в экспонентах, а продемонстрировать собственное многогранное творчество. От ассоциаций куратора и активности художника-постановщика в залах камерного Музея AZ часто бывает тесно. Хотя актуализация коллекции нонконформистов, собранной основательницей музея Наталией Опалевой, дело хорошее, но не всегда нуждающееся в осовременивании компьютерной графикой, мультипликацией и видео. Однако таков стиль этого музея — избыточно эффектный. У него немало поклонников, но некоторые предпочитают выставки интеллектуально и визуально ясные.

«Свободный полет» в Западном крыле Новой Третьяковки — так теперь называется бывшее здание ЦДХ — можно считать триумфом AZ. Все особенности стиля музея обернулись в новом пространстве его достоинствами. На втором этаже сняты все перегородки, и освободившиеся многочисленные квадратные метры приняли три большие выставки как одно визуальное шоу, высококачественный суператтракцион. Он начинается с ударно оформленной входной зоны и продолжается в трех сложносочиненных экспозициях.

Центральная посвящена фильму Андрея Тарковского «Андрей Рублев» и живописи Дмитрия Плавинского. Огромные транспаранты с портретами героев фильма привлекают внимание как баннеры, рекламирующие шедевр мирового кинематографа. На нескольких экранах отлично отреставрированные кадры транслируются по сюжетам. На полу световые комментарии. Герметичные, самодостаточные, медитативные картины Плавинского с нервным до истеричности черно-белым фильмом ни визуально, ни эмоционально не перекликаются, но это и не важно, главное — общее ошеломляющее впечатление.

Тоньше сделана вторая экспозиция, объединяющая артистичные коллажи Петра Беленка, где фигура человека помещена в красочный вихрь, фотографии, сделанные Викторией Ивлевой на Чернобыльской АЭС через четыре года после катастрофы, и кадры из «Сталкера» Тарковского. Соединение довольно надуманное, Беленок говорит, прямо кричит, об экзистенциальном одиночестве и страхе, Ивлева — о реальной катастрофе, а Тарковский философствует. Но только на этой выставке трилогии главным героем становится художник. И опять же она впечатляет.

Финальный и самый визуально мощный проект — «Новый полет на Солярис». Если первые две выставки до Третьяковки были показаны в Москве, то эту видели только во Флоренции и Милане. Она выстроена как космический корабль из фильма Тарковского, в «иллюминаторы» которого вставлены активно подсвеченные картины Анатолия Зверева, Лидии Мастерковой, Владимира Немухина, Владимира Янкилевского. Органичней всего в «неземном» выставочном пространстве смотрятся футуристические фигуры Франциско Инфанте и яркие люди-пузыри Олега Целкова, печально — смиренные персонажи Владимира Яковлева. Но все подлинники затмевает монтаж их видеокопий. Ну а в финале — к бабке не ходи — фрагменты «Охотников на снегу» великого Брейгеля, цитируемого Тарковским в «Солярисе». И опять картины — не главное. Но опять же это не важно.

«Полет на Солярис» — выставка-блокбастер. Ждать от нее тонких интерпретаций, открытия новых смыслов, погружения в мир художников — все равно что требовать психологизма от «Звездных войн» или экранизации философских отступлений от сериала «Война и мир». Блокбастер — это захватывающее зрителя впечатление, внешние эффекты, новые технологии. В таком выставочном жанре у нас никто не работает. Кроме Музея AZ, а он справляется с ним отлично, качественно. И если в родных стенах визуальным аттракционам было тесно, то на просторах Западного крыла Новой Третьяковки они смотрятся великолепно.

И надо сказать еще, что руководство Третьяковской галереи выбрало идеальный вариант дебютной выставки в недавно обретенной половине здания. Сразу видно, как эффективно можно его использовать для больших проектов.

Западное крыло Новой Третьяковки
«Свободный полет»
До 22 сентября