«Эль Греко и современная живопись» в Прадо

© METROPOLITAN MUSEUM OF ART
© METROPOLITAN MUSEUM OF ART

Главная выставка мадридского художественного сезона — это, безусловно, «Эль Греко и современная живопись» в Музее Прадо. Сложносоставная (около 50 художников), огромная (более 100 вещей из музеев США, Германии, Венгрии, Кубы и еще многих и многих стран),  полная изобразительных парадоксов, она рассказывает историю, которая в большинстве музеев смотрелась бы классической, но в восхитительно строгом королевском Прадо кажется пряной и почти радикальной.

Прямой перевод испанского El Greco y la pintura moderna на русский даже не то чтобы страдает неточностью, но вообще отсылает нас в другую сторону. Конечно же, здесь имеется в виду никакая не «современная живопись», а самая что ни на есть «живопись модернизма» — та самая, отсчет которой часто ведут от Мане и Сезанна и которая то ли жива, то ли нет, но до Фрэнсиса Бэкона точно дотянула. Именно этот промежуток и занимает авторов выставки, и в нем они находят глубокие следы подлинной эльгрекомании.

То, что так и будет, предсказывал еще Ортега-и-Гассет в 1915 году: «Полотна отступившего от правил грека высятся перед нами как вертикали скалистых берегов далеких стран. Нет другого художника, который так затруднял бы проникновение в свой внутренний мир... Cуровый критянин бросает дротики презрения с высот своих скалистых берегов; он добился того, что к его земле столетиями не причаливает ни одно судно. Сегодня эта земля стала людным торговым портом…» Но предсказание это обернулось столь неожиданными вариациями, столь людным и многоязыким стал тот порт, столько причудливых форм породила эльгрекомания, что разговор о ней оказался долгим и порой совершенно неожиданным.

Смотреть нынешнюю выставку в Прадо — это как читать роман с продолжением. Эль Греко в Прадо — это чрезвычайно важный сюжет в истории искусства, потому что нигде нет столь полного и представительного корпуса полотен великого грека, нигде больше нельзя увидеть Эль Греко во всех его ипостасях. Ну и соседи тут первоклассные — по ним художественная биография Эль Греко читается как по нотам: вот прибывший с Крита в Венецию грек учится у почти 90-летнего Тициана (смотрим того самого Тициана в соседнем зале); вот Бассано и Веронезе, у которых приезжий насмотрелся чудес света и цвета венецианской школы; вот Эль Греко в Риме, и, хотя мы ничего не знаем толком об этом его доиспанском периоде, нам стоит вспомнить позднего Микеланджело и Тинторетто, у которых — если не напрямую, то по какому-то дворжековскому родству душ, — Эль Греко возьмет то, что совсем скоро сделает его тем самым Эль Греко, цитировать которого и медитировать о котором будут поколения художников ХХ века: «анатурализм форм и анатуралистические цвет и композицию».

Переход от постоянной экспозиции музея к временной в таком контексте не кажется резким, хотя, понятное дело, все эти Сезанны, Пикассо и Поллоки в стенах переполненной сокровищницы Габсбургов явления чужеродные. Тут как бы опять вылезает на свет божий «история искусства как история духа» Дворжака, потому что большинство таких вроде бы очевидных связей между модернистами прошлого века и «духовидцем», безумство которого было очевидно для его толедских соседей, имеет прежде всего идейное происхождение, а потом уже формальные корни.

Куратор выставки Хавьер Барон предложил для нее четкое членение: «Модернизация живописи. От Мане до Сезанна», «Пикассо и кубизм», «Сулоага и Соролья», «Орфизм и его влияние», Немецкий экспрессионизм», «„Вид Толедо“ Эль Греко для других экспрессионистов», «Америка», «Фигуративность после Второй мировой войны». Однако это лишь хронология и география. На самом деле экспозиция смотрится как большой калейдоскоп, в котором любой поворот способен вызвать все новые и новые сочетания. Прямые и косвенные цитаты, отсылки в названии, заимствования по фрагментам, цветовые ассоциации, оммажи — способы разговора художников-модернистов с Эль Греко могли быть разными, но каждый раз оказывается, что язык маньеристического гения есть язык чуть ли не межвидового общения в западном искусстве. Ну казалось бы, какое могло быть дело Марку Шагалу с его четко выстроенной местечковой вселенной до католических озарений Доменико Теотокопулоса? Но нет — жест, которым архангел Гавриил сопровождает свою благую весть, понадобится Шагалу в его «Автопортрете с музой» (1917–1918, MAGMA of Europe), ибо что такое это видение художником музы как не благовещение? Городишки Сутина распадаются на атомы как в эльгрековском Толедо. Абстрактный экспрессионизм Джексона Поллока («Готика», 1944, из собрания МоМА) растет из удлиненных форм великого испанца. Эдуард Мане после посещения Мадрида заболеет испанским искусством, и если у Веласкеса он возьмет свой знаменитый серый цвет, то Эль Греко станет для него источником композиционных и световых формул. Поль Сезанн, гуру, которому вроде бы вообще не надо было ни у кого учиться, станет отрабатывать идеологию женского портрета через «копию» (1885–1886, частная коллекция, Лондон) тогда считавшейся эльгрековской «Дамы с горностаевым воротником» (1577–1579, Музеи Глазго). Каноническое «Вознесение Христа» (1600, Mildred Lane Kemper Art Museum at Washington University in St Luis) понадобится и Максу Бекману, и Джексону Поллоку. Знаменитейшая рука с портрета кабальеро (1580, Музей Прадо) возникнет через три с лишним века и у Амедео Модильяни, и у Пабло Пикассо.

Очень сильный и как бы отдельный сюжет на выставке — испанские модернисты. Здесь связь времен не прерывается вообще: в Испании Эль Греко как буква изобразительного алфавита. Игнасио Сулоага пишет вещи, которые продолжают сюжеты Эль Греко. У Пикассо тени, цвета, фигуры, целые группы Эль Греко будут появляться во всех его периодах: от «Воскрешения» (1901, Музей современного искусства города Парижа) «голубого» и разных вариантов «Мужчины с лошадью» (1905, 1906) «розового» периодов до самих «Авиньонских девиц» (1907, MoMA) или позднего «Портрета художника» (1950, Angela Rosengart Collection, Люцерн). Список художников, привлеченных кураторами из Прадо к этому разговору, ограничен только размерами выставочных залов: тут и Робер Делоне, и Хосе Ороско, и Диего Ривера, и Адриан Кортевег, и Эгон Шиле, и Оскар Кокошка, и Андре Дерен, и Альберто Джакометти, и Фрэнсис Бэкон. ХХ век явно лишил Эль Греко статуса одиночки — шлейф из восторженных потомков практически бесконечен.

Музей Прадо
Эль Греко и модернисты
До 5 октября

Самое читаемое:
1
«Пушкинская карта» назначена козырной
В России стартовала программа «Пушкинская карта»: с 1 сентября молодые люди в возрасте от 14 до 22 лет получат от государства деньги на приобщение к культуре
27.08.2021
«Пушкинская карта» назначена козырной
2
Главные выставки нового сезона
Выставка Врубеля под кураторством Аркадия Ипполитова, Жан-Юбер Мартен в ГМИИ, «Смолянки» Левицкого, Константин Мельников во всех видах, Ай Вэйвэй из дутого стекла, «Атомная Леда» Дали и многое другое в нашем списке самых любопытных проектов осени
01.09.2021
Главные выставки нового сезона
3
Дрезденский музей впервые показал «нового» Вермеера с расчищенным Купидоном
После реставрации знаменитая картина «Девушка, читающая письмо у открытого окна» настолько изменилась, что теперь в музее о ней говорят как о «новом» Вермеере
26.08.2021
Дрезденский музей впервые показал «нового» Вермеера с расчищенным Купидоном
4
«ГЭС-2» — это не только «Глина», это Дом культуры
Грандиозный шум вокруг «Большой глины № 4» Урса Фишера не должен затмевать главное: в центре Москвы усилиями фонда V–A–С появилось новое общественное пространство, возрождающее идею советских домов культуры, — «ГЭС-2»
24.08.2021
«ГЭС-2» — это не только «Глина», это Дом культуры
5
В Москве появилась «Музейная четверка»: что это значит?
Четыре крупных столичных музея объявили о создании совместного проекта и представили свои маршруты
16.09.2021
В Москве появилась «Музейная четверка»: что это значит?
6
Выставка «Константин Коровин. Шедевры из частных собраний» проходит в галерее «Артефакт»
В экспозиции показывают около 50 графических и живописных работ художника из частных собраний. Некоторые из них выставляются впервые
25.08.2021
Выставка «Константин Коровин. Шедевры из частных собраний» проходит в галерее «Артефакт»
7
От Боттичелли до Пепперштейна: художники на экране
Криминальные истории из мира aрт-бизнеса, ностальгические путешествия, интервью в анимационном формате и поездка на старом автомобиле: на The ART Newspaper Russia FILM FESTIVAL 2021 представлены разные жанры современного кино об искусстве
02.09.2021
От Боттичелли до Пепперштейна: художники на экране
Подписаться на газету

2021 © The Art Newspaper Russia. Все права защищены. Перепечатка и цитирование текстов на материальных носителях или в электронном виде возможна только с указанием источника.

16+