Нарисуем — будем жить

В начале июня берлинский Музей архитектурного рисунка, созданный Сергеем Чобаном, отметил пятилетие

Музей архитектурного рисунка в Берлине. Фото: Roland Halbe
Музей архитектурного рисунка в Берлине.
Фото: Roland Halbe

Само понятие архитектуры нередко ассоциируется с чем-то заведомо трехмерным и, скорее всего, крупногабаритным. Хотя отправной точкой даже для самого грандиозного проекта может послужить маленький клочок бумаги с несколькими линиями. По крайней мере, так бывало в докомпьютерную эпоху. Традиция архитектурного рисунка насчитывает несколько столетий, и накопившиеся материалы такого рода чрезвычайно ценны, прежде всего для понимающей аудитории. Вероятно, в силу как раз элитарности подобной графики она до поры до времени обходилась без ориентированной исключительно на этот жанр музейной площадки — несмотря на богатые международные архивы, государственные и частные.

Первый музей архитектурного рисунка появился в 2013 году в Берлине, в тесном соседстве с бывшей пивоварней Pfefferberg, еще в 1990-е превращенной в арт-кластер. Инициатором создания и основателем музея стал Сергей Чобан, в прошлом ленинградский архитектор, с 1992 года живущий и работающий в Германии. В основу будущих фондов он положил собственную коллекцию и сам искал возможности для финансирования строительства. Он же выступил в качестве проектировщика здания, а его соавтором стал Сергей Кузнецов — в ту пору партнер Чобана в бюро Speech, впоследствии главный архитектор Москвы.

«Для меня важным было желание сделать проект, где ты сам управляешь процессами реализации, где не идешь на вынужденные компромиссы. Хотя они всегда неизбежны, но в случае с этим зданием компромиссы были минимальны», — поведал Сергей Чобан TANR.

Музей архитектурного рисунка в Берлине. Фото: Roland Halbe
Музей архитектурного рисунка в Берлине.
Фото: Roland Halbe

Вроде бы архитекторы действительно стали здесь заказчиками сами для себя, но все равно ограничений хватало. Начать с того, что выделенный участок был размером 8х12 м — понятно, что еще один Лувр ни при каком раскладе возвести не получилось бы. Камерный, «кабинетный» формат музея подразумевался изначально, однако за счет вертикальной ориентации и консольной планировки он вышел довольно емким. И максимально технологичным: проектировщики стремились компенсировать недостаток площадей соблюдением всех мыслимых музейных установок и заботой о комфорте посетителей.

«Климат, безопасность и вообще все, что связано с необходимыми условиями для проведения выставок, — все это в музее создано. И это воспринимается нашими партнерами — и уже состоявшимися, и будущими. За все время не было ни одного отказа, ни одного случая непонимания, для чего нужно такое партнерство», — поясняет Сергей Чобан.

Партнерство не просто красивое слово, а базовый принцип деятельности музея. Хотя он и обладает собственным собранием (в компактном депозитарии на третьем этаже хранятся рисунки Фрэнка Гери, Ивана Леонидова, Даниеля Либескинда, Людвига Миса ван дер Роэ, Оскара Нимейера, Альдо Росси, Захи Хадид, Якова Чернихова), но выставочная политика строится преимущественно на обмене экспозициями. Что-то из своего периодически отправляется в чужие стены, а в здании на Кристиненштрассе столь же периодически принимают гостевые проекты. Отнюдь не гигантские (в двух узких залах помещается не так уж много экспонатов), зато кураторски выверенные и, как правило, незнакомые широкой интернациональной публике.

Музей архитектурного рисунка в Берлине. Фото: Roland Halbe
Музей архитектурного рисунка в Берлине.
Фото: Roland Halbe

Сейчас, например, здесь показывают выставку «Видения мировой архитектуры» (Visions of World Architecture), привезенную из лондонского Музея сэра Джона Соуна. Прославленный архитектор-классицист, Соун долгое время преподавал в Королевской академии художеств и для своих лекций заказывал разным художникам видовые акварели — как с изображениями реальных объектов, от Античности до начала XIX века, так и аналитические фантасмагории, иллюстрирующие его взгляды на профессию. Чрезвычайно любопытное зрелище, и к тому же уникальное: в самом музее Соуна такие листы содержатся в запаснике.

Это как раз один из примеров партнерства. С упомянутой лондонской институцией Музей архитектурного рисунка поддерживает постоянную кураторскую связь (первой выставкой в новом музее в 2013 году стал показ работ Пиранези как раз из коллекции Музея Джона Соуна). Почти тогда же началось сотрудничество с парижской Школой изящных искусств. В 2016 году прогремела выставка рисунков из венской Альбертины. Разумеется, гостили на этой берлинской площадке и произведения из России, в частности здесь проходила выставка глиняных рельефов Александра Бродского.

Кто-то скажет: рельефы не графика же. Но сотрудники музея не склонны упираться в догмы. Здесь готовы демонстрировать совершенно разные произведения: от черновых эскизов до проектной документации, от романтических городских пейзажей до чуть ли не поэтажных планов — был бы внутри проекта художественный смысл. Но, кстати, ближайший после музейного микроюбилея хит никак не может подвергнуться жанровым сомнениям: в начале 2019 года обещаны рисунки знаменитого португальского архитектора Алвару Сизы.

Самое читаемое:
1
Иконы из музеев — в церкви: как повлияют на сохранность памятников изменения в законе
Нас ждет потрясение музейных основ: закон о Музейном фонде РФ могут изменить, чтобы облегчить церкви получение икон из государственных музеев. Их руководители прогнозируют, чем это может обернуться, и говорят о непременных условиях передачи
05.08.2022
Иконы из музеев — в церкви: как повлияют на сохранность памятников изменения в законе
2
От перемены мест картин их восприятие меняется
Для выставки «Брат Иван. Коллекции Михаила и Ивана Морозовых» Пушкинский музей создал в своих залах идеальный музей шедевров
02.08.2022
От перемены мест картин их восприятие меняется
3
Умерла Наталья Нестерова, амазонка советского искусства
На 79-м году ушла из жизни Наталья Нестерова, известный московский художник, один из лидеров «левого МОСХА»
11.08.2022
Умерла Наталья Нестерова, амазонка советского искусства
4
Игорь Сысолятин: «Я всегда стремлюсь к самым лучшим экземплярам»
В московском Музее русской иконы им. Михаила Абрамова проходит выставка «Россия в ее иконе. Неизвестные произведения XV — начала XX века из собрания Игоря Сысолятина». Мы поговорили с владельцем представленной коллекции о его страсти и любимых экспонатах
09.08.2022
Игорь Сысолятин: «Я всегда стремлюсь к самым лучшим экземплярам»
5
Как Испанская республика спасла шедевры Прадо
Во времена гражданской войны испанские власти и международное сообщество создали уникальный прецедент по охране наследия в условиях вооруженного конфликта. Позже эту историю назвали «самой крупной в мире операцией по спасению произведений искусства»
29.07.2022
Как Испанская республика спасла шедевры Прадо
6
«Архстояние»: «Шесть соток» и прочие символы счастья
В деревне Никола-Ленивец Калужской области прошел очередной фестиваль «Архстояние», от которого останется несколько монументальных произведений и масса впечатлений
01.08.2022
«Архстояние»: «Шесть соток» и прочие символы счастья
7
Технологии воссоздали кошмары Уильяма Блейка
Самые мрачные из видений художника, поэта и мистика воссозданы при поддержке Музея Гетти и Apple средствами дополненной реальности. Проект осуществил художественный дуэт Tin&Ed и озвучил хип-хоп-продюсер Just Blaze
02.08.2022
Технологии воссоздали кошмары Уильяма Блейка
Подписаться на газету

2021 © The Art Newspaper Russia. Все права защищены. Перепечатка и цитирование текстов на материальных носителях или в электронном виде возможна только с указанием источника.

16+