Сергей Андросов: «Сопоставление картины с работами учеников Леонардо показывает, что „Мадонна Литта“ их превосходит по качеству»

Британский эксперт Мартин Кемп усомнился в авторстве эрмитажного Леонардо. Он считает, что «Мадонна Литта», поступившая в Эрмитаж из миланского собрания герцога Антонио Литты в 1865 году, принадлежит кисти Больтраффио, ученика Леонардо. В Государственном Эрмитаже в авторстве Леонардо да Винчи не сомневаются, и Сергей Андросов по просьбе The Art Newspaper Russia объяснил почему.

Материал, посвященный экспонированию картины «Мадонна с Младенцем», известной также как «Мадонна Литта», из Эрмитажа на выставке «Леонардо да Винчи. Художник при миланском дворе» в Национальной галерее (Лондон) в 2011–2012 годах, и высказывания об этом профессора Мартина Кемпа представляются несколько запоздавшими. Тем не менее хотелось бы прояснить несколько моментов, связанных с выставкой, и ответить на вопросы, которые могут возникнуть у русского читателя.

Практика международных выставок обычно предполагает, что произведения искусства, приглашаемые для участия, экспонируются с определениями авторов и сюжетов, принятыми в коллекциях, где они хранятся постоянно. Столь же обычным является то обстоятельство, что каталожные описания составляются кураторами этих собраний. Запрос на участие «Мадонны Литта» в лондонской выставке формулировался именно как запрос на предоставление картины Леонардо да Винчи. Если бы они придерживались другой точки зрения, вероятно, не настаивали бы на участии в экспозиции именно этой картины. Каталожное описание, составленное ведущим научным сотрудником Эрмитажа Т.К.Кустодиевой, как раз убедительно показало, что, несмотря на высказанные западными исследователями предположения об авторстве разных учеников Леонардо (не только Больтраффио, но также Бернардино де’ Конти, Марко д’Оджоно), никто из них не представил убедительных доказательств своей точки зрения. Напротив, сопоставление картины с работами учеников Леонардо показывает, что «Мадонна Литта» их превосходит по качеству и является произведением, совершенно достойным кисти мастера из Винчи. Как работа Леонардо картина показывалась на многих выставках за рубежом, в частности в последнее время как отдельный шедевр в Риме (в Квиринальском дворце) и Венеции (во Дворце дожей).

Таким образом, точка зрения профессора Кемпа является его личной точкой зрения. Следует заметить, что нередко историки искусства, работающие в музеях и больше изучающие историю каждого отдельного экспоната, имеют мнения, отличные от университетских ученых, более занятых преподаванием и общими вопросами истории искусства. К числу последних принадлежит и профессор Кемп. Его работы о Леонардо более связаны с научной и теоретической деятельностью художника, нежели с картинами. Профессор Кемп никак не проявил себя, например, как автор каталогов коллекций или атрибуций картин. Поэтому его мнение тут никак не может быть решающим.

Впрочем, здесь может просматриваться и более широкий контекст. Давно замечено, что западные историки подозрительно придирчивы, когда речь идет о произведениях искусства из российских музеев. Можно подумать, что им кажется невероятным, как в далекой восточной и кажущейся варварской стране могли скопиться значительные художественные коллекции. Они, по-видимому, ничего не знают о широкой собирательской деятельности российских императоров и вообще русских аристократов. Ранее это предубеждение можно было объяснить незнанием оригиналов и использованием плохих фотографий. Ныне подобные объяснения уже не подходят. Поэтому представляется возможным говорить не только о субъективном восприятии произведений искусства, но и о других факторах, например о влиянии художественного рынка. Неслучайно в интервью профессора Кемпа упоминается картина Salvator Mundi («Спаситель мира»), несмотря на плохое состояние и не совсем ясную историю, проданная недавно за рекордные деньги. Она тоже экспонировалась на лондонской выставке под именем Леонардо да Винчи, что представляется гораздо более спорным. И странно, что такое определение авторства было поддержано как раз профессором Кемпом. 

Эрмитаж традиционно строго относится к атрибуции своих произведений и готов отстаивать их в научных дискуссиях.