Центр арт-мира возвращается в Париж

Времена, когда парижские аукционы скромно жались в тени лондонских и нью-йоркских, похоже, прошли. Christie’s и Sotheby’s опубликовали рекордные результаты своих парижских отделений за прошлый год, а главный аукционный центр Франции Drouot сообщил, что 74 его участника продали искусства на €377 млн — против €370 млн в 2016 году.

Французский Christie’s закончил прошлый год с €342,3 млн (результат аукционного дома в целом по миру — $6,6 млрд). Это лучший показатель парижского отделения Christie’s с 2009 года, когда была продана легендарная коллекция Ива Сен-Лорана. Сумма на целых 40% превышает цифры 2016 года. При этом €96,6 млн принесло только послевоенное и современное искусство — высшее достижение в данной категории во Франции.

Объем продаж парижского Sotheby’s вырос на 12,3% и составил €246,5 млн — абсолютный рекорд с момента прихода аукционного дома во Францию в 2001 году (при общей сумме $4,7 млрд по всему миру). Больше всего — на 76% — увеличились показатели отдела дизайна ХХ века. Рост продаж современного искусства тоже впечатляет: итоговая сумма €78,7 млн почти на 40% больше, чем в предыдущем году. Новые ценовые рекорды побили произведения таких послевоенных французских художников, как Пьер Сулаж, Жермен Ришье и Ханс Хартунг. В 1980-е они впали в немилость, но теперь рынок открывает их заново.

И только у Artcurial продажи снизились на 9%, но этот спад связан прежде всего с отсутствием в числе лотов чего-либо подобного Ferrari за €32,1 млн, проданного в 2016 году.

Выход Великобритании из ЕС вызвал неуверенность на лондонском рынке, но способствовал ли он успеху Парижа? Нет, считает глава отдела современного искусства Sotheby’s в Париже Стефано Морени. «Париж растет вопреки Brexit, а не благодаря ему», — говорит он, отмечая, что в 2017 году британская столица также показала относительный рост (современное искусство на лондонском Sotheby’s выросло на 30%).

Но есть и мнение, что после Brexit все больше людей стали связывать свое будущее с континентальной Европой. «В последние годы Лондон был для французов самым вожделенным местом и тысячи богатейших людей уезжали из Парижа. Теперь ситуация меняется», — говорит Таддеуш Ропак, которому, помимо площадок в Лондоне и Зальц­бурге, принадлежат две галереи в Париже, на протяжении всего 2017 года делавшие уверенные продажи (например, прошедшая прошлой весной выставка Георга Базелица была распродана подчистую).

Традиции коллекционирования во Франции давние и прочные. Сейчас поколение послевоенного беби-бума стареет, поэтому неудивительно, что в прошлом году в Париже было много монографических торгов. Christie’s распродал десять частных коллекций, в том числе собрание кутюрье Юбера де Живанши (€32,7 млн). Sotheby’s выставил 15 коллекций, в том числе 150 лотов из собрания французского дизайнера интерьеров Жака Гранжа, которые принесли аукционному дому €28,4 млн. Среди них были работы Эйлин Грей, Дональда Джадда, Анри Матисса и Дэвида Хокни.

Многие французские коллекционеры гордятся национальным наследием и предпочитают продавать работы из своих собраний на родине. В октябре на парижском Christie’s «Большая стоящая женщина» Альберто Джакометти ушла с молотка за €24,9 млн, став самым дорогим произведением искусства, проданным во Франции за год. «Работы такого уровня обычно отправляют на торги в Лондон или Нью-Йорк, — говорит директор парижского офиса Christie’s Эдуар Боккон-Жибо, — но ее продавец гордится тем, что он гражданин Франции, и не пожелал вывозить такую ценность». 

Покупатели в Париже все чаще ищут un supplément d’âme, что можно перевести как «дополнительную душевность», по словам Фабьена Нодана, вице-президента Artcurial, продавшего в прошлом году 23 коллекции. «Все дело в особом настроении. Где еще продавать коллекцию Ива Сен-Лорана, как не в Париже?» 

Что же касается аукционных домов, то для них коллекция одного владельца — маркетинговая мечта на фоне повседневных продаж, хотя реальную прибавку в стоимости, которую они дают, оценить трудно. «Это может быть и 1, и 20, и 50%», — говорит Нодан.