Ни одно животное не пострадало: скандал вокруг выставки Яна Фабра в Эрмитаже

Противники современного искусства нашли повод для критики и требуют закрыть выставку Яна Фабра с инсталляциями из чучел собак и кошек, которую показывают в Государственном Эрмитаже

Егор Руссак/ТАСС
Егор Руссак/ТАСС

Выставка знаменитого бельгийца Яна Фабра «Рыцарь отчаяния — воин красоты» открылась в Эрмитаже 22 октября в зданиях на Дворцовой набережной и помещениях в Главном штабе. Противники современного искусства нашли уязвимое место выставки. Им оказались коты и собаки: в парной инсталляции «Карнавал мертвых дворняг» (2006) и «Протест мертвых бездомных котов» (2007), расположенной в Главном штабе и занимающей один из залов анфилады, художник использовал чучела животных на фоне классической голландской и фламандской живописи, в том числе натюрмортов с битой дичью. Музеем сразу было разъяснено: Фабр подбирал трупы на обочинах автострады, где были сбиты животные, выброшенные своими хозяевами. Соответствующие залы выставки отмечены возрастной маркировкой 16+.

Однако эта история получила продолжение: 10 ноября ровно в 15 часов началась сетевая атака на музей — массовые перепосты с хештегом #позорэрмитажу. Как всегда в таких случаях, в этих постах преобладают высказывания агрессивные с использованием ненормативной лексики. Люди, которые не были на выставке (о чем свидетельствует приложенное к их жалобам фото с распятым котенком, которого нет в экспозиции) и не способны без ошибок написать фамилию директора музея, призывали к закрытию выставки, увольнению директора, в этой же толпе зазвучали голоса о физической расправе над художником и музейщиками.

Среди бескомпромиссных критиков современного искусства предсказуемо оказались певица Елена Ваенга и депутат Госдумы РФ Виталий Милонов.

Возмущение выставкой Фабра разделяет и Лиана Рогинская, вдова художника Михаила Рогинского, известная фанатичной любовью к животным. «На мой взгляд, никакого отношения к искусству это не имеет, но это отличный пример того, до какой мерзости может дойти нарциссизм и эксгибиционизм в сочетании с отсутствием таланта. Один вопрос: а если бы трупы были не собачьи, а человечьи, вы бы тоже аплодировали этому Херсту для малоимущих?» — заявляет она.

Одиннадцатого ноября противники выставки создали на портале change.org петицию в адрес министра культуры с требованием закрыть выставку. Характерно, что в самом тексте опять упомянут «распятый кот», который «привел в шок верующих, глубоко задев их чувства», хотя такой работы, повторимся, на выставке нет. К настоящему моменту петицию подписали почти 10 тыс. человек.

В ответ Министерство культуры разместило на своем сайте комментарий, объявив, что не считает нужным вмешиваться в выставочную политику музея: «Государственный Эрмитаж, как и другие российские музеи, имея достаточно широкую независимость и свободу, самостоятельно определяет приоритеты выставочной деятельности, их тематическую направленность, художественное решение и дизайн».

Заведующий отделом новейших течений Государственного Русского музея Александр Боровский, относящийся к творчеству Фабра весьма критично, написал: «Думаю, касательно этой конкретной петиции, вовсе не в зверюшках дело. Перед простодушными любителями живого готов извиниться — я не про вас. Вас просто призвал бы не понимать искусство буквально — иначе трудно будет найти для себя что-либо совсем уж нейтрально-отрадное. Особенно в искусстве современном. Так что берегите себя. Или постарайтесь взглянуть чуть шире. Я — про авторов петиции. И комментов в сетях — не поленился просмотреть. Они написаны удивительно злым, бескомпромиссно обличающим языком. Настолько нетерпимым тоном, что понимаешь: нелюбовь к людям превосходит любовь к зверюшкам, якобы попранную художником и его эрмитажными кураторами. Если ты заботишься о живом, так о людях не пишут. Таким тоном писались в приснопамятные времена требования применять высшую меру».

На стороне Фабра петербургская зоозащитница Анна Кондратьева, написавшая в своем аккаунте на Facebook: «А для того, чтобы показать (рассказать. — TANR) добреньким и впечатлительным зрителям о тех тысячах и тысячах брошенных животных, погибших под колесами, принесенных на усыпление. Фабр как бы достает скелеты из шкафов и предъявляет их публике. Имхо, шубы и меховые горжетки на плечах модниц гораздо менее уместны, нежели чучела в залах Эрмитажа».

Петербургская художница и волонтер Центра помощи диким животным «Сирин» Александра Гарт точно отметила на своей странице в  Facebook: «В связи с последней вспышкой зоошизоидной активности в ленте пришла такая мысль — а Хёрст молодец, умный мужик. Свинок и акул никому не жалко, хоть и убиты они специально для его произведений. А злой, нехороший человек Фабр набивает чучела из кошечек и собачек, хоть и уже дохлых — подвесить его на крюки!»

Эрмитаж 12 ноября запустил ответный хештег #кошкизафабра и получил поддержку, в частности, от музея и кафе «Республика кошек», где живут в том числе и взятые из Эрмитажа коты. «Ни одна кошка не пострадала при подготовке выставки Яна Фабра, как бы того ни хотели авторы хештега #позорэрмитажу», — написал в Facebook Дмитрий Озерков, глава отдела современного искусства Эрмитажа.

Эрмитаж — единственный в мире музей, который уже десятилетия имеет в своем штате на довольстве целую команду котов и даже проводит ежегодный праздник «День кота».

Фото: Государственный Эрмитаж
Фото: Государственный Эрмитаж
Справка

Генеральный директор Государственного Эрмитажа Михаил Пиотровский в своей статье для газеты «Санкт-Петербургские ведомости» написал:

«В Эрмитаже открылась выставка мудрого художника Яна Фабра. Все смотрят на натюрморты Снайдерса и думают, как они красивы. Но срезанные плоды, убитые животные — напоминание о смерти. Стоит представить на секунду, как пахнет „Лавка дичи“ или „Рыбная лавка“ Снайдерса. В его натюрмортах есть второй смысл. Глядя на них, человек должен видеть мастерство художника и думать о том, что жизнь проходит.

Поэтому Фабр между картинами вставляет черепа. Вспоминайте! Напротив он располагает чучело павлина, которое держит скелет. Вспоминайте! Свое изображение он ставит вплотную к картине так, что из носа „течет кровь“. Слишком близко к искусству приближаться опасно. У Фабра всюду сложные смыслы.

Его инсталляции с чучелами кошек и собак в Главном штабе шокируют. Но это напоминание о варварском отношении к животным, о чем свидетельствует даже название. Надо не возмущаться, а задуматься, о чем говорит художник.

Да, очень резко. Но искусство не всегда должно доставлять только эстетическое удовольствие. Фабр „кричит“ о том, что происходит в мире. Неуютно? Да, но вспоминайте о том, что происходит.

У меня на столе пачка протестов. Пишут как под копирку: „уберите Фабра из Эрмитажа“ (это, дескать, „бескультурье“). Упрекают: как можно показывать это сейчас, когда страну взбудоражила история хабаровских живодерок. Именно сейчас это звучит особо. Ужасы характерны для нашего времени, как характерна и нетерпимость.

В „крике“ Фабра много глубокого смысла. Не хотите слышать, не слушайте. Он безупречен, точно останавливается на грани, за которой ужас и грязь.

Современное искусство — вызов. Провоцируя, оно заставляет людей задуматься. Этому надо радоваться, а не огрызаться. Если кому-то такое искусство не нравится или не все его понимают — это нормально».

Еще…
Самое читаемое:
1
Генрих Семирадский и античная красота: выставка в Третьяковке
Очередная крупная выставка в Государственной Третьяковской галерее расскажет о полузабытом академисте и любви XIX века к античности, а также о том, насколько эта любовь остается стойкой и в наши дни
26.04.2022
Генрих Семирадский и античная красота: выставка в Третьяковке
2
Море уничтожает любимую церковь импрессионистов
Любимая импрессионистами церковь Сен-Валери в Нормандии, которую писал Клод Моне и рядом с которой похоронен Жорж Брак, рискует соскользнуть в море: меловые скалы неумолимо осыпаются
26.04.2022
Море уничтожает любимую церковь импрессионистов
3
Коллекция Морозовых наконец вернулась в Россию
Транспортировка из Франции 167 работ из собраний четырех ведущих музеев Москвы и Петербурга — Государственного Эрмитажа, Третьяковской галереи, ГМИИ им. А.С.Пушкина и Русского музея — заняла почти 20 дней
05.05.2022
Коллекция Морозовых наконец вернулась в Россию
4
Кошмары и грезы Венецианской биеннале
Что привлекает особое внимание на начавшей работу 59-й Венецианской биеннале современного искусства? Cвоими впечатлениями делится московская галеристка и куратор Елена Крылова, побывавшая на открытии
27.04.2022
Кошмары и грезы Венецианской биеннале
5
Как быть и что делать: отвечают лидеры российского арт-рынка
Мнениями о текущем состоянии российского арт-рынка и его перспективах поделились крупные московские и петербургские антиквары, галеристы и представители аукционного бизнеса
06.05.2022
Как быть и что делать: отвечают лидеры российского арт-рынка
6
«Голубая простреленная Мэрилин» Уорхола — теперь самая дорогая картина ХХ века
Серия аукционов искусства ХХ–ХХI веков Christie’s в Нью-Йорке принесла аукционному дому $420,9 млн и 18 новых рекордов цен на современных художников. В торгах участвовали покупатели из 29 стран, 2,3 млн зрителей со всего мира следили за ходом аукционов онлайн
11.05.2022
«Голубая простреленная Мэрилин» Уорхола — теперь самая дорогая картина ХХ века
7
В московских музеях разрешили продавать алкоголь. Но не во всех
Приятное нововведение коснется только учреждений, подведомственных московскому департаменту культуры. Посетителям федеральных музеев и музеев-заповедников придется остаться трезвыми
12.05.2022
В московских музеях разрешили продавать алкоголь. Но не во всех
Подписаться на газету

2021 © The Art Newspaper Russia. Все права защищены. Перепечатка и цитирование текстов на материальных носителях или в электронном виде возможна только с указанием источника.

16+