Сарайный ордер

№45, июль-август 2016
№45
Материал из газеты

Дешевые, практичные, остроумные — такие проекты предлагает Архитектурная биеннале в Венеции

XV Международная архитектурная биеннале в Венеции под девизом ее куратора чилийца Алехандро Аравены Вести с передовой стала не парадом звездных гениев-одиночек, а каталогом доступных практических идей и подходов, позволяющих архитекторам внести свою лепту в борьбу с экономическим кризисом, решать проблемы массовой миграции и беженцев, удешевления строительства и улучшения качества жизни в неблагополучных регионах. При этом многие участники биеннале показали, что к этим задачам можно подойти остроумно и небанально.

В главной выставке Вести с передовой участвуют 88 архитекторов из 37 стран, 50 из них — впервые, а 33 участника моложе 40 лет, что для архитекторов почти детский возраст. Кроме того, свои выставки показывают 65 национальных павильонов, в том числе Россия. Это меньше, чем на художественной биеннале, но достаточно, чтобы считаться главной архитектурной выставкой мира.

49-летний Алехандро Аравена, обладатель главной профессиональной награды — приза Прицкера, прославившийся проектами социального жилья, явно стремился вывести на сцену своих земляков из Латинской Америки, а также из других стран со схожей судьбой мировой архитектурной периферии. Неудивительно, что международное жюри отметило «Золотыми львами» бразильcкого патриарха, лидера брутализма, виртуоза необработанного бетона Пауло Мендеса да Роша (за вклад) и парагвайца Солана Бенитеса, признанного лучшим архитектором на нынешней биеннале.

Сетчатая арка-свод из грубых кирпичей лауреата Бенитеса — один из самых заметных экспонатов выставки. Эта конструкция хороша тем, что позволяет не только сэкономить материал, но и использовать труд неквалифицированных рабочих там, где трудно найти квалифицированных. Из ряда строительных новшеств и разработка инженеров Массачусетского технологического университета: они придумали собирать своды — то ли пещеры, то ли паруса, — как паззл, из уже готовых деталей, рассчитанных на компьютере, элементы сцепляются друг с другом всухую и не требуют каркаса и связующего раствора.

Сам Аравена тоже показал пример экономии, представив гигантскую инсталляцию из 100 т спрессованного мусора, оставшегося от прошлой художественной биеннале, причем отходы у него выглядят благородным природным материалом вроде известняка, а гроздья арматуры похожи на эстетскую скульптуру. Художники давно уже научились превращать мусор в искусство — теперь очередь за архитекторами. Как выясняется, нет такого сора, из которого не могло бы вырасти здание или целый город.

И это не прихоть, а насущная необходимость. «Нам нужно строить дома для миллиона людей каждую неделю — не дороже $10 тыс. каждый. В одну лишь Германию в прошлом году приехал миллион беженцев. Но это только Германия, а в мире каждую неделю миллион людей переселяется в города, и нужно создать им достойные условия для жизни», — так определил Аравена одну из главных задач для своих коллег из разных стран в интервью TANR.

Причем этот еженедельный миллион нужно не просто разместить, но и адаптировать к новым условиям, создать минимальный комфорт, в том числе психологический. Идеи находятся рядом, в местных традициях, будь то монгольские юрты, которые предлагается пристраивать прямо к многоэтажкам, или индийские матерчатые шатры, которые легко поставить в поле, или же плавучие конструкции из лагосской лагуны (за проект такой плавающей школы нигерийско-голландское бюро NLÉ получило «Серебряного льва»). Среди самых оригинальных мыслей, как улучшить городскую среду, — идея создать звуковую архитектуру, увеличить количество колокольного звона на душу населения, ее предложил участник выставки из Испании.

Даже сэр Норман Фостер, самый звездный из «стархитекторов», автор знаменитого дома-огурца в Лондоне и амбициозного проекта Апельсин для Москвы, выступил в этот раз в жанре малых дел, показав вместе со своими студентами «дронопорт» — крошечную площадку для приземления дронов, которые в бедствующей Африке более уместны для доставки продуктов и прочего, чем самолеты или вертолеты.

И вот ирония судьбы: наш соотечественник Борис Бернаскони, в 2008 году наскандаливший на Венецианской биеннале своим сатирическим памфлетом против фостеровского Апельсина в Москве (в результате так и не осуществленного), сейчас как будто поменялся ролями со своим прежним противником. Бюро Bernaskoni представило на выставке MATREX — многофункциональное здание в подмосковном Сколкове, российской резервации современной звездной архитектуры. Даже трехметровый макет этой футуристической башни с офисами, концертным залом, садом, музеем, ресторанами, в разрезе напоминающей матрешку, выглядит вызывающе роскошно на фоне «бедных» коллег. По мнению Аравены, «менее очевидное поле боя архитектуры — перестать строить посредственное жилье, победить банальность. Работа Бернаскони как раз про это».

Куратор каждому нашел доброе слово, в том числе второму российскому участнику выставки, Александру Бродскому, назвав его работу символом русской души. И с этим трудно не согласиться. Притулившийся на самом краю берега в венецианском Арсенале, как васнецовская Аленушка у воды, небольшой покосившийся сарай, покрытый серым рубероидом, вызывает щемящее чувство узнавания. Если есть у российских построек какой-то элементарный модуль, то он очень похож на постройку Бродского, большого мастера вот таких метафорических полускульптур-полузданий, уютных павильонов и беседок, часто собранных из бэушных дощечек и рам. В конце концов, рядом с фронтом должно быть и убежище от боев. И возможно, именно оно находится на самой передовой.

Биеннале открыта до 27 ноября.


Национальные павильоны

Courtesy: La Biennale di Venezia

Самое читаемое:
1
Юлия Петрова: «Наши выставки — это не просто картины, развешанные по стенам»
Музей русского импрессионизма задумали в 2012 году. Четыре года спустя он обосновался в перестроенном для него здании — и с тех пор не позволяет о себе забывать. Мы поговорили с директором музея об успехах, проблемах и возможных перспективах
11.01.2023
Юлия Петрова: «Наши выставки — это не просто картины, развешанные по стенам»
2
Барельефы Сергея Меркурова остались на «Динамо»
Монументальные панно с исторического здания 1930-х годов сделали центром публичного арт-пространства
12.01.2023
Барельефы Сергея Меркурова остались на «Динамо»
3
Золотое кольцо неустановленного размера
Туристическому маршруту, а заодно и историко-культурному проекту под названием «Золотое кольцо России» исполнилось 55 лет. Рассказываем, кто его придумал и сколько городов в него входит
17.01.2023
Золотое кольцо неустановленного размера
4
В Малаге по-прежнему показывают русское искусство
В то время как Русский музей приостановил выдачу экспонатов в свой филиал в испанской Малаге, там впервые выставлена значимая частная коллекция русского искусства, собранная за два десятилетия лондонским предпринимателем Дженни Дуган-Чепмен Грин
19.01.2023
В Малаге по-прежнему показывают русское искусство
5
Роботы и художники: от Александры Экстер до Яёи Кусамы
Робот в обличье японской художницы Яёи Кусамы, пишущий картины в витрине бутика Louis Vuitton в Нью-Йорке, побудил нас вспомнить самые выразительные образы роботов в искусстве
13.01.2023
Роботы и художники: от Александры Экстер до Яёи Кусамы
6
Генрих Шлиман: человек, который во второй раз разрушил Трою
Имя Генриха Шлимана окружено мифами почти так же плотно, как история города, поискам которого он посвятил всю жизнь. Его юбилей отмечают во всем мире
12.01.2023
Генрих Шлиман: человек, который во второй раз разрушил Трою
7
Робот в образе Яёи Кусамы пишет картины в витрине магазина
Концерн LVMH, привлекший к сотрудничеству над коллекцией для Louis Vuitton Яёи Кусаму, стилизовал магазины бренда под миры японской художницы
10.01.2023
Робот в образе Яёи Кусамы пишет картины в витрине магазина
Подписаться на газету

2021 © The Art Newspaper Russia. Все права защищены. Перепечатка и цитирование текстов на материальных носителях или в электронном виде возможна только с указанием источника.

18+