«Русскую фотографию мало знают»

Почему аукционный дом, уже более десяти лет занимающийся русской живописью, вдруг обратился к фото­графии?

Действительно, фотография — один из разделов в русском искусстве, которым мы еще не занимались. Занимались графикой, живописью, иконами, предметами декоративно-прикладного искусства и обратили внимание на парадоксальную ситуацию. Во всем мире фотография становится все более востребованным сектором арт-рынка, открываются новые площадки, например PhotoWorld Dubai, второй год проходит ярмарка Photo London (19–22 мая), то есть это тема модная, современная. При этом русская фотография не присутствует на западном рынке практически вообще. Именно поэтому мы решили открыть международный отдел фотографии, куда будут включены как западные фотографии, так и русские.

И начинаем мы, на наш взгляд очень логично, с фотографий и русских и мировых конца XIX — начала ХХ века. Это будет отдельный аукцион, который пройдет во время Photo London 21 мая. Он называется Мир глазами пилигримов. Причем топ-лотами этих торгов будут шесть дагеротипов Жозефа-Филибера Жиро де Пранже, одного из основоположников мировой фотографии (его снимок храма Юпитера в Афинах, сделанный в 1842 году, был продан на Christie’s почти за $1 млн шейху из Катара Сауду аль-Тани).

И рядом будут русские?

Да, рядом с датчанином середины XIX века Торвальдом Митрейтером будет русский пикториалист Александр Гринберг, рядом с фотографиями Дмитрия Дебабова, советского фотожурналиста, снимавшего за Полярным кругом, — работы польского фотографа XIX века Юрия Дуткевича. Хронологически торги Мир глазами пилигримов охватят период с 40-х годов XIX века до Второй мировой войны.

В одной обойме с ними идет второй фотографический аукцион, который будет уже полностью русским и состоится в рамках традиционной лондонской недели русских торгов в начале июня. Предаукционную выставку к обоим торгам мы откроем заранее и организуем в ее рамках серию лекций, в основном по русской фотографии. И все это будет включено в ВИП-программу ярмарки Photo London, чтобы люди, мало что знающие о русской фотографии, имели возможность познакомиться с классикой.

Стартовать даже с русской живописью, гораздо более известной на Западе, было непросто… Вы надеетесь на успех?

Мы не питаем иллюзий. Мы понимаем, что, во-первых, русская фотография практически ничего не стоит, а во-вторых, она мало кому нужна. В такой непростой ситуации мы и начинаем. Сейчас в мире самая дорогая — современная фотография, а когда мы говорим о России, мы прежде всего говорим о классике. Если западные коллекционеры и специалисты два-три имени русских слышали, это уже хорошо.

Три года назад аукционный дом Sotheby’s делал попытку провести специализированный аукцион русской фотографии второй половины XX века. Предаукционная выставка проходила в Москве — а итоги были мизерны.

Но у нас абсолютно другая концепция. Мы ориентируемся в основном на западных, а не на русских покупателей. Вначале я провела такой эксперимент. Я привезла очень уважаемого западного эксперта показать очень уважаемую русскую коллекцию фотографий, в которой были (кроме всеми узнаваемых Александра Родченко, Дмитрия Бальтерманца, Дмитрия Дебабова) снимки Александра Гринберга. Эксперт сказал что-то вроде «это абсолютно неизвестный фотограф, но фотографии настолько хороши, что я потрясен». Я не стала говорить, что Гринберг, в общем-то, не совсем абсолютно неизвестный… Дело не в этом. Русскую фотографию действительно мало знают.

Почему так случилось, ведь у нас есть великие имена?

Западный рынок фотографии развивался, когда Россия была отдельной страной, поэтому она просто в него не вписалась. И именно по этой причине мы запланировали так много выставок и образовательных мероприятий, причем хотим обязательно перемешивать западных мастеров и русских в едином контексте. С одной стороны, эксперимент. С другой — русская фотография сейчас катастрофически недооценена, и наша задача — наглядно продемонстрировать уникальные инвестиционные возможности в этом секторе арт-рынка.

Однако момент, кажется, не очень удачный. Западный рынок сейчас не в самом радужном настроении, цены падают на все.
Мы занимаемся фотографией коллекционного уровня и ориентируемся на людей, которые действительно фотографию любят и ценят, то есть на коллекционеров, а не на дилеров и глав хедж-фондов, которые покупают современное и гораздо больше подвержены настроению при покупке и самой «обертке», эффектной подаче искусства.

На что вы ориентируетесь, когда ставите эстимейты? Для многих работ русских фотографов, наверное, вообще нет прецедентов? Они на рынок раньше не попадали?

Оценка фотографии на аукционе — это всегда большая проблема, потому что вопрос цены тут связан не только с автором, но и со временем, когда сделан отпечаток, размером и прочим — очень много своих нюансов. В целом наши оценки достаточно консервативны. Мы знаем, что дагеротипы Жозефа-Филибера Жиро де Пранже уходили и за $1 млн, однако обычно они выставляются за £20–30 тыс. За сколько они продадутся, это уже рынку решать. Что касается русских фотографий, то большинство оценено в пределах £2–3 тыс. или даже дешевле (Родченко, естественно, дороже). А ведь мы говорим о винтажных отпечатках, 1920–1940-х годов. Наши цифры вполне реальные, мне кажется.

Что вы будете продавать кроме фотографий в рамках «русской недели» в начале июня? Каковы ваши прогнозы?

Восьмого июня пройдет наш традиционный аукцион живописи. У меня ощущение, что очень хорошо будет продаваться советское искусство, соцреализм. Мы, например, приготовили работы Виктора Попкова, Юрия Пименова. Будет востребован Александр Дейнека, безусловно. То есть советский сектор по-прежнему будет продаваться — и даже лучше, чем раньше. Наверняка хорошо уйдет и недорогой декоративный сегмент. И конечно, русская классика XIX — начала XX века с хорошим провенансом, из частных коллекций. Я думаю, июньские торги пройдут более удачно, чем, скажем, предыдущие.

Почему? Покупатели привыкли к кризису? Или продавцы скорректировали цены?

Корректировка цен, безусловно, произошла. И хороших работ очень немного. Они по-прежнему появляются из самых невероятных мест. Мы, например, сейчас взяли на торги две изумительные работы Сергея Виноградова… из Южной Африки. Но в целом, конечно, работ все меньше и меньше, а продавцы все-таки наконец перестали требовать цен времен пика рынка. И кстати, фотография — это первый шаг в сторону расширения рамок нашей деятельности, мы задумали глобальный план по диверсификации.

Уже за пределами русского искусства?

Именно так. Причем мы стараемся не только планировать заранее, но и не упускать неожиданные возможности, которые внезапно подкидывает рынок. Так что, я думаю, в будущем году мы вас удивим.