Маски мистерии Цам, используемые буддистами в одной из самых важных религиозных церемоний, впервые за свою почти 130-летнюю жизнь проходят серьезную научную реставрацию. Она оказалась намного более сложной и длительной, чем первоначально предполагалось.
Эти предметы попали в петербургский Музей истории религии волею судьбы. В 1947 году в Москве ликвидировали Центральный антирелигиозный музей, предметы из которого передали в Музей истории религии и атеизма в Ленинграде. Конкретно эти маски и другие буддистские атрибуты сотрудники московского музея собирали в конце 1920-х — начале 1930-х годов в Бурятии. Как раз в то время, когда там закрывали и разрушали дацаны — монастыри с храмовыми комплексами, во многих из которых проводилась, в частности, и мистерия Цам. «Сейчас сложно сказать, из каких именно дацанов попали к нам эти маски, — рассказала нашему изданию Мария Кормановская, хранитель музейных фондов «Религии Востока». — К сожалению, из всех документов сохранились только описи с перечнем предметов».
Мистерия Цам («чам» с тибетского — «танец») — религиозная церемония в форме танца на открытом воздухе. Ритуальные танцы для нейтрализации злых духов проводились в буддийских монастырях на Тибете и в Северной Индии еще в VIII–IX веках. К XVII веку окончательно сформировались все правила и каноны этой церемонии, в следующем столетии она практиковалась уже и в Монголии. В Бурятии мистерии Цам стали регулярно проводить со второй половины XIX века. Использовался этот ритуал и в Тыве и Калмыкии.
Главная его цель — усмирение и изгнание злых духов, препятствующих распространению буддизма, очищение пространства от зла. Монахи как бы перевоплощаются в божества, духов, героев, животных, поскольку маски, костюмы, движения и музыка заставляют зрителей придавать происходящему мистический смысл. Церемония длится 6–8 часов, в ней участвует от 20 до 80 человек.
Цам докшитов — «гневных защитников» (отсюда и свирепые выражения у масок) — начинается с выноса в центр круга «сора» и «линки». Сор — жертвенная трехгранная пирамида из теста, линка — антропоморфная фигурка из теста или бумаги, ритуальное вместилище всех грехов. Потом танцуют олень и бык, за ними появляются Читипати, задача которых — охранять сор и линку. Все движутся по кругу под музыку и чтение текстов, в финале мистерии сор торжественно сжигают, а линку разрубает быкоголовый Ямарджи.
До революции Цам докшитов проводили в шести храмах Бурятии и Забайкалья: Агинском, Анинском, Гусиноозерском, Зугалайском, Хужиртайском и Эгитуйском. Сейчас в Бурятии восстановили исторический Цам в дацане Дуйнхор (поселок Верхняя Березовка).
Большая коллекция подобных масок находится в Национальном музее Республики Бурятия. В Петербурге такие маски есть в собрании Кунсткамеры — правда, происходят они из Монголии. Имеются такого рода маски и в Этнографическом музее. Коллекция Музея истории религии насчитывает около 70 масок, все они изготовлены в конце XIX — начале XX века. На протяжении десятилетий их можно было увидеть в постоянной экспозиции. Несколько лет назад музей принял решение сменить экспозицию и заодно отправить на реставрацию шесть масок: владыки подземного царства Ямарджи с головой быка; Читипати — владыки кладбища; Белого старца — покровителя местности, божества долголетия и плодородия; львиноголовой дакини мудрости Симкхамукхи и одной из ее спутниц; а также Джамсарана, защитника буддизма.
Первоначально планировалось завершить реставрацию к 2025 году, но работы оказались сложными и долгими. Например, маска дакини Симкхамукхи (в переводе с санскрита «львиноликая»; это женское божество с телом человека и головой снежного льва) находилась в реставрации с 2023 года, работа над ней завершилась лишь этим летом. К реставраторам она поступила в существенно измененном состоянии: изначально белая поверхность была покрыта плотным слоем густо-желтой краски, которая не поддавалась никаким составам и реактивам. На протяжении целого года специалисты безрезультатно пытались снять желтизну. Исследования показали, что это масляно-клеевая темпера, сцепившаяся с авторским лаком настолько прочно, что не реагировала ни на никакое химическое воздействие. В конце концов методика нашлась: поступательная расчистка всухую под микроскопом с использованием специальных надфилей, стекловолоконных карандашей, скальпелей. Долгое время реставраторы скрупулезно, миллиметр за миллиметром, расчищали историческую поверхность, утончая чужой красочный слой и возвращая маске подлинные цвет, форму, объем.
Краснолицая маска Джамсарана (маска с оскаленными клыками, тремя глазами во лбу и короной из черепов) попала в руки реставраторов в 2024 году. Прежде ее ни разу не реставрировали, толстый слой защитного лака давно потемнел. Утончая старый лак, специалисты установили, что у маски деформирована челюсть с левой стороны, что ее переклеили. Вероятно, в процессе бытования экспонат уронили или надавили на челюсть, папье-маше треснуло, и сотрудники музея, чтобы устранить видимость разрыва, просто соединили разорванные части внахлест и закрепили несколькими слоями мастики. Кстати, реставраторы установили, что в бумажную массу, из которой выполнены маски, мастера добавляли еще и глину.
«Судя по стратиграфическим исследованиям, трансформация произошла с маской во второй половине XX века, возможно, во время переезда из Москвы в Ленинград, — пояснила Елизавета Долгушева, реставратор деревянной полихромной скульптуры. — В учетных записях нашего музея нет никаких сведений о предыдущих реставрациях».
За два года подбородку и челюсти Джамсарана вернули прежние формы, поверхности маски — ее фактуру и колорит. В процессе утончения лака и снятия мастики открылись тончайшие лессировочные слои авторской краски. При изготовлении таких предметов в древности иногда использовали красные кораллы, и автор маски из Музея истории религии, похоже, решил имитировать старинный материал. Теперь, после расчистки, на поверхности видны тщательно прорисованные кусочки кораллов.
Сейчас в работе у реставраторов остаются маски Белого старца, Читипати и Ямарджи. После окончания реставрации все предметы вернутся в постоянную экспозицию музея.