18+
Материалы нашего сайта не предназначены для лиц моложе 18 лет.
Пожалуйста, подтвердите свое совершеннолетие.
Пожалуйста, подтвердите свое совершеннолетие.
Работы великих художников, утраченные при пожаре в конце Второй мировой войны, скоро можно будет увидеть онлайн. Берлинская картинная галерея, обладающая одним из богатейших в Европе собраний живописи старых мастеров, завершила оцифровку своего архива стеклянных негативов в высоком разрешении с изображениями сотен холстов, впоследствии погибших. Благодаря этой работе все желающие смогут получить представление об одной из крупнейших музейных утрат нашей эпохи.
Под конец Второй мировой, в мае 1945 года, два пожара вспыхнули в зенитной башне противовоздушного бункера во Фридрихсхайне, куда на хранение из музея перенесли 430 крупноформатных произведений. В том числе работы очень именитых художников: десять картин Рубенса, по пять Паоло Веронезе и Антониса ван Дейка и три произведения, приписываемые Караваджо. После их утраты в вопросах атрибуции и провенанса, а также в реставрационной науке образовались ощутимые пробелы.
Сохранность берлинских музейных коллекций стала вызывать беспокойство у руководителей гитлеровской Германии уже вскоре после начала Второй мировой войны. В 1941 году тысячи единиц хранения — ценнейшие произведения живописи, скульптуры, декоративно-прикладного искусства — разместили в бункерах двух недавно построенных из железобетона зенитных башен — в парке Фридрихсхайн и в Зоологическом саду. Участившиеся бомбардировки Берлина заставили нацистов в конце 1944 — начале 1945 года тайно эвакуировать более 1,2 тыс. картин отсюда в отдаленную соляную шахту, но многие экспонаты остались в прежних укрытиях.
Обе башни были захвачены советскими войсками в самых первых числах мая 1945-го. Все внимание трофейных команд было обращено на бункер в Цоо, поскольку по договору этот район должен был вскоре войти в британскую зону оккупации. В это время бункер во Фридрихсхайне дважды оказался охваченным пожаром, бушевавшим 5–6 и 14–18 мая. Причины возгорания так и не были официально установлены, хотя наиболее убедительной представлялась версия о намеренных поджогах. В огне погибло более 400 живописных произведений, существенно пострадали скульптурные, ювелирные, керамические коллекции. Несколько тысяч фрагментов, относящихся к этим коллекциям, в 1945–1946 годах было вывезено в СССР. Лишь в XXI веке ими основательно занялись музейные реставраторы.
Сохранившиеся фотографии были сделаны в рамках многолетней музейной программы, запущенной в 1925 году. Большинство из этих негативов выполнено фотографом Густавом Шварцем (1871–1958), работавшим в Музеях Берлина с 1906-го. Катя Кляйнерт, замдиректора Берлинской картинной галереи и руководитель нынешнего проекта, рассказывает, что произведения, как правило, фотографировали вскоре после того, как они попадали в музей. Архив формировался вплоть до 1944 года и включает приобретения, сделанные в военное время.
Изначально стеклянные негативы создавались для документации коллекции, а также с целью изготовления репродукций. Упорядоченные по формату и каталожному номеру, пластины десятилетиями хранились в архиве Музея кайзера Фридриха, расположенного на берлинском Музейном острове. В 1998 году, когда коллекции прежде разделенного города объединили, их перенесли в Культурфорум на Потсдамской площади.
По словам Кляйнерт, за редким исключением стеклянные негативы очень хорошо сохранились, а их четкость просто поражает. «Они обладают огромной документальной ценностью — не только для музея и его коллекции, но и для широкой публики, — говорит она. — Оцифровка стеклянных негативов позволяет увидеть значение нашего собрания в совершенно новом свете».
Кляйнерт указывает на то, что доступность этих изображений важна и для изучения провенанса, поскольку коллекция стеклянных негативов, по сути, служит основным визуальным источником для исследователей или просто для тех, у кого возникают разного рода вопросы. «Нам регулярно присылают изображения картин и спрашивают, не могут ли это быть произведения, которые, как считается, были уничтожены или утрачены во время войны», — поясняет она.
Чтобы крайне хрупкие пластины никуда не перевозить, оцифровка велась прямо в помещении фотоархива Берлинской картинной галереи. Вместо сканирования специалисты перефотографировали каждый негатив с помощью камеры высокого разрешения. Затем изображения обработали, кадрировали и подготовили к загрузке. Хотя в этой коллекции по большей части черно-белых изображений есть несколько цветных фотографий, в рамках нынешнего проекта цветные пластины не оцифровывали, поскольку это более сложный процесс.
Франциска Май, музейный специалист по провенансу, уточняет, что негативы хранились в бумажных конвертах, помеченных каталожным номером, названием произведения и именем художника. При оцифровке негативы переложили в бескислотную бумагу и архивные коробки, чтобы обеспечить им более надежную и долгосрочную защиту. «Учитывая хрупкость пластин, удивительно, насколько хорошо сохранилась эта коллекция, — отмечает Май. — Лишь на очень небольшом их числе есть повреждения». Сама оцифровка длилась чуть меньше шести недель; на редактирование и подготовку базы данных для предстоящей публикации в интернете ушло несколько месяцев.
Когда результаты этой работы выложат в виртуальную базу данных Берлинской картинной галереи — что, вероятно, произойдет позднее в этом году, — пользователи со всего мира получат возможность увидеть в высоком разрешении произведения, большинство из которых прежде можно было найти только на иллюстрациях в печатных каталогах утраченных экспонатов. Изображения можно будет увеличивать и скачивать, но версия для скачивания не будет доступна в максимальном разрешении.
Музей планирует оцифровать стеклянные негативы и других утраченных произведений, упомянутых в его каталогах, в том числе переданных во временное пользование и не возвращенных, вывезенных советским военным командованием, утраченных до 1945 года, а также значащихся как похищенные или уничтоженные. В результате этого общее число утрат вырастет примерно до 585 единиц хранения. «Оцифровка, безусловно, дает облегчение, потому что теперь изображения хранятся в цифровом виде, — говорит Катя Кляйнерт. — Когда держишь в руках стеклянные негативы, понимаешь, насколько они хрупкие, и думаешь только о том, что их ни в коем случае нельзя уронить».
