Москве и москвичам рассказывают о Владимире Гиляровском

Музей русского импрессионизма любит вытаскивать на свет божий полузабытых героев начала XX века и возвращать им значимость, но на сей раз он избрал сюжетом своей выставки человека, который из истории нашей культуры никуда не исчезал. Владимир Гиляровский (1855–1935) — журналист, автор мемуаров и бытописатель Москвы — не только автор нескольких успешнейших книг, вышедших уже в советский период, но и обязательное действующее лицо множества мемуарных заметок того времени, начиная с Чехова и Куприна. Выбор героя выставки, поводом для которой стало 170-летие писателя, — интересный ход для музея.

Сначала кажется, что это тема весьма предсказуемая. Ведь первое, что приходит в голову при разговоре о Гиляровском и живописи, — это нечто на уровне школьной программы. Ба, так ведь это с него Репин написал смеющегося запорожца! И далее представляешь себе экспозицию, построенную на основе этого посыла. Так вот: это ложь. Миф. Своего смеющегося старика запорожца Репин начал писать, когда Гиляровскому было 25 лет и он едва успел в Москву заехать и с местной богемой познакомиться. И это не единственный миф, окружающий фигуру Гиляровского. В процессе подготовки проекта исследователи разбирались, какие из них появились стихийно, а какие сеял сам герой как гениальный (само)пиарщик Российской империи. (Кстати, еще один миф: мы представляем себе дядю Гиляя богатырем, а его рост, как выясняется, был всего около 166 см.)

Так о чем же получилась выставка? Один ее раздел, разместившийся на втором этаже (временно освобожденном от постоянной экспозиции), сосредоточен непосредственно на личности Гиляровского. Предсказуемо это несколько его портретов — как живописных, так и графических, включая только что атрибутированные карикатуры работы Михаила Чемоданова. Но круг предметов, связанных с Гиляровским непосредственно, весьма уместно и тактично расширен вещами, связанными с ним ассоциативно.

В основу раздела взяты его мемуары «Мои скитания», в которых описано, как в молодости он пересек Россию от Вологды до Кавказа, пробуя разные низовые профессии, от бурлака до солдата, а потом осел в Москве, где из малоизвестного актера переквалифицировался в успешного репортера. Второй раздел (на нижнем этаже) посвящен именно Москве, которую Гиляровский описал во всех видах — от ночлежек Хитровки до выставок новых приборов в Политехническом музее, а художник Михаил Рубанков воплотил все это это в виде инсталляции. Таким образом, охват проекта — с 1880-х до ­1930-х, и перед нами предстает жизнь Российской империи и Москвы через самую разную оптику — от передвижников до авангарда.

Реалистических работ раннего периода здесь достаточно. Этого требует логика повествования выставки и сюжеты статей и книг Гиляровского: нищие, трактиры, извозчики. Это уже второй раз, когда Музей русского импрессионизма заходит на территорию «до импрессионизма» (предыдущий — в «Отличниках», о пенсионерах Академии художеств). Выставка наполнена экспонатами, которые на первый взгляд с фигурой Гиляровского не ассоциируются, однако, когда задумываешься об этом, понимаешь, что совершенно зря. Его жизнь — во многом кипучее бытие активного мужчины второй половины XIX — начала ХХ века: паровозы, телефоны, скачки, револьверы, та викторианская эра, которая в современном кинематографе преломилась в стилистике стимпанка, чугунной футуристичности.

Партнером выставки стал Политехнический музей, предоставивший «новинки», без которых ее герой не мог обойтись. Это фотоаппараты Kodak, компактный телеграфный аппарат системы Ухина, светильник с электрической свечой Яблочкова, граммофон с мембраной завода «Электроприбор», велосипеды, киноаппараты, типографские литеры и прочая, и прочая.

Что до живописи, ее традиционно для этого музея много — около 240 полотен со всей России. Помимо видов Москвы в самой разной стилистике, а также жанровой живописи, это портреты приятелей — Шаляпина, Горького и других. И много авангардистов, на выставки которых Гиляровский тоже ходил. «Хотя он над ними посмеивался, — рассказывает куратор Анастасия Винокурова, — именно они, буйные и энергичные, соответствуют кипучему темпераменту Гиляровского, тому образу города, в котором он жил и которым наслаждался». 

Музей русского импрессионизма
«Свой человек. Владимир Гиляровский»
До 25 января