18+
Материалы нашего сайта не предназначены для лиц моложе 18 лет.
Пожалуйста, подтвердите свое совершеннолетие.
Международный и российский музейный рейтинг 2024

Автобиография Зельфиры Трегуловой: синдром отличницы на службе у искусства

Зельфира Трегулова.  Фото: Юрий Чичков
Зельфира Трегулова.
Фото: Юрий Чичков
№121, май 2024
№121
Материал из газеты

Книга обрывается прямо перед кульминацией — вступлением автора в должность директора Третьяковки. Но и до того в жизни Трегуловой было много такого, что заслуживает читательского внимания. А начинает она свою историю с раннего детства

Мемуары известных музейных директоров — особый жанр, выкованный главным образом в условиях западной реальности и ментальности. Яркий его образец — выпущенная «Гаражом» в 2022 году на русском языке книга «Пусть мумии танцуют. Музей искусств Метрополитен изнутри» Томаса Ховинга, экс-директора нью-йоркской институции, упомянутой в заглавии. Это, разумеется, не исповедь, и все же повествование Ховинга насыщено субъективными оценками и довольно откровенными признаниями. Он преобразователь, а значит, конфликты и схватки неизбежны, и мемуарист создает соответствующую канву, одновременно и драматическую, и победительную для себя. Имеется в виду, что поскольку жизнь — борьба, то и описывать ее надо в подобном ключе.

Не так обстоит у нас — во всяком случае обстояло раньше. Советские, потом российские музейные руководители или вовсе не публиковали мемуаров, или же рассказывали о своей карьере настолько осторожно, что их воспоминания больше походили на анкеты, составленные для отдела кадров, или еще на коллективные панегирики «всем, с кем довелось вместе трудиться». Пожалуй, эта традиция иссякает, и новая книга Зельфиры Трегуловой «Искусство как выбор. История моей жизни» воспринимается в том числе как симптом такого рода изменений.

Зельфира Трегулова. «Искусство как выбор. История моей жизни». М.: КоЛибри, Азбука-Аттикус, 2024. 480 с., ил.
Зельфира Трегулова. «Искусство как выбор. История моей жизни». М.: КоЛибри, Азбука-Аттикус, 2024. 480 с., ил.

Хотя сразу следует сказать, что особых интриг, сенсаций и разоблачений она не содержит. Тем не менее острые углы в ней ощутимы. Политес политесом, но, например, причины как давнего уже увольнения из Пушкинского музея, так и неназначения туда директором впоследствии названы прямо — и в обоих случаях звучит имя Ирины Александровны Антоновой. Припомнила автор мемуаров и некоторые прочие конфликтные эпизоды, в том числе связанные с ныне живущими. Другое дело, что исподволь она дает понять: сведение счетов задним числом не ее стихия. Можно даже предположить, что тут проявляется не столько дипломатический навык, сколько черта характера.

Откуда взялся этот характер в целом, призваны подсказать первые главы, посвященные детству и отрочеству. Жизнь вдвоем с мамой в рижской коммуналке, хроническое безденежье — и при этом обязательные ежегодные поездки в Ленинград с походами в музеи и театры. Страстное желание стать балериной — на фоне целого букета комплексов. «Застенчива я была до беспредельности», — пишет мемуаристка, однако тут же добавляет, что ей был свойствен синдром отличницы, то есть внутренняя потребность все и всегда делать лучше остальных.

Страница из книги «Искусство как выбор. История моей жизни».  Фото: Издательская Группа «Азбука-Аттикус»
Страница из книги «Искусство как выбор. История моей жизни».
Фото: Издательская Группа «Азбука-Аттикус»

Есть расхожее выражение «американская мечта», хотя существовала, безусловно, и мечта советская. Ее подвид — получить блестящее и при этом бесплатное столичное образование, которое открывало бы дорогу к профессиональным высотам. Для кого-то, впрочем, это была и не мечта даже, а предсказуемая перспектива, но у юной Зельфиры (вернее, у ее родителей) нужных связей и рычагов не имелось. Она готовилась сама, приехала в Москву и с первой попытки поступила на искусствоведческое отделение исторического факультета МГУ.

С этого момента в книге возникает новая линия, постепенно заполняющая собой чуть ли не все мемуарное пространство. Профессиональный рост, вступление на стезю музейного менеджера и куратора международных выставок, карьерные взлеты и падения (первых было больше, хотя и вторые случались) — не будем перечислять сюжеты и коллизии, описанные Трегуловой. Выставочные проекты 1990–2020-х с ее участием, от «Великой утопии» в нью-йоркском Музее Гуггенхайма до «Русского пути» в римском соборе Святого Петра, стали вехами в деле продвижения отечественного искусства на мировом уровне. Говоря о целях своей деятельности, она в первую очередь называет именно эту миссию.

Надо полагать, ею же Зельфира Исмаиловна вдохновлялась и на посту директора Государственной Третьяковской галереи, но узнать об этом в подробностях пока не выйдет. Повествование заканчивается на том, что, получив от тогдашнего министра культуры Владимира Мединского предложение занять эту должность, она ответила согласием (хотя не моментальным), — и здесь рукопись обрывается. Впрочем, сиквел про Третьяковку неизбежен и, более того, уже обещан.

Генеральный директор Третьяковской галереи Зельфира Трегулова на открытии выставки «Иван Айвазовский. К 200-летию со дня рождения» в Третьяковской галерее на Крымском валу.  Фото: Елена Никитченко/ТАСС
Генеральный директор Третьяковской галереи Зельфира Трегулова на открытии выставки «Иван Айвазовский. К 200-летию со дня рождения» в Третьяковской галерее на Крымском валу.
Фото: Елена Никитченко/ТАСС

С точки зрения слога и стиля «Искусство как выбор» — добротная мемуарная проза, написанная без притязаний на литературные изыски, зато хорошим, живым языком. Еще это, конечно, летопись музейно-художественной жизни недавних десятилетий, изложенная ее очевидцем и важным участником. А вот пособием по достижению успеха эту книгу вряд ли можно назвать — хотя бы потому, что историческое время сейчас совсем другое и прежние рецепты не работают. Разве что один, банальный: успех обычно приходит к трудоголикам.

И последнее. Всякий мемуарист в той или иной степени еще и сам себе адвокат. Это настолько естественная позиция, что ненормальным выглядело бы как раз обратное: если некто при описании своей жизни вдруг начнет выпячивать собственные прегрешения и недостатки, а все заслуги и достоинства сочтет ничтожными, то впору заподозрить такого человека в мазохизме.

Зельфира Трегулова в этой книге вроде бы не дает недоброжелателям — а они у нее имеются, это не секрет, — никаких новых козырей против себя. В том смысле, что сама себя ни в чем не обличает и автобиографическим компроматом не балует. Хотя для желающих пенять и уязвлять сгодятся любые поводы, даже мельчайшие. Автору книги об этом явно было известно заранее, но как раз маленькие жизненные детали, иногда очень личные, она от читателей прятать не стала. Не пугаться же собственной тени. 

Самое читаемое:
1
В Русском музее открылась выставка работ, подаренных коллекционером Владимиром Некрасовым
Выставка, которую ждали почти пять лет, открылась в Корпусе Бенуа. Существенную часть вещей, пополнивших собрание ГРМ, составляют работы художников, чьих произведений в фондах музея до сих пор не было
10.06.2024
В Русском музее открылась выставка работ, подаренных коллекционером Владимиром Некрасовым
2
Три богатыря: Виктор, Аполлинарий и Андрей Васнецовы в Третьяковке
Каждый из художников мог стать героем отдельного проекта, но в Третьяковке решили поразить зрителя мощным династическим аккордом. «Эпохалка» приурочена к датам: 175-летию со дня рождения Виктора Васнецова и 100-летию со дня рождения Андрея Васнецова
27.05.2024
Три богатыря: Виктор, Аполлинарий и Андрей Васнецовы в Третьяковке
3
Образы дореволюционной дольче вита проявили в Музее русского импрессионизма
Выставка «Журнал красивой жизни» посвящена «России, которую мы потеряли», только вместо хруста французской булки — Бакст, Коровин и Фешин
20.06.2024
Образы дореволюционной дольче вита проявили в Музее русского импрессионизма
4
Пушкинский покажет «Три времени Рима»
Выставка в Государственном музее изобразительных искусств им. А.С.Пушкина, посвященная архитектуре Вечного города в исторической гравюре, стала первым кураторским проектом нового директора музея Елизаветы Лихачевой в этих стенах
11.06.2024
Пушкинский покажет «Три времени Рима»
5
Надежда Плунгян: «Наши москвички — женщины отважные, и одновременно у них очень тяжелый личный опыт»
В Музее Москвы идет выставка «Москвичка. Женщины советской столицы 1920–1930-х». Мы поговорили с ее сокуратором Надеждой Плунгян о создании этого и других проектов, написании книг, а также об особенностях восприятия гендера в России сегодня
17.06.2024
Надежда Плунгян: «Наши москвички — женщины отважные, и одновременно у них очень тяжелый личный опыт»
6
Вихрь и звон русской ярмарки в Нижнем Новгороде
Два главных символа Нижнего Новгорода — стрелка Волги и Оки и знаменитая ярмарка — объединились в выставке Нижегородского государственного художественного музея «Русская ярмарка. Торг. Гулянье. Балаган»
30.05.2024
Вихрь и звон русской ярмарки в Нижнем Новгороде
7
Ярмарка искусства 1703 объявила состав участников и программу
Количество участников, широкая география проекта, насыщенная образовательная программа и новый подход к организации выставочного пространства — все это отличает ярмарку искусства 1703 в этом году
27.05.2024
Ярмарка искусства 1703 объявила состав участников и программу
Подписаться на газету

Сетевое издание theartnewspaper.ru
Свидетельство о регистрации СМИ: Эл № ФС77-69509 от 25 апреля 2017 года.
Выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор)

Учредитель и издатель ООО «ДЕФИ»
info@theartnewspaper.ru | +7-495-514-00-16

Главный редактор Орлова М.В.

2012-2024 © The Art Newspaper Russia. Все права защищены. Перепечатка и цитирование текстов на материальных носителях или в электронном виде возможна только с указанием источника.

18+