Каталог выставки Татьяны Мавриной: счастье не за морями

Художница Татьяна Маврина (1900–1993) за свою долгую жизнь успела сделать очень многое. Трудно представить себе ретроспективную выставку, на которой была бы одновременно показана пусть даже половина ее наследия: получилась бы нескончаемая вереница картин и рисунков. На протяжении десятилетий Татьяна Алексеевна придерживалась мнения, что постоянная работа идет во благо и живописцу, и зрителю: «Так всегда — не знаешь, что получится — пиши! Бог разговаривает с человеком временем». Это не подразумевало, впрочем, легкомыслия и легковесности: на любом этапе своей биографии Маврина хорошо понимала, что и как она делает. Но привыкла работать сериями, маркируя всякое изменение манеры множеством работ — на холсте или бумаге. Со временем — исключительно на бумаге.

Если выстраивать камерную экспозицию этой художницы, необходим какой-то акцент. Для выставки «Маврина. От моря до моря», состоявшейся минувшей весной в московском фонде In artibus, таким акцентом стала тема путешествий. Но отнюдь не дальних странствий: Татьяна Маврина крайне редко выбиралась за пределы Центральной России, а за границей и вовсе была лишь однажды, уже в довольно преклонном возрасте. География ее поездок — обычно коротких или даже однодневных — внимательно отслеживалась в экспозиции: Вологда, Городец, Кострома, Переславль-Залесский, Суздаль, Ярославль и другие примечательные места в окрестностях Золотого кольца. Присутствовал еще ряд работ, сделанных на юге (Гагры начала 1930-х и экзотические для Мавриной Афины середины 1970-х). Ну и Москва, конечно. Тоже путешествие, хотя и пешее в основном.

Те же географические ориентиры присутствуют и в каталоге выставки. Полторы сотни ее экспонатов воспроизведены здесь не в хронологическом порядке, а по тематическим блокам (например, «Подмосковье», «Поволжье» или «На север»). Привязка к местности в случае Мавриной ценна не столько топографической документальностью, сколько возможностью наблюдать эволюцию автора. Как правило, для новых маршрутов использовались и новые художественные приемы. Движение от экспрессивного стиля «в темпе натуры», свойственного участникам группы «13» на рубеже 1920–1930-х годов, в сторону лубочности и яркого, открытого цвета — лишь один вектор изменений, наиболее очевидный. А были и другие, и их чрезвычайно интересно отыскивать в мавринских пейзажах разных лет.

Поскольку выставка была собрана из частных московских коллекций, неудивительно, что трое владельцев работ сочли необходимым внести свою лепту и в виде текстов. Президент фонда In artibus Инна Баженова во вступительном слове сформулировала, почему этот проект оказался важным персонально для нее. Александр Шелудченко обстоятельно рассказал об отношениях Мавриной с географическими пространствами (отношения эти были не просты и не поверхностны). Михаил Сеславинский опубликовал свое эссе «Теплая Студеная улица», где описал многолетний личный опыт изучения и постижения творчества этой художницы. А искусствовед Анна Чудецкая предоставила для каталога биографический очерк о Мавриной.