Московский концептуализм теряет своих героев: умерла Елена Елагина

«Наши инсталляции нельзя назвать тотальными», — говорили художники в интервью нашей газете накануне своей большой выставки-ретроспективы в Московском музее современного искусства «Обратный отсчет» два года назад, стараясь очертить свое место в кругу коллег и друзей, образовавших в 1970-е то явление, которое мы сейчас знаем как московский концептуализм. Отличия их стиля от тотальных инсталляций их старшего товарища Ильи Кабакова заслуживают отдельной статьи, можно лишь отметить, что их проекты часто носят эзотерический и фантастический характер художественных мистификаций, где советский миф рассматривается в его не самых очевидных ипостасях. «Мы всегда интересовались такими вещами — идеологией, магией, алхимией», — говорили художники.

Одной из героинь инсталляций Елены Елагиной была, например, советская ученая-биолог Ольга Лепешинская, соратница Тимофея Лысенко, придумавшая теорию «живого вещества», чудодейственной панацеи от старения, впоследствии признанную антинаучной. Интерес к таким фигурам, выдвинувшимся в сталинскую эпоху, был отчасти биографическим. Елена родилась в Москве в 1949 году в семье ученых — ее отец был учеником Ивана Мичурина, основателем журнала «Юный натуралист», а мать —ученым-химиком, и, как вспоминала художница, родители придерживались разных взглядов на развитие советской науки и «между ними постоянно происходили пикировки».

Сама Елена выбрала художественную стезю, и наряду с официальным образованием у нее были наставники и в неофициальном кругу — так, судьба свела ее с художницей Алисой Порет, подругой Даниила Хармса, — то есть с русским абсурдизмом Елена была знакома через одно рукопожатие. В 14 лет ее взял в подмастерья Эрнст Неизвестный, к тому моменту наполовину опальный, наполовину обласканный властью скульптор, она стала работать его ассистентом и помогала, например, в таком знаковом проекте, как оформление кампуса МИЭТ в Зеленограде, получившем Госпремию, — речь шла, в частности, о гигантском скульптурном фризе «Рождение электрона».

Позднее с мужем Игорем Макаревичем они зарабатывали монументальным искусством и даже выполняли такие заказы, как оформление покоев генсека Брежнева в Кремле, но параллельно активно участвовали и в другой, альтернативной и настоящей, художественной жизни. С 1979 года они члены группы «Коллективные действия» и в этом качестве в 2011 представляли Россию на Венецианской биеннале в Русском павильоне, а чуть раньше были участниками основного проекта биеннале «Создавая миры» — с инсталляцией «Русская идея», где в центре была скульптура двуглавого орла, покрытого инеем.

Когда речь идет о творческом и семейном союзе, всегда сложно определить вклад каждого участника. Но в этом случае художники выступали и порознь. Елена Елагина с конца 1980-х делала инсталляции-шарады из слов и объектов, которые она сама звала «работы среднего рода», — такие как «Детское», «Прекрасное», «Высшее адское», и которые коллега Андрей Монастырский называл «метафизическими алтарями». Позднее ее увлекли советские героини вроде упомянутой выше Лепешинской и писательницы-самоучки Новиковой-Вашенцевой. Посвященные им инсталляции интересно рассматривать в русле арт-феминизма, хотя Елена никогда не причисляла себя к апологеткам женского движения.

В своем кругу она занималась и тем, что на советском жаргоне называлось общественной работой, — помогала в перестройку куратору Иосифу Бакштейну организовать Клуб авангардистов (КЛАВА), в «нулевые» возглавила фонд «Художественные проекты», заботившийся в том числе о судьбе архива неофициального искусства, которая оказалась счастливой, — на его основе возник ныне знаменитый архив музея «Гараж».

Их с Игорем художественная судьба тоже кажется успешной — чему во многом способствовало сотрудничество с московской галереей XL. Полсотни персональных выставок, в том числе в лучших музеях, как «В пределах прекрасного» в Третьяковской галерее в 2005 году или феерический блиц в Венском музее истории искусства в 2009 году при поддержке фонда Стеллы Кесаевой, — любой художник может только мечтать выставиться в зале Брейгеля, а с ними это случилось! Венецианская биеннале, почетная премия «Инновация» (2012) за вклад в развитие искусства, первая Московская Арт Премия, врученная дуэту в 2021-м. Наконец, это интерес нового поколения — два года назад группа молодых художников сделала эффектный оммаж-посвящение давнему проекту Елены Елагиной и Игоря Макаревича «Закрытая рыбная выставка», найдя в их концептуальных и ироничных обьектах новые смыслы и источники вдохновения.